Чтение онлайн

{32}2 мая 1813 года у Лютцена (южнее Лейпцига) Наполеон одержал серьезную тактическую победу над русско-прусскими войсками под командованием П. Х. Витгенштейна и вынудил их отступить за Эльбу (в немецкой историографии Лютценское сражение иногда именуется сражением при Гросс-Гершене). Историки расходятся в оценке понесенных сторонами потерь: так, например, если верить научно-популярной книге В. В. Бешанова, французы потеряли 15 000, а союзники - 12 000 чел. (Бешанов В. В. Шестьдесят сражений Наполеона. Минск, 2000. С. 395); в то же время Д. Чандлер, несравнимо более заслуживающий доверия, приводит следующие цифры: французские потери - не менее 20 000 убитыми и ранеными (в т. ч. 3-й корпус Нея - 12 000) плюс еще несколько тысяч отбившимися, союзнические же - от 11 500 до 20 000 убитыми и ранеными (Чандлер Д. Военные кампании Наполеона. Триумф и трагедия завоевателя: Монография. М., 1999. С. 539). К 20 000 с обеих сторон склоняется и А. Васт (История XIX века под ред. проф. Лависса и Рамбо. Т. 2. М., 1938. С. 294). Известный советский военный статистик Б. Ц. Урланис оценивает потери французов в 20 000 убитыми и ранеными, потери союзников - в 12 000 (Урланис Б. Ц. История военных потерь. Войны и народонаселение Европы. Людские потери вооруженных сил Европейских стран в войнах XVII-XX вв. (историко-статистическое исследование). СПб., 1994. С. 81); примерно так же полагает и очевидец событий А. Жомини: союзники - от 12 000 до 15 000, французы - более 20 000 (в т. ч. корпус Нея - 12 000) (Жомини Г. В. Политическая и военная жизнь Наполеона. СПб., 1844. Ч. 3. С. 58). По мнению фон Кеммерера, союзники лишились 11 500 чел. (в т. ч. около 10 000 убитыми и ранеными), французы - 22 000, включая 15 000 из корпуса Нея; Ланрезак же присуждает французам 18 000 чел., из них 12 000 - 3-му корпусу (Loraine Petre F. Napoleon's last campaign in Germany 1813. London, 1974. P. 89). Общую картину потерь уже упоминавшийся Б. Ц. Урланис оценивает в 32 000 чел. (с. 79), из них убитыми - 7500 (с. 515).

Исходя из всего сказанного, нетрудно понять, сколь ненадежное дело история и до какой степени достойны доверия историки. Впрочем, как бы там ни было, никто не станет отрицать, что основной удар пришелся на 3-й корпус Великой Армии, которым командовал маршал Ней.

20-21 мая 1813 года у Бауцена (саксонский городок на гранитных скалах правого берега р. Шпрее, в бассейне Эльбы) войска Наполеона (до 163 000 чел., из них не более 11 000 кавалерии, при 350 орудиях) превосходящими пехотными силами одержали вторую значительную победу за Лейпцигскую кампанию над русско-прусской союзной армией под командованием П. Х. Витгенштейна (до 96 000 чел., из них до 24 000 кавалерии, при 610 орудиях). Историки и здесь расходятся в оценке потерь: А. Васт, например, полагает, что французы похудели на 12 000, а союзники - на 18 000 чел. (История XIX века, т. 2, с. 295), В. В. Бешанов утверждает то же самое, только наоборот (с. 400-401), солидаризируясь, надо полагать, с Н. А. Орловым, определяющим цифру союзнических потерь в 12 000 чел. (6400 русских и 5600 пруссаков), не считая легкораненых, а французских - в не менее чем 18 000 чел. и 2 орудия (Орлов Н. А. Бауценское или Вуршенское сражение (8 (20) и 9 (21) мая 1813 г. ). СПб., 1883. С. 16); Д. Чандлер присуждает каждой из сторон по 20 000 выбывших из строя (с. 545); по мнению Ф. Лорейна Петра, союзники лишились 10 850 чел., а французы - от 20 000 до 25 000 чел. (p. 136); по подсчетам Б. Ц. Урланиса, потери с обеих сторон составили 32 000 чел. (с. 79), из них убитыми - 13 000 (с. 515). По оценкам Н. А. Левицкого, под Лютценом и Бауценом Наполеон в общей сложности потерял убитыми и ранеными 40 000 чел., союзники - около 24 000 чел.; такую разницу в потерях историк вполне справедливо объясняет подавляющим перевесом союзной артиллерии и слабостью французской конницы (Левицкий Н. А. Полководческое искусство Наполеона. М., 1938. С. 215). Характерно восклицание Наполеона на исходе этой победоносной виктории: "Такая бойня и никаких результатов!" Главным виновником отсутствия окончательных результатов, бесспорно, следует считать маршала Нея, командовавшего северным крылом (2-й, 3-й, 5-й и 7-й пехотные и 2-й кавалерийский корпуса плюс дивизия легкой кавалерии) созданной незадолго до этого единой "армии Эльбы". Вместо того чтобы, по совету своего начальника штаба барона Жомини, стремительной атакой рассечь тылы союзников и отрезать им путь к отступлению, бросив имеющиеся в распоряжении войска в направлении стратегически важной хохкирхенской колокольни, Ней стал терпеливо ожидать несуществующих приказаний из императорской ставки и прибытия 7-го корпуса Рейнье, расходуя все свои силы на бессмысленно самоубийственный фронтальный натиск против сильных укреплений деревни Прайтиц. К тому времени, когда наконец 5-й корпус под командованием генерала Жака Лористона доплелся до позиций князя Московского, выяснилось, что последнего с этих самых позиций только что вышибли; с трудом Нею и Лористону удалось отбить собственные исходные рубежи, но оба они так и застряли перед злополучной немецкой деревенькой вплоть до самого конца сражения.

26-27 августа 1813 года при Дрездене Наполеон нанес серьезное поражение объединенным русско-прусским (под командованием генерала М. Б. Барклая-де-Толли) и австрийским (под командованием князя Шварценберга) войскам, вынудив их отойти к Рудным горам. Д. Чандлер оценивает общие потери союзников где-то в 38 000 чел. (одному только Мюрату попало в плен 13 000 несчастных), потери французов - в районе 10 000 (с. 554); по мнению А. Васта, потери французов и союзников были почти равны (примерно по 10 000 чел. ), но союзники оставили в руках Наполеона 15 000 пленных и 40 орудий (История XIX века, т. 2, с. 302); В. В. Бешанов же полагает, что из строя выбыло более 20 000 союзников и втрое меньше французов (с. 407-408). Последнее мнение хорошо согласуется с подсчетами Б. Ц. Урланиса, считающего, что в дрезденской переделке с обеих сторон полегло 27 000 смертных (с. 79), из них навечно - 6800 (с. 515). В этой баталии Ней успешно командовал сводной войсковой колонной из двух дивизий Старой гвардии в центре и на левом фланге.

16-19 октября 1813 года под Лейпцигом объединенные русско-прусско-австро-шведские войска под общим командованием князя Шварценберга нанесли тяжелое поражение армии Наполеона (на Св. Елене заметившего по этому поводу кратко и прямолинейно: "16 октября обе армии сошлись на поле сражения под Лейпцигом. Французская армия вышла победительницей"), что повлекло за собой освобождение Германии и Голландии от французского присутствия и распад карманно-декоративного Рейнского союза. Число участников этой многонациональной баталии приближалось к 500 000 чел., вследствие чего она получила в историографии наименование "битвы народов". Из этих пятисот тысяч коалиционные войска составляли 305 000 чел. при 1335 орудиях (русско-прусско-австрийская Богемская армия - 133 000 чел. при 578 орудиях, прусская Силезская армия - 60 000 чел. при 315 орудиях, Северная армия - 58 000 чел. при 256 орудиях, русская армия Беннигсена - 46 000 чел. при 162 орудиях, австрийский корпус Иеронима Коллоредо - 8000 чел. при 24 орудиях; см.: Н. А. Левицкий, с. 223; впрочем, и здесь не стоит обольщаться научным единодушием: так, Д. Чандлер полагает, что Богем-ская армия Шварценберга насчитывала 203 000 солдат, Силезская армия Блюхера - 54 000, а Северная армия - 85 000 (с. 560)). Стянутые к Лейпцигу французские силы оцениваются в 177 500 чел. и почти 700 орудий, не считая ожидавшихся на подходе 7-го корпуса Рейнье (14 000 чел.) и дивизии из 3-го корпуса (4700 чел.) (Д. Чандлер, с. 561). Талантливый английский военный историк Фрэнсис Лорейн Петр (1852-1925) в своей монографии 1912 года "Последняя кампания Наполеона в Германии в 1813-м" следующим образом характеризует произведенный расход пушечного мяса: пруссаки потеряли 16 033 чел., русские - 22 605 чел., австрийцы - 14 958 чел., шведы (самые скромные и экономные бойцы) - 178 чел., итого потери союзников - 53 784 чел. (на самом деле итоговая сумма указанных здесь потерь составляет 53 774 чел.); французы же потеряли убитыми и ранеными 38 000 чел., пленными - 15 000 чел., больными и ранеными в госпиталях - 15 000 чел., рекрутированными немцами-перебежчиками - 5000 чел., итого - 73 000 чел. (Loraine Petre F. Napoleon's last campaign in Germany 1813. London, 1974. P. 382-383). Такой же позиции придерживается и Д. Чандлер, оценивая потери союзников примерно в 54 000 убитыми и ранеными, французов - в более чем 38 000 убитыми и ранеными (кроме того, 19 октября в руки союзников попало еще 30 000 французов; кроме того, 5000 германских солдат перешли на сторону врага во время сражения; кроме того, Наполеон оставил врагу 325 пушек, б. ч. обозов и транспорта и много всякого имущества на складах); впрочем, добавляет историк, выяснить точные цифры потерь не представляется возможным (с. 569). По мнению В. В. Бешанова, французы потеряли около 80 000 чел. (в одной только мясорубке на улицах Лейпцига было перезано 13 000) и 325 орудий (в общую цифру включаются также 11 000 пленных), союзники - свыше 54 000 чел. (с. 424). А. Васт полагает, что в общей сложности пало более 130 000 чел., в т. ч. около 50 000 французов (из них 13 000 в зданиях Лейпцига), не считая 350 французских орудий и 15 000 плененных французских солдат (История XIX века, т. 2, с. 306). Н. А. Левицкий оценивает потери Наполеона в примерно 60 000 чел. и 325 орудий, потери союзников - где-то в 80 000 чел. (с. 233). По подсчетам Б. Ц. Урланиса, под Лейпцигом и в самом Лейпциге полегло убитыми и ранеными 125 000 чел. (с. 79), из них убитыми - 35 000 (с. 515; уточняя рассчитанную по "Statistischen Daten usw." цифру в 15 000 погибших французов до 14 300 чел. и прибавляя к этому 22 500 мертвых союзников, Б. Ц. Урланис определяет итоговое число убитых в 35 000-37 500 чел. (с. 516)). Потери французского высшего командного состава Д. Чандлер оценивает в 6 убитых высших офицеров, 12 раненых и не менее 36 попавших в плен (с. 569), В. В. Бешанов - в 20 дивизионных и бригадных генералов (с. 424), а А. Васт - в 17 пленных генералов, не считая короля Саксонского (История XIX века, т. 2, с. 306). Из наиболее значительных лейпцигских страстотерпцев следует выделить погибшего маршала Понятовского и взятых в плен короля Саксонии, а также генералов Ренье и Лористона. Вообще же, поскольку большинство историков не конкретизируют, что именно они подразумевают под словом "потери", доискаться до истины - даже в ее примитивно-цифровом или историографическом исполнении - практически невозможно.

Нею в Лейпцигской кампании не слишком повезло: еще 6 сентября под Денневицем его 70-тысячный отряд, наступавший на Берлин, но брошенный на произвол судьбы атакованным неприятельской Богемской армией Наполеоном, был разбит 150-тысячным войском Бернадота. Ней потерял убитыми и ранеными не то 10 000 (Д. Чандлер, с. 556), не то 18 000 чел. (В. В. Бешанов, с. 411) и отступил. Одной из причин этой досадной неудачи стали бывшие под началом князя Московского бравые и крепкие духом саксонцы, которые, как замечает один из исследователей, "массами бежали без всякого повода" (В. В. Бешанов, с. 411); другой причиной стал сам Ней, который, вместо того чтобы координировать действия собственных войск, носился с саблей наперевес по переднему краю, после чего окончательно наложил руки на горло своей виктории необдуманной переброской солдат с левого фланга на правый.

{33}Далее имеются в виду сражения кампании 1814 года.

Первое крупное сражение кампании - бой у деревни Бриенн 29 января 1814, когда Наполеон успешно атаковал Силезскую армию Блюхера, вырвав у старой прусской лисы победу. Впрочем, на выручку пруссакам подоспела русская кавалерия генерала графа Петра Палена, а сам Блюхер сумел незаметно вывести войска и отошел на юг. Французы потеряли около 3000 убитыми и ранеными, союзники - от 3000 (В. В. Бешанов, с. 434) до 4000 чел. (Д. Чандлер, с. 582).

После того как Блюхер улизнул от "маленького капрала" в объятия главнокомандующего русско-австрийской армией фельдмаршала Карла Филиппа Шварценберга, 1 февраля разыгралось сражение при Ла-Ротьере, где французская армия, насчитывавшая от 36 000 (Анри Уссей; История XIX века, т. 2, с. 321; в издании 1938 г. наборщики сгоряча приставили к этой цифре единицу, получив т. о. "136 000 французов") до 40 000 чел. (Д. Чандлер, с. 583; В. В. Бешанов, с. 434-435), в течение восьми часов противостояла втрое превосходившим ее союзникам (А. Уссей говорит о 122 000 (с. 321), Д. Чандлер - о 110 000 (с. 582), В. В. Бешанов - о 100 000, из которых в деле участвовало, по его мнению, 72 000 (с. 435)). В ходе ожесточенного боя французы были сбиты со своих позиций и далее в продолжение двух дней отступали к Труа, напутствуемые словами Александра I, сказанными пленному генералу Рейнье: "Мы раньше вас будем в Париже". Едва обученные новобранцы умирали и дезертировали тысячами. От полного разгрома французов спасли отсутствие у союзников продуманной координации действий, излишний боевой задор вюртембергских егерей, набросившихся по ошибке на баварскую кавалерию и этим позволивших маршалу Мармону спасти левый фланг и вовремя ретироваться к Бриенну, а также густая метель, укрывшая Наполеона и его армию от нескромных взоров бывшего гусарского полковника Блюхера и наверняка напомнившая уцелевшим еще ветеранам о достопамятном снежном гостеприимстве русской зимы. Историки, говоря о Ла-Ротьере, на этот раз, кажется, приходят к некоему консенсусу относительно потерь: Д. Чандлер полагает, что стороны потеряли приблизительно по 6000 чел. (с. 583), А. Уссей высказывается в том же ключе, подразделяя потери французов на 4000 убитыми и ранеными и 2000 пленными (с. 321), В. В. Бешанов снижает потери союзников до 4600 чел., оставляя за французами до 6000 выбывших из строя (с. 437); А. Уссей и Д. Чандлер также говорят о 50 потерянных французами орудиях, В. В. Бешанов - о 43. Ней отличился при Ла-Ротьере во главе дивизии, контратаковавшей Барклая и на время вернувшей контроль над утраченной было деревушкой.

В начале февраля Наполеон, потеряв по дороге ни много ни мало 4000 дезертировавших "мари-луизочек" (так называли в 1813 г. шестна-дцати-семнадцатилетних новобранцев), укрепился в Труа, где разместил свою штаб-квартиру и создал резерв из Старой гвардии, трех дивизий Молодой гвардии и двух соединений Национальной гвардии. По своему обыкновению император немедля принялся вынашивать наполеоновские замыслы, планируя, удержав на почтительном расстоянии Силезскую армию Блюхера, разделаться тет-а-тет с Богемской армией Шварценберга.

Тем временем Блюхер показал свое истинное лицо и, вместо того чтобы идти на Ножан, как ему предписывалось неприятельскими ожиданиями, - бодрым маршем направился в сторону Шато-Тьерри и Мо и далее вдоль Марны прямиком на Париж. Наполеону пришлось отказаться от искусительных мыслей о Шварценберге и срочно вернуться на север: "...я жертвую всем из-за необходимости прикрыть Париж". Теперь алчущее новых триумфов грозное око императора обратилось в сторону Блюхера, который стал для Наполеона чем-то вроде болезненного наваждения; по крайней мере, когда в ночь с 7 на 8 февраля герцог Бассано явился в императорские покои в Ножане с намерением представить на подпись несколько депеш, он застал своего государя лежащим на полу над картою, утыканной булавками: "А, это вы, - едва повернул голову Наполеон, - я занят теперь совсем другими делами: я мысленно разбиваю Блюхера". Вскоре удача улыбнулась Бонапарту. Шварценберг, вместо того чтобы разгромить "Корсиканское чудовище" близ Труа, начал топтаться на месте, беспрестанно отменяя свои же приказы, предпринимая контрмарши и внося такой беспорядок в действия вверенных ему частей, что, кажется, в конце концов утратил всякое представление о целях своего променада. В итоге, трепеща от одной мысли о скорой встрече с Наполеоном, австрийский главнокомандующий в целях усиления собственной безопасности оттеснил русские войска Витгенштейна к югу и т. о. сам удалился на рискованное расстояние от армии Блюхера. Блюхер же, не обратив внимания на подобную мелочь, ринулся в погоню за корпусом Макдональда и в результате неудачного бокового маневра игриво подставил Наполеону свой оголенный фланг.

Однако последний, несмотря на столь дерзкое оголение фланга перед императорской особой, избрал себе новую жертву: 10 февраля у Шампобера корпус под командованием маршала Мармона при поддержке Нея наголову разбил 5-тысячный корпус генерала Захара Олсуфьева, чему виною явились частью тактические игры Блюхера, частью слабое прилежание самого Олсуфьева к военному делу. Итог: 1200-1500 русских остались лежать на поле боя (Блюхер, отлично слышавший канонаду, так и не пришел на помощь), более 2000 попали в плен; 9 орудий было уничтожено, остальные 15 достались французам, не считая обоза, знамен и 3 генералов, в числе которых был и сам Олсуфьев, захваченный в лесу 19-летним новобранцем, не прослужившим и 6 месяцев. Французы, потерявшие около 200 чел., в порыве энтузиазма прозвали Шампоберский лес "Заколдованным лесом" (Le bois enchante).

После этого Наполеон преспокойно вклинился между Блюхером, шедшим из Шалона, и двумя корпусами - русским (фельдмаршала князя Фабиана Сакена) и прусским (фельдмаршала графа Иоганна Йорка), оттеснившими Макдональда к Мо. Узнав о таком повороте событий, Сакен и Йорк поспешно отступили к Монмирайлю, но Бонапарт явился туда первым. 11 февраля русско-прусский отряд был полностью разгромлен: союзники потеряли 4000 чел. (Д. Чандлер, с. 589; А. Уссей, с. 323; В. В. Бешанов говорит о 2800 русских и 900 пруссаках (с. 440)), французы - от 1000 (В. В. Бешанов, с. 440) до 2000 чел. (Д. Чандлер, с. 589).