Ставлю на тебя
Шрифт:
Я кивнула и убедительно сказала: — Хорошо.
Но после того, как она ушла, фраза «не торопитесь» продолжала звучать у меня в голове. Потому что, хотя в целом наши отношения развивались очень медленно (потому что они не были настоящими), химия между нами развивалась с невероятной скоростью.
Возможно, потому что мы перешли от почти дружеских отношений к совместному сну в одной комнате и поцелуям за завтраком. Всё произошло молниеносно, и, вероятно, именно поэтому я чувствовала себя так неуверенно рядом с ним.
Именно поэтому.
Только поэтому.
Прогулка была приятной — пока никого не было рядом — поэтому, убирая косметику и распыляя лак для волос, я напомнила себе перестать волноваться.
Всё было понарошку. Чарли, казалось, мастерски умел включать и выключать свои чувства. Ну что ж, я решила последовать его примеру и не заморачиваться по поводу каждой искры, что проскакивала между нами. Ведь это всего лишь естественный результат нашей хорошей игры.
Или что-то в этом роде.
Надев черное платье, я побежала вниз по лестнице искать свои туфли в чемодане.
— Вау, — Чарли стоял у подножия лестницы, и я чуть было в него не врезалась. Он схватил меня за руки, чтобы остановить, и улыбнулся, окидывая меня взглядом с головы до ног. — Ты выглядишь потрясающе, даже несмотря на то, не привлекаешь меня таким образом, — сказал он низким голосом, его пальцы мягко надавливали на мою кожу. — Серьёзно, Очкарик.
Я не знала, серьёзно он или это было частью игры, но от тона его голоса у меня поджались пальцы на ногах. Потому что независимо от того, что он имел в виду, я хотела, чтобы его слова были искренними.
Комплимент от Чарли был эквивалентен трём комплиментам от другого человека.
— Заткнись, неудачник, — сказала я, протянув руку, чтобы дёрнуть его за галстук. Он выглядел сексуально в своих черных брюках, клетчатой рубашке и черном галстуке. — Ты выглядишь как тот, кого я бы назвала милым, если бы не знала, что ты пьёшь воду с какашками.
— Оу-у, — он отпустил мои руки и дёрнул меня за локон. Затем он посмотрел на мои губы, поднял брови и спросил: — Можно, девушка?
Воу. И снова он играет свою роль блестяще, потому что что-то в том, как он назвал меня своей девушкой, согрело меня, как объятие. Я подняла глаза на его губы и Ох, он хочет поцеловать меня снова.
Просто игра — наслаждайся ею и перестань анализировать.
Я кивнула, отчего в уголках его глаз появились морщинки, когда я сказала: — Конечно, парень.
Его руки переместились на мои щеки, а рот опустился и остановился в опасной близости над моим. — Какой поцелуй ты предпочитаешь? Нежный и сладкий или горячий и страстный?
— Могу заказывать, как будто я на машине у окошка? — спросила я, шутя, потому что моё сердце внезапно бешено заколотилось в груди.
— Ага, — сказал он, подарив мне ещё одну очаровательную улыбку. — Могу я принять ваш заказ?
Я обдумала свои варианты, а потом сказала: — Ладно. Итак, притворись, что ты одержим мной, и я только что сказала тебе, что завтра утром переезжаю в Молдову. Это будет наш единственный поцелуй, так что сделай его незабываемым.
— Почему Молдова? — спросил он, сведя брови в недоумении.
— А почему бы не Молдова? Разве она не расположена на побережье?
— Не думаю. — В его голосе была улыбка, когда он сказал: — И разве она не граничит с Украиной?
— Разве? — выдохнула я, и в животе у меня запорхала бабочка размером с летучую мышь, потому что его глаза были так близко, что казалось, наши ресницы вот-вот соприкоснутся. Мой голос был едва слышен, когда я сказала: — Не могу вспомнить.
— Честно говоря, я понятия не имею, — согласился он, придвигаясь ещё ближе, его ответ был низким и глубоким.
— Насчёт поцелуя, — прошептала я, чувствуя, что его взгляд заставляет меня быть смелее, чем я была на самом деле.
Его руки крепче сжали мои щеки, и его рот немного грубо опустился на мой. В хорошем смысле. Он поцеловал меня с широко открытым ртом, идеально наклонив голову, чтобы сделать поцелуй глубже и горячее.
Матерь божья.
Когда Чарли целовал, он не колебался. Казалось, он каким-то образом точно знал, чего я хочу, и волшебным образом дарил мне это с чем-то большим, чем я даже могла себе представить. Мурашки пробежали по мне, когда этот талантливый парень каким-то образом использовал посасывание, чтобы сделать его ещё горячее, а мои руки поднялись и легли ему на грудь.
Он издал какой-то звук — рык? — и сказал мне в губы: — Мне нравится чувствовать твои прикосновения на себе, пока я тебя целую.
— Да? — прошептала я, легонько проведя кончиками пальцев по его рубашке.
— О да, — сказал он, и от его взгляда у меня немного перехватило дыхание.
Он снова поцеловал меня, слегка прикусив нижнюю губу, и…
— Боже, — сказал Скотт, входя в комнату с кухни. — Не могли бы вы, голубки, немного сбавить обороты?
Я отскочила от Чарли, но его рука как бы невзначай коснулась моей, а его пальцы переплелись с моими.
— Прошу прощения, — сказала я, теребя губы, чувствуя, как горят щеки.
— И я тоже, — добавил Чарли.
Я украдкой посмотрела на него, и внутри меня всё затрепетало от радости. Мне так хотелось смеяться и хихикать, как маленькая дурочка, особенно когда он крепко сжал мою руку.
В этот момент с лестницы спустилась моя мама, разрядив обстановку, и Скотт сразу же сказал ей, как великолепно она выглядит. Это было отвратительно, и мне захотелось влепить пощёчину по его ухмыляющемуся лицу, но я не могла не заметить, как мама светится от счастья.
Блин, блин, блин.
Все те окрыляющие чувства, которые у меня были после поцелуя, подобные ярким мыльным пузырькам, лопнули, когда я смотрела на них двоих. Она заслуживала выглядеть такой счастливой. Я хотела, чтобы она была такой счастливой.
Но дело было не просто в счастье, ведь что, если это счастье изменит всё?
Потому что сначала, когда мой папа начал встречаться с Алиссой, он казался счастливым, но всего спустя несколько месяцев он перестал появляться на наших еженедельных видеозвонках и забывал отвечать на мои сообщения.