Степь и Империя. Книга I. СТЕПЬ
Шрифт:
Как все произошло?
Случилось это уже после того, как в результате «Крымнаша» мелкие прибалтийские пиздюки стали открыто пакостить. Они и раньше россиян не жаловали, разве что нанять «русскоязычного» строителя или автомеханика подешевле, без рабочей визы. А тут появился повод проявить «солидарность», за которую заокеанский брат мог выплатить премии.
Но не в этом дело.
Просто раньше мы свободно катались как хотели — а тут все покатушки только «внутри забора», санкции и прочая лабуда. Потому и запомнилось это лето.
Ситуация поменялась, клиенты мои на роскошь и понты денег тратить решили поменьше, что закономерно отразилось на моих доходах и настроении. А тут одно к одному — и кризис среднего возраста, и жена, с которой прожили больше пятнадцати лет, каких-то «дамских коучей» наслушалась и, вообще, все «до кучи».
Поэтому поддался я на уговоры приятеля, который рассказывал увлекательные истории о заезжем психологе, который каждому открывает глубины его собственных желаний. Приятель при этом выглядел довольным жизнью, слез с экстази и кокса, которым баловался регулярно, и даже спиртное принимал только для вкуса. Выглядело это настолько необычно для Колюни, который уже лет десять не представлял себе обеда без ста пятидесяти граммов, а поход в клуб — без «дорожки», что я соблазнился.
Жизнь дала трещину, нужны новые ориентиры. А вдруг…
Встретил меня мужик с интеллигентным лицом и умными глазами. Рубашка, брюки, мокасины. Все обычное, все недешевое. «Брегет» на руке. Скромно, но со вкусом.
Сели, поговорили. Действительно, мужик профи оказался. Я за полчаса ему всю жизнь рассказал, только что пин-коды от карточек не назвал. Предлагает он мне, «давайте обратимся к вашему Бессознательному, пусть оно проявит важные тенденции…». Не помню уже дословно, да и не важно это. Короче, сажусь я поудобнее, погружает он меня в «познавательный транс», чтоб я исследовал собственные скрытые потребности и тут — шарах! — висящее за моей спиной стильное бра рушится мне на голову и бьет меня током!
Я как был в трансе, так и ушел в бессознанку. Пришел в себя минут через 30 на кушетке. Ничего не помню. Психолог этот бледный, но смотрю — вздохнул с облегчением. Денег он с меня не взял, да и у меня желание «прояснять тенденции Бессознательного» резко пропало. Штаны не обмочил — уже радость. На том и распростились.
Время обеденное. Решил я, что любое плохое настроение можно исправить хорошим обедом. Тем более, что сеанс у психолога оказался бесплатным. Зашел я в хороший ресторан, рыбный. Заказал себе всякого, винца легкого. Грешен, люблю вкусно покушать. Через часок настроение наладилось.
Выхожу на улицу, смотрю на собор и думаю: «До чего ж колокольня похожа на Козлиную башню!». Стоп, какую такую Козлиную башню…
И тут началось, будто архив в голове открылся.
* * *
Ночной восточный ветер по-козлиному завывал в разрушенных зубцах старого донжона. Башня стояла здесь с незапамятных времен. Собственно, с нее и начинался город.
Тогда никому не пришло бы в голову назвать сердцевину гордого замка Козлиной башней. Твердыня, возведенная первым из ап Фонсека. Тогда еще даже не рыцарем. Рыцарство, пэрство, герцогство, могущество семью владетелей Фонсека еще только ожидали.
Тот первый Фонсека, который заложил фундамент этой башни из диких замшелых валунов, был авантюристом и разбойником, но нынешние его потомки предпочитали говорить — «воином» и «вождем». Предводителя банды речных пиратов привлекла скала, стоящая над длинной излучиной реки. Возведенный здесь наблюдательный пост позволял издалека видеть как поднимающиеся, так и спускающиеся по реке караваны.
Неожиданным достоинством места оказались открывшиеся потайные входы в пещеры, которые пронизывали внутренности известковой скалы.
Это было место обитания исконной тьмы. Казалось, именно там он пряталась, когда солнце всходило на небеса.
* * *
И захлопнулось.
Ночью я проснулся от того, что в моей голове яростно спорили двое о взаимных долгах и обидах Степи и Империи и я знал все-все о каждом из них. До утра я не заснул.
Потом день покатился как обычно, ничего странного не происходило.
А в обед на работе накрыло снова: я оказался свидетелем боя между мечником в черном доспехе и бойцом в зеленом плаще, который орудовал чем-то, похожим одновременно на якутскую пальму и японскую нагинату, но мне хотелось назвать это оружие «глефой». Бой оказался коротким — мечник неуловимым движением просочился сквозь защиту противника и, подхватив руку на рычаг, крутанулся. Воин в зеленом совершил короткий круговой полет под ноги противнику, получил удар ногой в шлем и обмяк…
— Кирилыч, ты нормально себя чувствуешь? — мне в лицо встревожено смотрел мой двигателист. — Я тебя тормошу, а ты сидишь, как обдолбанный. Или закинулся чем, тогда извини.
— Нет, Дима, нормально. Ночью сегодня что-то не спалось, не спал совсем. А тут разморило…
— А, так я тут по этому вчерашнему Поршу хотел сказать…
Я с трудом вник в рабочий вопрос. Но было неспокойно. К веществам я равнодушен, провалами памяти и галлюцинациями раньше не страдал, голове своей доверять привык, а она тут дала слабину.
Ночью спал плохо, дважды просыпался, то участвуя в оргии, то топча крупных черных скорпионов, которые пытались пробраться сквозь шнуровку палатки. На следующий день я вываливался из привычной реальности дважды, оба раза красочно, полноценно — с красками, звуками и запахами, но как-то меня это не радовало.
Вечером набрал заезжее психологическое светило и назначил новую встречу. Срочную встречу, так как ночь прошла в бурных приключениях.
Впервые в жизни я был во сне женщиной. Одного этого достаточно, чтоб лишиться покоя. Но меня во сне к тому же насиловали, а я принимал (принимала?) это как нормальное действие и к тому же недвусмысленно получал (получала?) удовольствие. Одного этого мне хватило бы для потери покоя.
Но пережить это подряд четырежды, будто кто-то поставил эпизод на повтор…
Кроме того, за ночь я успел побыть еще тремя персонажами, лишь один из которых был мне условно близок — это был палач, но решал он чисто инженерную, механическую проблему. Правда, в русле основной деятельности, так сказать. Оригинальное он нашел, кстати, решение, чтобы справиться с задачкой чисто механическими способами. Мы бы нынче решили это с электричеством и программируемым процессором. А вот так, на чистой механике…
На вторую встречу с психологом я поехал на такси. Тот выслушал меня и снова предложил попробовать легкий транс под тем предлогом, что я «всегда могу прервать это состояние решением собственной воли». Я рискнул.
Да, это даже не 3D кинотеатр. Было ощущение абсолютной реальности, но в «режиме бога». Стоило мне на чем-то сосредоточить внимание, как я начинал знать об этом ВСЁ! Это знание раскручивалось по каким-то неведомым ассоциациям и гиперссылкам, но некая логика была. Я мог стать любым из героев раскрывшейся мне сцены — и знать, что чувствует и думает каждый из них, увидеть листок, на который наступило копыто лошади — и узнать, кто отщипнул его правый край, как называется и где именно растет то дерево, с которого листок сорвал ветер… и так до бесконечности.