Чтение онлайн

– Стой, – прервал его Вячик. – Точно Кривой про нас с Москвой базарил?

– А чего мне вам уши тереть? – усмехнулся Щербаков. – Что слышал, то и сказал. Мне-то тогда ваши дела по хрену были. Я же не знал, что это ты, Вячик, влип, а то бы сразу впрягся. Мне Кролик и цинканула про вашу канитель. А уж когда…

– Как эту крольчиху выхватить? – нервно спросил Медный. – Ведь если Кривой нас по натуре сдал, надо ноги делать. Кость это так не оставит.

– Положим, с Костью мы договориться сумеем, – заметив удивленный взгляд Щербака, спокойно проговорил Хаджи. – Но если Кривой в натуре нас вломил, с него получить надо.

– Кролик сейчас у него, – подсказал Щербак. – У Кривого. Они же вроде как…

– Эй! – Вслед за громким стуком в оконное стекло они услышали женский голос. – Мне Вячик нужен.

– Вот и Кролик, – кивнул на окно Щербаков. – Евгения Алгова.

– Алга? – удивился Вячеслав.

В дверь вошла Кролик.

– Наконец-то, – быстро заговорила она. – В общем, Кривой сдал вас Косте. Приезжал какой-то мужик от него. Похоже…

– Заткнись, – увидев, что Щербак растерялся, оборвал ее Хаджи.

– Так, значит, у вас хозяин имеется, – пробормотал Геннадий. – Я думал, вы вольные стрелки. – Он взглянул на Вячеслава. – Ты же мне базарил, что сам на сам работаешь. Выходит…

– Не строй из себя блатного, – усмехнулся Филин. Поправив очки, шагнул к Щербаку.

– Перестань, – остановил его Хаджи.

– Нормально, – усмехнулся Щербак. – Значит, мне и морду начистить желание имеется? Лихие у тебя приятели! – сказал он Вячеславу.

– Ты поможешь нам или нет? – раздраженно спросил Хаджи.

– Я уже говорил, – усмехнулся Щербак, – за мной должок. За водилу с молоковоза. Адреса этих мужиков… – Он перешел к делу.

– Я не знаю, где они. – Клавдия отступила назад, видно было, что она испугана.

– Ты должна знать, – хмыкнул стоявший у окна крепкий молодой мужчина. – Почему ничего сразу не сообщила? Это случилось у них до Саратова или после?

– До. Поэтому…

– Странно. И что же они, никак уладить это не могут? Сунули бы на лапу кому-нибудь, и все дела. Почему они этого не сделали?

– Я ничего не знаю, Лысый, – по-прежнему с испугом глядя на него, сказала женщина.

– Ладно. Мне нужен Белков. Он наверняка знает все. И еще: как только объявятся эти придурки, ничего им не говори. Поняла? – В его голосе послышалась угроза.

– Да, да, – Клавдия торопливо закивала, – я ничего не скажу, честное слово!

– Как связаться с Белковым?

– Я позвоню ему.

– Тогда давай в темпе. Он мне нужен, пока эти не знают, что… – Лысый криво ухмыльнулся.

– Я сейчас позвоню. – Клавдия быстро вышла из комнаты.

– Нагнал ты на нее жути, Лысый, – улыбнулся рослый парень, потягивая пиво. – Кость послал, чтобы просто все выяснить и доложить. А ты, кажется, уже и решение принял.

– Я знаю чуть больше, – усмехнулся Лысый. – Вячик зря с Уютным связался. Тот же после промаха в Питере по лезвию ходит. Конечно, пытается сейчас очков перед Костью заработать. Вячик мужик свой, я его понимаю, но…

– А что же ты ни Горцу, – перебил его третий, мужчина с оттопыренными ушами, – ни Косте не сказал, если все знаешь?

– Тебя, Лопух, – бросил на него быстрый взгляд Лысый, – это вообще никак не касается. Ты просто для числа здесь. И все. Так что не надо басен.

– Кто же приехал? – нервно спросил Вячеслав.

– Надо когти делать, – предложил Медный.

– Я не понимаю, – поправив очки, спокойно заметил Филин, – что у вас за кипиш начался? Ну приехал кто-то. И что? – Он пожал плечами. – Михайлов узнал о том, что нас здесь могут прихватить. Вот и пытается выяснить причину.

– Но мы-то ему об этом ни полслова, – сказал Медный. – Не, парни, вы как хотите, а лично я исчезаю.

– Не советую, – возразил Хаджи. – Тогда точно сто баксов на похороны получат твои родственники. Надо узнать, кто приехал. Парни наверняка объяснят, за чем именно. В Саратове мы сработали чисто. Здесь сразу увязать не могли, потому что надо было ехать туда. А когда возвращались, то вроде стали делать все правильно. И если бы не эта сучка Орлова да еще молоковозник, все было бы путем. А уезжать – это…

– Ты о тех, с «КамАЗа», забыл, – напомнил Вячеслав. – Мужики с гонором оказались. Я думал, они поняли, что шутки плохи и лучше рот на замке держать. Хренушки! Похоже, кого-то из них просто разозлили. Надо было узнать, кто они по жизни, а уж потом наезжать. Может, по-хорошему бы и договорились. А сейчас, похоже, неприятности только начинаются.

– Я же говорю, – повторил Медный, – надо сваливать.

– Да хорош тебе! – резко бросил Филин. – Заколебал уже. Хочешь отваливать – вперед. И не капай нам на мозги. Знать бы, кто приехал.

– И зачем? – нервно добавил Вячик. – Если только для того, чтобы все выяснить, – одно. Если же… – Не договорив, замолчал.

– Если бы они приехали нас мочкануть, – криво улыбнулся Филин, – то уже давно бы сделали. Тем более она, – он посмотрел на Кролика, – сказала, что приехал один.

– Так Кривой говорил, – поправила его она. – А сколько на самом деле, не знаю.

– Где этот гребаный мусор? – зло спросил Хаджи. – Тот, кто приехал, наверняка с ним…

– Ты забыл, – усмехнулся Вячик, – что мы в Тамбове, а он в Мичуринске. Так что у нас есть фора.

– Но Кривой сказал, что кто-то из парней здесь, – нервно напомнила Кролик.

– А ты чего так заволновалась? – покосился на нее Филин. – Тебе-то что?

– У нас с ней довольно горячая любовь была, – усмехнулся Вячик. – Поэтому ее Кость, точнее, одна моя знакомая через Кость из Москвы и убрала. Мы с ней, – он обнял за плечи Евгению, – старые знакомые. И чего только между нами не было! – рассмеялся он. Кролик тоже улыбнулась.

– Воспоминания, воспоминания! – Филин хмыкнул. – Сейчас надо другое не забывать.

– Свои шкуры спасать, – снова высказался Медный.

– А ты, Костик, трусоват, – хмыкнул Хаджи. – Своего тезку, похоже, до ужаса боишься.

– Я сам был в бригаде исполнителей, – усмехнулся тот. – И знаю, зачем обычно Кость посылает парней к кому-то. Особенно если в другой город и к своим.

– Я слышал об этой бригаде, – сказал Хаджи, – но не знал, что ты там работал. А чего же ушел?

– Приятеля своего валить надо было, – хмуро отозвался Медный. – Я и заболел с понтом. В общем, Кость помиловал. Просто убрал, и все. У него тогда только все начиналось, поэтому каждый человек на счету был. Сейчас просто шлепнули бы, и все дела. Вот вы брякнули, что Медный боится. Да, подыхать уж больно не хочется. Сорвемся – проживем дольше.