Стеклянный дом
Шрифт:
Алекс снова взял пластиковый контейнер с салатом.
– Не сходится, – возразила Фредрика. – Убийство не могло быть совершено только на том основании, что Ребекка посетила Теа в доме престарелых; он должен был располагать более конкретной информацией о том, к чему она пришла в своей работе. И откуда Морган узнал, что Ребекка желает поговорить с ним, если никто ему об этом не говорил? Ведь мы просмотрели все ее звонки и сообщения электронной почты – ничто не указывает на то, что она сама связалась с ним.
– Фредрика, наплюй на это. Нет другого убийцы, помимо Моргана Аксбергера. Благодаря нашему дорогому коллеге Янне Бергвалю Ребекка узнала, что Аксбергер был взят в порноклубе со снафф-фильмом в кармане, который можно связать с книгами «Меркурий» и «Астероид». После этого ее песенка была спета.
Фредрика выбросила свой салат в урну возле скамейки.
– Вполне возможно, – согласилась она. – Но сам Аксбергер никак не мог вычислить, что ей это известно. Кто-то навел Аксбергера на след. Кто-то желал ее смерти раньше самого Аксбергера.
Юхан Альдрин, который пока продолжал называть себя Вальтером Лундом и который, по предварительным оценкам, имел все шансы стать новым главой концерна, преемником Моргана Аксбергера, утверждал, что последний пригрел его из признательности Теа Альдрин. Это было похоже на правду, однако, учитывая колоссальную предприимчивость Юхана, Фредрика сомневалась, что ему для успеха в жизни так уж требовалась протекция матери.
Это было первое обстоятельство, которое вызывало у Фредрики недоумение. Почему Юхан, вернувшись в Швецию, не предпочел держаться подальше от такого человека, как Морган Аксбергер?
Второе обстоятельство касалось лично Юхана. Почему он продолжал прикидываться норвежцем Вальтером Лундом? Почему не заступился за мать, не рассказал о тех экстремальных обстоятельствах, которые предшествовали убийству его отца?
Третье обстоятельство касалось его романа с Ребеккой Тролле. В течение нескольких месяцев она общалась с сыном Теа Альдрин – сначала как студентка, потом как его любовница, тратя в то же время все больше сил и энергии на расследование дела Теа. И ни разу Юхан Альдрин даже не подумал рассказать ей, кто он на самом деле. Более того, он завел с ней роман после того, как выяснил, чему был посвящен ее диплом. Это невозможно было объяснить одним лишь любопытством, как он сам утверждал.
Но главное, чего не понимала Фредрика, – почему Ребекка с остервенелым упорством утверждала, что результаты ее работы доказывают невиновность Теа? Якобы та созналась в преступлении, которого не совершала. Почему Ребекка думала, что дело обстоит именно так?
Фредрика запросила копии материалов следствия, проведенного в связи с убийством Манфреда в гараже Теа Альдрин. Что-то в этих материалах заставило Ребекку заподозрить, что дело нечисто. Фредрика решила не сдаваться, пока не увидит то же самое.
У нее ушел на это почти целый рабочий день, однако наконец она кое-что нашла – одну странную деталь, которая не сопровождалась никакими комментариями. Во время осмотра места происшествия было обнаружено три набора отпечатков пальцев: Теа, Манфреда и неизвестного третьего лица. Фредрика позвонила Турбьерну Россу: он пока сидел дома, ожидая решения дисциплинарной комиссии насчет продолжения службы. Фредрика искренне надеялась, что его выгонят.
– Отпечатки пальцев, – сказала она. – Кто был тот третий, находившийся в гараже, когда убили Манфреда?
– Парень, который приходил к Теа подстригать газон. Однако мы сочли, что это не представляет интереса для следствия. Он мог оставить отпечатки в любой момент и без всякого отношения к этому делу.
Фредрика перелистала бумаги:
– Каким образом вы пришли к выводу, что отпечатки пальцев принадлежали парню-садовнику?
Молчание Росса сказало ей все, что она желала узнать.
– Вы вообще это не проверили?
– В этом не было нужды. – Турбьерн перешел в наступление. – У нас имелись все необходимые доказательства.
– Однако вы нашли еще и несколько волосков, которые не принадлежали ни Теа, ни Манфреду.
– С ними то же самое: они принадлежали парню, подстригавшему газон. Она призналась, помни об этом, – произнес Турбьерн, словно прочтя ее мысли. – У нас не было никаких оснований прорабатывать другие версии.
Фредрика закончила разговор. Ей вспомнились цветы, которые Теа получала каждую субботу – от своего сына, который благодарил мать за то, что приняла его обратно в свою жизнь. После того, как зарезала ножом его отца.
Фредрика сделала еще один звонок, на этот раз в цветочный магазин, из которого доставлялись букеты.
– У меня один вопрос, – сказала она, представившись. – Кто-то еще, помимо меня, интересовался тем, кто заказывал эти цветы?
– В последнее время – нет.
– А раньше? Вообще когда-либо?
В трубке воцарилась тишина.
– Собственно говоря, еще какая-то девушка пару лет назад очень хотела узнать, кто отправитель, но я, конечно, не мог дать ей таких сведений.
Потом владелец магазина рассмеялся.
– Простите, но что в этом такого смешного? – спросила Фредрика.
– Я просто вспомнил, какую настойчивость она выказывала. Являлась сюда несколько раз, упорствовала. В конце концов я сообщил, в какое время приходит представитель заказчика, чтобы расплатиться. И тогда она пришла сюда, стояла и ждала. Однако она не стала разговаривать с той женщиной.
– Не стала?
– Нет, но потом пошла следом за ней.
Стало быть, Ребекка решила поиграть в частного детектива и выследить секретаршу Юхана Альдрина. Вероятнее всего, она следовала за той всю дорогу до офиса и там поняла, на кого она работает. Возможно, она даже узнала секретаршу – ведь Ребекка приходила в офис к куратору.
Как далеко зашла Ребекка в своих исследованиях? Поняла ли, кто на самом деле ее любовник? Вызвала ли она его на откровенный разговор, потребовав объяснений?
Фредрика рылась в памяти в поисках деталей, которые помогли бы ей продвинуться в решении этих вопросов.
«Помоги мне, Ребекка, – мысленно просила она. – Помоги увидеть то, что увидела ты».
Кажется, в сотый раз Фредрика располагала события в хронологическом порядке, но результат всегда выходил один и тот же. Ребекка погибла, поскольку слишком близко подобралась к правде о книгах и снафф-фильме. Но тот факт, что Ребекка подошла к этому так близко, Морган Аксбергер не мог вычислить сам. Стало быть, кто-то снабдил его этой информацией – кто знал больше и тоже был заинтересован в устранении Ребекки.