Чтение онлайн

Однако находить попутчиков становилось все труднее и труднее, все беднее и дороже становились трапезы в придорожных тавернах.

Все рушилось в Империи Амаро.

***

Торговых караванов становилось все меньше, а слухов о бандитах на дорогах – все больше. И чем ближе они продвигались к столице, куда двигалась и армия Султана – тем всё было хуже и хуже.

В деревнях и городах, разоренных вторгшейся армией, становилось все голоднее, а на ночлег пускали чужих людей все менее охотно.

И даже то, что их путь лежал по местам, по которым армия Султаната прошла без боев, всё равно делало упадок заметным. Видны были разрушения в деревушках и придорожных постоялых дворах, многие гостевые дома претерпели ущерб или вообще сгорели. Народ был испуган и озлоблен. Много было свежих могильных холмиков у дорог, где хоронили безвестных мертвецов, которым не судьба упокоиться рядом с предками.

Воины Юга прибыли в Амаро карать – и потому не церемонились. Армия кормилась «из-под копыт» и не беспокоилась о том, что жители ограбленных деревень умрут с голоду.

Подданные беззаконного правителя должны страдать вместе с ним!

Брали что хотели, рушили что придется, жгли и ломали то, что не могли унести с собой, насилие творили просто упиваясь вседозволенностью, теша себя.

Ни лавки, ни дома, ни храмы на их пути не могли надеяться сохранить что-либо ценное.

Даже местные безропотные крестьяне почему-то вызывали гнев у солдат Султана одним своим видом. Казалось, все – от командиров до последнего рядового – хотели запомниться в этих землях страшным бедствием, подобным саранче и моровому поветрию.

***

Места, по которым Хоити с учеником двигались к столице, были знакомы Рифейну. Может поэтому многие изменения особенно сильно бросались ему в глаза.

Именно этим путем двигался посольский кортеж Полномочного Посла Великого Султана, шейха Хайдар`Ибу аш-Араши. И именно в составе кортежа, незаметным служителем при лошадях, Рифейну совершил свой второй визит в Империю Амаро.

И надо сказать, что ему пришлось приложить немалые усилия, чтобы попасть в посольский поезд.

Хотя «чокнутого шейха» аш-Араши в Султанате чурались, как блохастого шакала, и боялись, как проказы, слишком многие вельможи Султаната хотели пристроить своих людей поближе к Полномочному Послу – чтобы иметь очевидца того, как опозорится высокомерный ублюдок.

А в том, что он опозорится, не сомневался никто.

Кроме, разве что, молодого Султана, которому не хватало ещё знания жизни. И знания людей. И верных надежных слуг.

Не сомневался в этом и Рифейну.

Полная неспособность шейха аш-Араши договариваться, как раз и была причиной того, что Рифейну сделал на него ставку.

В Лубмасте сам «Золотой рыцарь» и его агенты раздали груз золота с двух верблюдов на взятки и прямой подкуп султанских министров, имевших влияние на молодого Султана – лишь бы реализовать внезапно обнаружившийся у Хайдар`Ибу аш-Араши, шейха Терриза, дипломатический талант.

Рифейну очень надеялся, что высокомерный, вспыльчивый и глупый шейх не только провалит посольскую миссию, но и послужит причиной к войне. Именно султанская армия и должна была создать «первую волну», которая, по замыслу Рифейну, обрушится на Амаро.

Рифейну так расстарался в пользу своего ставленника, что по Лубмасте прокатилась просто волна странных смертей среди дипломатов Султана, которые, в принципе, могли бы справиться с щекотливым поручением к Императору Амаро.

«Длинная рука Империи» пустил в дело всё, что наработал в Султанатах за полтора десятилетия: золото, связи, шантаж, наёмных убийц и самых ценных агентов.

При этом череда болезней и несчастных случаев так явственно указывала в пользу шейха аш-Араши, что тоже могло бы очернить его репутацию. Если бы репутацию этого безграничного подлеца можно было еще испортить.

При этом кто-то близкий (и лишь один Рифейну знал – кто) настойчиво нашептывал вздорному шейху, что тот, кто заставит раскаяться амаро-клятвопреступников, заслужит и прижизненную и посмертную славу.

А вот насчет посмертной славы Хайдар`Ибу аш-Араши имел «пунктик» – и упомянутый кто-то очень грамотно на этот пунктик давил. Потому шейх аш-Араши не просто «плыл по течению» кровавой реки – а очень активно прикладывал силы к тому, чтобы несущая его к славе волна была все более и более полнокровной.

В конце концов, у Солнцеподобного Султана действительно не осталось другого выбора, кроме как назначить аш-Араши Полномочным Послом к Императору Амаро.

Решение это реализовалось моментально (по меркам Султаната) – и занятый другими делами Рифейну чуть было не упустил последнюю возможность снова отправиться в страну Амаро и своими глазами увидеть, как «бешеный шейх» оправдывает его надежды.

Кроме любопытства, была еще одна важная причина для Рифейну присутствовать поближе к Полномочному Послу. «Золотой рыцарь» потому и стал «Длинной Рукой Империи», что не любил оставлять ничего на волю случая и сумасбродства своих марионеток. А потому планировал в нужный момент подтолкнуть магией фатальный выбор шейха аш-Араши. От этого слишком ногое зависело в дальнейших замыслах.

***

Мудрые знают: для магии главное не сила, а правильный выбор инструмента и своевременность. Сила – тоже хорошо, но соразмерность важнее.

И хотя инструмент Рифейну подобрал заранее, для своевременности и точности важно было находиться поближе к месту событий.

***

Инструмент он подобрал самый надежный. И очень точный.

Проклятие.

Настолько надежный инструмент, что объект проклятия мог покинуть этот мир в любой миг до нужного Рифейну срока.

И потому – своевременность, и еще раз своевременность!

***

Рифейну считал себя первым, если не единственным среди людей, столь глубоко проникшим в суть проклятий, связавшим их действие с самыми фундаментальными свойствами живого.

Проклятие настоящего малефика не имеет ничего общего с теми эмоциональными пожеланиями, которыми сотрясают воздух излишне эмоциональные самки человека.

О, нет!

Магическое проклятие не выкрикивают вслух, оно почти не требует использования магической силы, но нуждается в величайшей точности, точнейшем видении смыслов поражаемого явления, его приводящих и исполнительных колес.

Целью проклятия было то, что Рифейну для себя назвал «юлой жизни».

Как юла или волчок, жизнь обладает свойством держать равновесие – и возвращаться к нему при раскачивающих толчках.

Пока волчок кружится – он будет устойчив. Пока в живом есть жизнь – она будет сохранять и восстанавливать себя, используя не один, а множество «волчков».

Рано или поздно тело восстанавливается после усталости и болезни, порез заживает на коже, горе перестает острой болью терзать сердце и высыхают слезы. Это все самовосстановление тела и души.