Чтение онлайн

— Честно? — прервал Кенрик. — Я даже не должен был быть здесь. Никто не должен. Согласно каждой карте и записям, которые я проверил, этого места не существует. У него даже нет названия.

— Тогда как ты его нашел? — удивилась проекция Оралье.

— Следуя запутанному следу улик, которые я медленно собирал по кусочкам в течение последних месяцев. А потом очень долго шел пешком.

— Но мы переместились сюда, — напомнила она ему.

— Мы сделали это… потому что я решил вырезать кристалл, когда понял, что мне нужно другое мнение. Но мне придется уничтожить его, как только мы вернемся. Что ж… может быть, я могу подождать, пока не закончу это расследование. Это зависит от обстоятельств.

— Каких? — спросила проекция Оралье.

— Это ты мне скажи. Тебе что-нибудь в этом месте кажется… странным? И я не говорю ни о чем из того, что я только что рассказал тебе об этом. Я имею в виду, когда ты действительно занимаешь это место… тебе что-нибудь кажется неправильным?

Оралье медленно повернулась, щурясь на пейзаж.

— Ну что ж… я полагаю, здесь немного слишком тихо. — Она подошла ближе к реке и указала на воду, разбивающуюся о темные скалы. — Можно подумать, что такая река, как эта, будет рычать на нас из-за того, как быстро она течет. Но это больше похоже на журчащий ручей.

Софи напрягла слух, но все, что она смогла разобрать, было слабое бульканье… больше похожее на звук, который издает кран.

Кенрик кивнул.

— Это была одна из деталей, которая помогла мне найти это место. Где-то упоминались «шепчущие пороги», поэтому, когда я нашел эту реку, я последовал по ней сюда.

— И я предполагаю, что ты не скажешь мне, где ты обнаружил эту информацию, — сказала проекция Оралье.

— Это засекречено, — согласился Кенрик.

— Конечно, это так, — проворчала Софи.

Проекция Оралье вздохнула и направилась к одному из деревьев, которое вблизи выглядело еще более диким и заросшим. Толстые синие виноградные лозы обвивали сучковатый ствол, а все листья дерева были сморщенными, как скомканные кусочки бумаги.

Оралье протянула руку, чтобы пощупать один, и он хрустнул не так, как ожидала Софи.

— Была ли там подсказка о безмолвной листве? — спросила она.

— Нет. В деревьях нет ничего странного, хотя я никогда не видел ничего похожего на них. Но я действительно нашел упоминание об этом.

Он указал на что-то у своих ног, и Софи предположила, что Кенрик, должно быть, привлекал внимание Оралье к тому, как ярко-синие лозы были переплетены вокруг корней. Но затем Оралье наклонилась ближе, и Софи заметила сотни крошечных желтых мотыльков — или бабочек — отдыхающих на заостренных листьях виноградной лозы.

Кенрик хлопнул в ладоши, и насекомые взмыли в воздух, порхая вокруг их голов.

— Я никогда не обращала внимания на насекомых, — сказала Оралье, отмахиваясь от нескольких из них веером. — Это особенные бабочки?

— Понятия не имею, — признался Кенрик. — Но видишь, какие у них красные головки? Я также нашел упоминание об этом — «бабочки, поцелованные красным».

Декс усмехнулся.

— Кто бы ни написал эти описания, он слишком старался звучать глубоко и поэтично.

Софи кивнула, жалея, что не имеет ни малейшего представления, кто бы это мог быть.

— Ты собрал образец этих «поцелованных бабочек»? — спросила проекция Оралье Кенрика.

— Я пытался. — Он вытащил из кармана крошечный сачок и быстро взмахнул им… и все бабочки улетели. — До сих пор мне не очень везло.

Он размахивал снова и снова… во второй раз чуть не потеряв равновесие.

— Клянусь, эти твари смеются надо мной, — пробормотал он.

Проекция Оралье потерпела столь же эпическую неудачу, когда попыталась.

— Сомневаюсь, что это имеет значение, — сказал Кенрик, забирая сетку после того, как Оралье случайно ударила его по голове, пытаясь поймать одну из них, пролетевшую мимо его носа. — Все это не то, что я имел в виду, когда спрашивал тебя, не кажется ли тебе это место странным. Я имел в виду как эмпат. Что ты чувствуешь, когда читаешь эфир?

Она закрыла глаза, медленно размахивая руками взад-вперед.

— Я чувствую… ветер.

Кенрик покачал головой.

— Очевидно, ты не концентрируешься.

— Да, — согласилась она, — потому что я понятия не имею, что все это значит! Могло бы помочь, если бы ты дал мне хотя бы какое-то объяснение.

— Я не смог бы, даже если бы захотел. Как я уже сказал, я следовал длинной цепочке случайных подсказок, и каким-то образом они привели меня сюда. И… есть что-то странное в этом месте. Но я не могу понять, что именно. Вот почему я пошел на такой огромный риск и привел тебя сюда, чтобы узнать твое мнение. Пожалуйста, Ора, мне нужна твоя помощь.

Проекция Оралье издала гораздо более тяжелый вздох.

Она также крепче зажмурила глаза, отчего на ее лбу появились морщинки, когда она пробормотала:

— Я правда чувствую… что-то. Но я не знаю, как это описать. Как будто у этого луга есть… настроение.

— Настроение, — повторил Кенрик, медленно кивая. — Это звучит примерно так. Я тоже это чувствую, но единственное слово, которое я смог придумать для этого ощущения, было «осознанность».

— Что это значит? — спросила Софи.

— И почему это звучит так жутко? — добавил Декс.

— Я не знаю, — сказала им Оралье. — Но это действительно так.

Прошлая Оралье казалась гораздо менее потрясенной.

— Я слышала истории, — сказала она Кенрику, поворачиваясь, чтобы осмотреть луг, — что существуют определенные редкие формы энергии, которые могут воздействовать на наши чувства. Возможно, одна из них здесь, и это то, что мы оба улавливаем.

— Возможно, — согласился Кенрик. — Но… какая энергия? Я не могу найти никакого источника… а ты?

— Может быть, это из-за воды? — Оралье сделала несколько шагов ближе к реке. — Сила течения может быть необычайно сильной. Она может быть даже причиной того, что пороги такие тихие. Возможно, энергия заглушает звук.

— Возможно. — Кенрик не казался убежденным.

Софи тоже.

Но ни у кого не было никаких других объяснений.

— Что-нибудь из этого вызывает у тебя какие-нибудь чувства? — спросила Софи настоящую Оралье.

— Я бы хотела, — призналась она.

И, к сожалению, от этого воспоминания мало что осталось.