Стихотворения
Шрифт:
* * *
Сгибаясь, смуглые девицы Несут корзины спелых ягод. Из этих ягод вареницы На всю деревню хватит на год. Уселись девушки на травке, Кто ножку трёт, кто шьёт платок, А кто пришпилил на булавке К прическе розовый цветок. Опять старуха на пороге: «Эй, девки, живо за водой». И снова тянется дорога, Ведущая на водопой. Сгибаясь, смуглые девицы Несут с водою кувшины. И пением свободной птицы Все вздохи их заглушены. Они садятся не на травке, Теперь уж поздний вечерок. Ложатся в темноте на лавки, Им светит сорванный цветок. * * *
Меня не любят соловьи И жаворонки тоже. Я не по правилам пою И не одно и то же. В лесу кукушка на вопрос Охотно отвечает, И без ошибки смертный час По просьбе отмечает. Но если сто семнадцать раз Вам пропоёт кукушка, Не отвечайте ей тотчас: Какая же ты душка! Наверно, врёт кукушка. * * *
Я болен страшною болезнью: Но не проказой, не чумой — Еще страшнейшею болезнью — Пошел я по миру с сумой. Встречать знакомых мне не стыдно — «Ах, здравствуйте! Я очень рад. На бал собрались? это видно. Но что за странный маскарад?» А я протягиваю руку И мне, смеясь, дают пятак. Я спешно пожимаю руку И ухожу на свой чердак. По щелям шепчут тараканы: «Ну что, повесится ли он?» Заглядывают мне [в карманы] И видят — денег миллион. На эти деньги покупаю Вина, селёдки, папирос. И в полутьме своей читаю Безумный гоголевский «Нос». * * *
Перед грозой родное дно Покинули большие крысы. Теперь уже давным-давно Все эмигранты стали лысы. Всё ждут: когда-нибудь потонет Сверхокеанский пароход, Он так в порывах ветра стонет, Так страшно замедляет ход. На пристани ликуют шумно, И начинаешь думать сам, Что поступили те разумно, Кто верил только небесам. Но множатся кресты Женевьевы, И лысины, среди могил, Заупокойные напевы Бормочут из последних сил. * * *
Посв. К. Д. Померанцеву
Я умираю бессловесно, Как умирает скот. Теперь давным-давно известно: Так умирал народ. На сердце каждого солдата Приколот Богом алый бант, Но почитается за брата Солдатом русский эмигрант. В раю с войною будет тесно — Апостол шепчет у ворот — Но этот умер бессловесно, Как умирал народ!* * *
<фрагмент>
Медведи стали огурцами (Я с детства к точности привык) И повторяю — огурцами. Многообразен наш язык. А сколько их в солёной бочке! В ней русский дух, в ней есть укроп. Здесь точность требовала б точки, Но — огурцы, на них укроп… Неточность вся в последней строчке: Не снят ещё стеклянный гроб.* * *
Вот она, ушедшая деревня. И над ней усталая луна. Тощие, безрукие деревья, Мимо них дорога как струна. Так ушла безвременно природа! У шлагбаума туман уснул, Точно с перекисью водорода Город паклю в горло ткнул. Поделиться с друзьями: