Чтение онлайн

Саше Кустову не полагалось присутствовать здесь, но его взял с собой сам полковник Хромченко.

– Вы это заслужили!
– сказал он.

И заставил смущенного юношу сесть рядом с собой в первом ряду.

Освоившись, Саша огляделся.

Зал, хорошо ему знакомый с детства, был переполнен, а люди всё входили и входили. Где они рассчитывали найти себе место, было непонятно, но, видимо, как-то умудрялись находить.

– Наверное, сюда съехались все, имеющие хоть какое-то отношение к печати и к науке, со всей нашей области, - сказал Саша.

– Тем лучше!
– улыбнулся Хромченко.

– Почему, товарищ полковник?

– Потому, - едва слышно ответил Хромченко, - что так нужно для выполнения задуманного.

– Чего именно?

– Имей терпение.
– Полковник неожиданно перешел на "ты".
– Сейчас начнется, слушай внимательно!

На сцену, где не было привычного белого квадрата экрана, к трибуне, на которой вместо одного стояло целых четыре микрофона, поднялся московский физик.

Тотчас же вспыхнули прожекторы, и ослепительный свет залил зал. Ученый ладонью прикрыл глаза, давая им привыкнуть к такому освещению.

Медленно проехала по проходу между кресел тележка с телевизионной съемочной камерой, к окуляру которой приник оператор, снимая трибуну крупным планом.

Со всех сторон защелкали затворы фотоаппаратов...

– Товарищи!
– начал физик.

Его голос звучал спокойно и несколько глухо. Нелегко было говорить спокойно, зная, что происходящее здесь видят и слышат миллионы человек во всех странах мира. Сознание этого не могло оставить равнодушным никого.

– Товарищи! Вы все знаете, что происходило в городе Н...ске и его окрестностях вчера и сегодня. Мы собрались здесь для того, чтобы попытаться осмыслить эти поразительные факты и ознакомить весь земной шар с выводами, к которым пришли. Я сейчас подробно перечислю все эти факты, не для вас, а для тех, кто их не знает или знает понаслышке. Потом вы прослушаете доклад доктора физико-математических наук, члена-корреспондента Академии наук СССР профессора Тарана. А затем, физик сделал паузу, - мы предоставим слово пока еще неведомому нам представителю другой планеты или представителям, если их несколько, посланным сюда, на нашу Землю, и находящимся, как это установлено, здесь, в Н...ске. И как можно надеяться, не только в Н...ске вообще, но и в этом зале, среди нас, видимым или невидимым...

При этих словах по залу прокатился гул.

– Мы можем сказать совершенно уверенно, что один из них здесь присутствует. Почему - вам это станет ясно из доклада. Он здесь!
– в третий раз повторил физик, и казалось, что он делает это для того, чтобы убедить самого себя в реальности невероятного факта.
– Или "они" здесь! Судя по всему случившемуся в вашем городе, "они" слышат и понимают то, что мы говорим. И я призываю "их" к вниманию! "Они" услышат много интересного и важного для себя. Итак, перехожу к н...ским событиям.
– Физик ясно и достаточно подробно изложил в хронологическом порядке все происшествия, начиная от исчезновения кота Белки.
– На этом разрешите закончить и предоставить трибуну докладчику. Прошу вас, профессор!

Старый астроном, не торопясь, поднялся на сцену. Свет прожекторов и телевизионная камера, похоже, не мешали ему.

Начало его речи оказалось неожиданным.

– Я буду говорить, - сказал Таран без всякого обращения, - адресуясь не столько к сидящим в зале землянам, сколько к тому существу, которое находится здесь и меня слушает. Если я в чем-то ошибусь, пусть посланец их науки поправит меня. Я и мои коллеги летели в Н...ск, уже имея представление о положении дел, а то, что увидели и даже сами пережили, только подтвердило наши первоначальные выводы. Вы, - он поднял голову, точно обращаясь к кому-то находившемуся выше кресел, - должны знать: наша единственная цель - попытаться оказать вам помощь, в которой, по нашему мнению, вы нуждаетесь. Мы думаем, что если вы вступите с нами в открытый контакт, то совместными усилиями это будет сделано.

Профессор замолчал, видимо ожидая какого-то ответа, чего-то, что могло показать - невидимый пришелец понял. Но все оставалось по-прежнему, никакого ответа в какой бы то ни было форме не последовало.

Сидящие в зале беспокойно оглядывались, всматриваясь друг в друга, ожидая каждое мгновение внезапного появления (вдруг вот здесь, рядом) невиданного существа, вряд ли похожего на человека. Всем было не по себе. Глубокая убежденность ученого в том, что пришелец в зале, заставляла волноваться и вызывала смутную тревогу.

Кто-то, очевидно не выдержав напряжения, крикнул:

– Нет его тут вовсе!

– Он здесь, - твердо и спокойно ответил Таран, - можете в этом не сомневаться.

И вдруг...

Это было очередное н...ское событие.

По всему залу раздался отчетливый голос, который медленно, разделяя слова, произнес:

– Я здесь и слушаю вас.

Если бы это сказал кто-то из сидящих в зале, его соседи сразу же заметили бы, кто именно. Но никто ничего не заметил. Никто не произносил этих слов. Голос исходил неизвестно откуда.

И никто не появлялся, никто не поднялся с места...

Профессор Таран пожал плечами.

– Надо полагать, - сказал он, - что у вас имеется серьезная причина скрываться или вы вообще не можете показаться в своем естественном облике. Одно из двух.
– Он помолчал и неожиданно произнес странную фразу, показавшуюся большинству присутствующих почти бессмысленной: - Хотел бы я знать, услышал эти слова магнитофон или не услышал.

– Что вы хотите этим сказать?
– спросил кто-то.

– Очень простую вещь. Хочу выяснить, прозвучал ли голос нашего гостя с помощью обычных звуковых волн, или непосредственно в мозгу у каждого из здесь присутствующих.

– Минуту!
– сказал оператор из областного радио, сидящий у самой сцены за специально для него поставленным столиком с двумя большими магнитофонами.
– Минуту, товарищ профессор! Сейчас я отвечу на ваш вопрос.

– Ну как, понял теперь?
– спросил Сашу полковник, как и раньше, едва слышным шепотом.

– Пока нет, но что-то начинает проясняться. Неужели вся эта конференция...

– Да!
– перебил Хромченко.
– Молодец, понял правильно!

– Готово!
– Оператор радио зачем-то встал.
– На ленте нет записи этой фразы.

– Ну и прекрасно!
– сказал Таран.
– Благодарю вас, товарищ! Я хотел убедиться.
– Профессор отпил глоток воды.
– О событиях в Н...ске все знают. Перейдем к тому, что случилось вне Н...ска. А затем можно переходить к выводам. Итак, в ночь с девятого на десятое января, по московскому времени...

Едва слышный двойной щелк...

Маленькая стрелка прибора на грани неведомого чуть заметно вздрагивает...

И сразу исчезает, уходит в таинственное ничто!

Это сигнал. Норит сто одиннадцать требует связи.

– Внимание!

В помещении пульта, из двенадцати экранов-"иллюминаторов" которого работает только один, в креслах всего двое серебристых операторов.

Третий, торопясь, выходит из бассейна и спешит к своему месту.

Проходит двадцать, тридцать секади...

Один за другим, неведомо как и откуда, возле пустых кресел появляются еще двое. Один из них - Вензот.