Чтение онлайн

МИНАС-ТИРИТ

На замшелых камнях вода,

И цемент - как рубцы на теле.

Ну зачем ты пришел сюда?

Тени прошлого улетели.

Отойди же! Не тронь копья,

Парень в куртке из черной кожи.

Ты такой же турист, как я.

Ты чужой в Цитадели тоже.

Обернулся. В глаза глядит...

Так на чей-то портрет похожий...

Древний герб на его груди...

Быть не может! Да быть не может!

Стыд и липкий холодный страх.

Я немею под строгим взглядом.

Если ты возвратился, страж,

Значит, враг уже где-то рядом?

Улыбнулся угрюмо ты.

– Не тревожься, дитя... Чего там...

И ушел проверять посты

Вдоль стены к городским воротам.

И. ШАЛЬНОВА

ПЛАЧ ПО СЫНУ ДЕНЭТОРА

Созвездья февраля вослед глядят недобро.

Ущербная луна на западе горит.

Куда тебя унес по сумеречным долам

Твой быстроногий конь? Земля не говорит...

Плащ реет за спиной, как крылья черной птицы.

Спрошу я часовых на крепостной стене

Когда же наконец ты сможешь возвратиться,

Но только ничего не скажут стражи мне...

Спрошу я у ветров: "Вы не слыхали зова

В ночи трубящий рог?" И мне ответил смерч:

"Он дрался до конца. Товарищ твой суровый

Сломал в ночном бою свой лучезарный меч.

Он пал - но победил! И будут крики чаек,

Пока не рухнет мир, как плач по нем, звучать.

И светлая река ладью его качает

На золотых волнах и солнечных лучах."

И. ШАЛЬНОВА

СЕРАЯ ГАВАНЬ

Под вечерными лучами

На покинутом причале

Мы плечом к плечу стояли,

Окруженные молчаньем.

Завтра снова солнце встанет,

Возвратит надежду людям,

Мы мудрей и тверже станем,

Только прежними не будем.

Отогреть в ладонях птицу

Как и прежде, будем рады,

Но рука теперь ложится

На оружье так, как надо.

Деревца сажают люди,

Окрыленные надеждой,

Мир еще прекрасней будет,

Но уже не будет прежним:

Превратятся в новый венчик

Лепестки увядших лилий,

Но не в тот, что в первый вечер

Был подавлен самой милой.

Наших дней дела и споры

Будут помниться все хуже,

Мы себя в легендах скоро

Ненароком обнаружим.

Сыновья былых поэтов

Песни новые сложили...

Мир меняется. И это

Жизнь, которой мы служили.

Что ж, друзья, пора в дорогу.

Слезы нам глаза промоют,

Мы привыкним понемногу

Ждать известий из-за моря.

Возвращается надежда,

Солнце снова землю греет,

Мир уже не будет прежним

Мы спокойней и добрее.

Л. ДЕНИСЮК

Прости меня, я твой тревожу сон.

Прости меня, ты нужен нам опять

Здесь, в крепости, сумевшей устоять

В огне врага и паводке времен.

Травой забвенья порастают рвы,

Глаза бойниц затягивает тлен.

Лишь башня не склонила головы

На каменные руки древних стен.

Нас мало; даже меньше, чем нас есть:

Нас расшатал предательский покой.

Мы позабыли, что такое месть

И черный дым за Вечною рекой.

Мы разучились доверять мечу,

Не доверять во тьме чужим шагам.

Мы хлопаем приезжих по плечу

Желая, может, здравствовать врагам...

Ночами позволяем себе спать

Под ропот и ворчание реки.

И крепостью смешно нас называть,

И сами мы - ни стражи, ни стрелки.

Никто не верит в сказки древних лет,

Они ничей не разжигают пыл.

Той лодки на воде пропал и след...

Так встань же, если ты и вправду был!

Л. ДЕНИСЮК

– Я слышу рог.
– Тебе, наверно, снится.

Такая тишина вокруг, что странно.

Такой покой не любят на границе.

А за Рекою то опять... туманно.

– Я слышу рог. Его доносит ветер.

Прислушайся - и ты услышишь тоже.

– Да нет, все тихо. Я бы уж заметил.

Чтоб я проспал - такого быть не может.

– Я слышу рог, сходи за капитаном.

– Да брось, нельзя: он только что из боя,

И я его тревожить зря не стану.

– Я слышу рог... Послушай, что с тобою?

Мы все устали от ночей бессонных.

Иль ты меня морочить влез на крышу?

Чего сейчас молчишь, неугомонный?

– Я слышал рог... Теперь уже не слышу.

Л. ДЕНИСЮК

ТУМАН НАД МИНАС-ТИРИТОМ

(КНЯЗЬ ИМРАИЛ)

Цитадель разрывает небо,

Поднимаясь все выше, выше...

О, не дайте старинным стенам

Раствориться в его дали!

День вчерашний уходит в небыль,

Поле битвы покоем дышит,

За холмами выходят в море

Серебристые корабли...

Говорят, все осталось в книгах

Как легенды о славном прошлом.

Говорят, зло сложило крылья

И не вязнет в дыму закат.

Это правда, но ради мига,

Когда, став вдруг светлей и строже,

Цитадель в вышине парила,

Я вернулся б туда, назад.

И храню я - не пылкость гнева,

И не боль вековой разлуки,

И не радость седой победы

А закатную ту тоску,

Когда Башня уходит в небо,

Обессиленно стынут руки,

Песня гордая рохирримов

Обрывается на скаку...

Л. ДЕНИСЮК

ВОЙНА

Тревожна явь. Кошмарны сны.

Вершины гор освещены,

И на холмах неровный блеск

Сторожевых огней.

Над Гондором спустилась ночь.

Спешите, чтоб успеть помочь

Иль увидать кровавый всплеск

Его последних дней!

На башне - страж. Горит костер.