Чтение онлайн

Напитанным осенью чубом,

Поэт лихорадит аорту

Привычным ему дискомфортом.

Ночь катится шаром по суше,

Дымок сигареты бездушен,

Слова апатично ложатся

На тени от стрелок…

Двенадцать…

«»»»»»»»»»»»»»»»»»

Мне ничего, сударыня, не нужно,

И нет желанья памятью своей

Перечеркнуть вертлявую окружность

С нанизаными бусинками дней.

По кругу жизнь и по спирали время…

Виток к витку – и снова времена

Заполыхали порохом полемик,

Какой должна быть нищая страна.

Я не философ, мне себя не втиснуть

В среду прожжённых догмами людей,

Не сочинять посредственных записок

С коротким резюме, кто есть злодей.

История, и та вершит лукавость,

Меняя мненье через сотню лет,

В венки тиранов впутывая славу,

Обожествляя сущность непобед.

Отставленные в угол транспаранты

Не выпадут никак из полусна,

В котором веры розоватый бантик

На лацкан пристегнула мне страна.

И, напевая прошлые романсы,

Молчу плотвой и пену не гоню:

Какие лица в нынешнем пасьянсе,

Какие блюда в нынешнем меню!

Сударыня, они неотличимы

От погребённых обществом вождей

И, собственно, поможет ли наш климакс

Поверить вновь рубиновой звезде?

Да-да, НАШ климакс!

Я же вижу, вижу

Растленность душ и бездуховность сил,

Баюкающих собственную грыжу

На всероссийской сломанной оси!

«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»

Как лоб не морщинь, не криви

Себя отчаянностью строгой,

А жить-то хочется в любви

И в постоянности, ей богу!

И просто жить, взирая на

Случайности философично:

Пусть ты мне вовсе не нужна,

Но ты воздействуешь на личность!

Шаг в осень или в зиму шаг,

В разлив весенний по грудину –

Всё как положено, всё ТАК

Без конфетти и серпантина!

Без труб, зовущих в небеса...

А, впрочем, стоп, не лги, не каркай,

Из безымянности неяркой

Зовут наверх нас голоса.

Прорвался, значит, будешь жить,

Не рассуждая истерично

По поводу давленья лжи

На несложившуюся личность.

Тогда все раструбы твои,

Вопить в них можно без тревоги

О чистой праведной любви

И постоянности...

Ей богу!!!

Ххххххххххххххххххххххххххххх

Когда словесные коржи

Не выпекаются, а сохнут,

Когда строка не хочет жить

В моей надломленной эпохе,

Я вынужден её клеймить

Двойными росчерками пасты --

Зачем вносить ей в этот мир

Сухую личную бесстрастность?

И напрягаюсь в тишине

Собою созданных понятий,

Ловя мгновения извне,

Чтоб обратить их в детонатор

И подорвать бумажный лист

Не отвлечённым пересказом,

А нервным хлопаньем кулис

От резкой и правдивой фразы.

Чистосердечно матеря

Соратников по скрипу перьев,

Смотрю на бег календаря

Без показушества истерик.

Что было – всплесками ушло,

Что будет – неизвестность фронта,

Что есть – зеркальное стекло

От горизонта к горизонту.

Моя задача – добежать

И врезаться цветною гранью

В непостоянность рубежа

Между желаньем-состраданьем

И вязкой сущностью эпох

Без выхода за их окружность,

Фиксирующих каждый вдох

И в то же время равнодушных…

«»»»»»»»»»»»»»»»»»

В каком ироничном бы стиле

Поэты словес не плели,

А люди хорошие были

И будут на лике Земли!

И есть!

Утверждаю без крика,

Без ломки и вывихов рук,

Шагая по сгорбленным стыкам

Эпох на всемирном ветру.

Они незаметны делами,

Ворочают камни, как все,

А нужно – уходят под знамя

И гибнут в свинцовой росе.

Я с ними, я с вами, ребята!..

Но разве дотянешься к ним

Из чётко назначенной даты

Своим откровеньем седым?

Приходится сдерживать чувства,

Лопатить бумагу пером,

Почитывать нервного Пруста,

Да чудные сказки Перро;

Да молча смотреть монитору

В распахнутые глаза…

Есть люди на свете, которым

ВЫ – ЛЮДИ!
– - я мог бы сказать…

«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»

Между реальностью и снами грань бесплотная,

Бездушная, бездумная, холодная

И тёплыми подушечками пальцев

Не прикоснуться к ней, как ни старайся;

Цилиндриком зажжённой сигареты

Нельзя проткнуть тарелку с винегретом,

Сознание больно, несовершенно,

В нём проросла зависимость от тлена…

Но это рассуждения, не более!..

Реальность, переполненная болями,

Хозяйничает в каждом капилляре,

Мысль молодит или духовно старит;

Не отвертеться от неё, и тело

Нельзя загнать искусственно в пределы

Построенного вымыслом чертога,

Где сны аморфны, как деянья бога…

Нельзя!..

Мир груб и в то же время ласков,

А наша жизнь на нём пятном из ряски –

Хлестнёт волна жестокостями быта –

Оно плывёт прабабкиным корытом

Безвольно, не колеблясь, без желанья,

Испытывая резь от состраданья

К себе подобным…

И невольно снова

Впадаешь в сон за грани неземного…

«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»

Зажмуриться и не смотреть на свет,

На белый плеск октябрьского солнца,

Метнувшего неудержимый стронций

На рябь морскую горстками монет;

Не задыхаясь в яркой темноте,

Рождённой за ресницами к забвенью,

Стать для себя невидимою тенью,

Неслышимою строчкой на листе…