Чтение онлайн

Посему допрашиваемые перепуганными не выглядели. Нагло улыбаясь, раздевали глазами, по существу дела молчали, отделываясь стандартным набором туманных фраз, мол, не помним, пошутили... И ничего не подписывали, даже протоколы со своими туманными ответами.

За спиной наконец-то лязгнула электрозамком железная дверь. Улочка, упиравшаяся в серую стену следственного изолятора, встретила Светлану Васильевну морозным воздухом, наполненным плотным автомобильным чадом: перед СИЗО урчала моторами колонна «автозаков» - выкрашенных серой краской специальных машин для перевозки арестованных и осужденных. В набитое до отказа чрево следственного изолятора прибыло очередное пополнение.

Светлана Васильевна обошла колонну и направилась вверх, между домами, к троллейбусной остановке. Намеревалась заглянуть в овощной магазинчик, на углу Баргузинской и Ингодинской, но узкий тротуар был перекопан с лета, сейчас там громоздилась серая наледь, на которой убиваться в сапогах на шпильке желания не было. Впрочем, чего глазеть на пустые полки, успокоила себя Светлана Васильевна, и решительно зашагала к остановке «рогатого».

Он, по «закону бутерброда», показал ей свой квадратный зад и гулко покатил вниз по центральной улице, дребезжа расхлябанными дверями и прочими железками.

Светлана Васильевна оглянулась с досадой, но в конце улицы, на разворотном кольце конечной остановки, троллейбусных рогулек в морозном мареве не просматривалось. А холод уже полез под коротенькую шубку, охватил тонкую кожу форсистых сапожек.

– Девушка, извините, вижу, торопитесь? Если не дальше вокзала, то могу подвезти.

Бежевая «семерка» притормозила около Алейниковой неслышно и неожиданно. В опущенное правое стекло приветливо улыбался ровесник Светланы, приятный брюнет, в модной меховой куртке.

– Юра? Вот удачно!
– обрадовалась Алейникова, быстро забираясь на переднее сиденье.
– С праздником!

– И тебя, дорогая, - легким поцелуем в щеку отметился брюнет, - со старым Новым годом! Какие, кстати, планы по этому поводу?

– Ну какие у меня без тебя планы, - улыбнулась Светлана, прижимаясь на мгновение к Юрию щекою.

Водитель бежевой «семерки» относился к новому российскому классу предпринимателей. Или «новых русских», как их стали называть сначала в анекдотах, а потом, уже без кавычек, в прессе и деловом обороте.

Но Юра в малиновом пиджаке не ходил, золотой цепью не бряцал, пальцы веером не топорщил. Спортивный и подтянутый, улыбчивый и обходительный, не жадный, но и не любитель швырять купюры в злачных местах.

ОНИ познакомились так же, как сегодня встретились. На этой же остановке, и Светлана так же спешила, и троллейбус, как и сегодня, только что ушел. Только вместо мороза царило летнее пекло. Но так же, как и сейчас, рядом остановилась бежевая «семерка», и окликнул водитель Светлану той же самой фразой, предлагая подвезти «не дальше вокзала».

– А я вас немного знаю, - сказал, улыбаясь, симпатичный брюнет за рулем, притормаживая под желтый у агентства Аэрофлота.
– Вы ведь в прокуратуре работаете?

Светлана удивленно подняла брови.

– Нет, - мужчина засмеялся, - в число посетителей вашего строгого заведения я не вхожу. У меня там приятель работал, перевелся не так давно. Да вы его, наверное, знаете - Боровинский, Альберт.

Светлана кивнула.

– Я его как-то ждал в конце рабочего дня, - продолжал хозяин «семерки», - и вы выходили. А я, уж, простите, грешен, приятеля и спросил, кто это такая.

Он оторвал правую руку от рычага переключения скоростей и сделал какое-то воздушное движение.

– Какая?
– с заметной прохладцей спросила Алейникова.

– Легкая, солнечная. Вы обращаете на себя внимание.

Незнакомец за рулем посмотрел на Светлану с извиняющей

улыбкой, мол, не судите строго за фривольный тон.

Впрочем, Светлана не почувствовала привычной неприязни, возникающей с некоторых пор у нее при очередной мужской попытки приклеиться.

Собеседник перестроился в левый ряд и притормозил у очередного светофора.

– Я даже выпытал у приятеля ваше имя. Но - будьте снисходительны, ведь более и далее, заметьте, - никаких попыток. Да и как к вам подступишься!

Он нарочито вздохнул, поворачивая к Светлане улыбающееся лицо.

– Красавица, спортсменка, прокурорша! Вах-вах! А сегодня - счастливый случай! Приятная возможность оказать даме пустячную услугу.

– Вот я вас и поймала!
– Светлана неожиданно для себя приняла эстафету в этой ни к чему не обязывающей болтовне, - Счастливый случай, говорите, а сами - «не дальше вокзала»!..

– А надо было - «хоть на край света»?
– Хозяин «семерки» снова мягко улыбнулся.
– Я так бы и поступил, вплоть до галантного распахивания дверцы, но, увы, в самом деле, испытываю некоторый цейтнот, уж простите великодушно. Я не против края света. Вы мне еще тогда, в самый первый раз, понравились. Но, - он предостерегающе поднял руку, - как легкомысленное признание прошу сказанное не расценивать.

– А что же это?
– хмыкнула Светлана.

– Констатация факта. Чтобы познакомиться.

– По-моему, вы все, что хотели, выяснили у своего приятеля.

– Только имя, только имя!
– протестующе замахал рукою незнакомец, ловко сворачивая на Профсоюзную перед длинной вереницей встречных машин, катившихся от привокзального перекрестка.
– У вас поразительная профессиональная хватка! Мне осталось лишь сознаться, что я «не был, не участвовал, не состоял». Зовут Юрий, Юрий Николаевич Максюта. Сообщаю исключительно для того, чтобы сбалансировать информацию друг о друге. Видит Бог, мой приятель более ничего о вас не доложил. Ах, да, я еще знаю, что вы работаете в прокуратуре. Ваш покорный слуга относится к предпринимательскому классу - помаленьку двигаю российский бизнес как исполнительный директор внешнеэкономической фирмы «Контракт»...

– Звучит громко. Наслышана. Народ бытовой техникой снабжаете и одеваете с помощью Поднебесной.

– А что в этом плохого?
– развернувшись и притершись к бордюру, спросил хозяин машины.
– Польза очевидна - и для, как вы выразились, народа, и для нас, предпринимателей. Барыши, как видите, не столь велики.
– Он похлопал ладонью по рулю «Жигулей».
– В люксовых иномарках не ездим. И перед соответствующими органами, - хитро подмигнул Светлане, - прозрачны и непорочны в своей внешне- и внутренне-экономической деятельности. Иль где-то с нами был скандал?