Сто тысяч миль
Шрифт:
— Ничуть, — усмехнулся я. — Только если ты устроишь всё тайно. Справишься?
— А то, — усмехнулась в ответ Эвелин. — Уже придумал, что будешь говорить? Расскажешь ей то, что рассказал мне?
— Ага. Расскажу. И она ни за что не примет меня в свой Клан. Выдать все тайны прошлого командира — не лучший способ заручиться доверием нового.
— Не хочу это признавать, но у тебя и правда есть шанс, — усмехнулась она. — Ладно. Жди весточки и постарайся пока не натворить дел.
Следующие дни закрутили меня настоящим водоворотом. Коллегия Полиса изо всех сил не давала делегациям скучать, устраивая для нас представления, обеды и ужины, различные игры и шутливые состязания. Постепенно друг за другом прибыли ещё два недостающих клана. Теперь не хватало только Ледяных и соседних с ними двух небольших Кланов. С чем это могло быть связано, из нас не знал никто.
Командир Густус по-прежнему делал вид, что меня и вовсе не существует. Упорно сохранял равнодушный вид, когда коллегия в очередной раз откладывала собрание на день. Продолжал молчать о том, что ситуация, возможно, близка к катастрофе. В поведении других командиров перемен к себе я не заметил, потому решил, что глава Совета им ничего не рассказал. Зато не молчал Райдер: поведал правду обо мне своему другу Артигасу, а тот — Индре. От них узнали Пенн и Деррик. И пусть далеко не все из них спокойно отнеслись к моему поступку, но гнев, направленный на меня, померк по сравнению со злостью на Густуса. Никто из них не считал Кларк и её кучку лесных дохляков хоть сколько-нибудь существенной угрозой. А такое откровенное недоверие Густуса глубоко оскорбило абсолютно всех. Риск, которому он подвергал город, привёл всех в ещё большую ярость. Гипотеза Райдера, которую он высказал мне на корабле про поиски предателя, ещё сильнее накалила обстановку. Я ждал, что ситуация придёт в тупик взаимного недоверия. Но когда все немного переварили новые факты, Артигас просто взял и предложил встретиться в местной таверне за чашкой пива. И все внезапно согласились.
— Вам не кажется, что это неправильно? Ну, в смысле, сидеть здесь и додумывать вместо того, чтобы пойти к командиру и задать все вопросы напрямую? — спросил Деррик, отправляя в рот кусок копчёной рыбы.
Индра отрицательно покачала головой.
— Ну уж нет. Густус не будет рад, что Беллами нам всё рассказал. Я не собираюсь усугублять его положение.
Остальные поддержали её молчаливым согласием и со звоном чокнулись кружками. От их доверия мне было тепло и приятно на душе. Я был готов встать и сражаться до тех пор, пока не упаду от изнеможения, а потом ещё чуть-чуть.
— Если мы говорим о войне, наш город не выстоит против большого количества бойцов. Первое кольцо эффективно только против голодных зверюг и случайных разбойников, — продолжила Индра. Никто не спорил. Она знал, о чём говорила. — Без внешней поддержки шансов мало. Нам нужно подкрепление.
— Чёрта с два мы его получим, — гневно констатировал Артигас. — Все военные лидеры Кланов сейчас набивают брюхо в обеденном зале.
— Вот именно, — усмехнулся я. — Они все здесь. И кто-то из них может согласиться помочь.
— Ты чего это задумал? — оживился Райдер.
— Пойду и попытаюсь продать себя повыгоднее. В обмен на отряды под нашим первым кольцом.
— Кому?
— Водным.
— Они готовы?
— Шансы весьма высоки.
— Пройдоха, — усмехнулся Райдер.
— Я собираюсь просить Густуса пересмотреть решение о твоём изгнании, — уверенно заявила Индра, глядя мне прямо в глаза. — Нам нужны Небесные. Постарайся продаться с возвратом.
— Согласен, — поддержал её Деррик.
— Ну вот, это же был отличный шанс от него избавиться. Это опять его терпеть что ли? — с притворным сожалением пробормотал Райдер, и серьёзная атмосфера тут же рассеялась. Он поднял кружку, призывая к тосту, и торжественно объявил: — За Лесной Клан!
Звук звенящих кружек растворился в тихом беззлобном смехе.
Вернувшись в башню, я нашёл на полу своей комнаты письмо, просунутое под дверь. Лидер Водного Клана назначила мне встречу на той самой шхуне, на которой мы и прибыли сюда. Я понятия не имел, что буду говорить и буду ли вообще. Я едва ли стану своим в Водном Клане. Но это не помешало мне обнаглеть достаточно, чтобы всё-таки явиться на встречу.
Эвелин и Луна ждали меня в капитанской каюте шхуны Водных. Воительница слишком по-хозяйски оперлась локтем о кресло, на котором восседала Вождь, и я будто впервые увидел её, хотя встречал уже не раз. Те же коричневые с рыжим непослушные кучерявые пряди, глубокие миндалевидные глаза и пухлые губы. Вроде как стандартные черты, но… Я перевёл взгляд на Луну. А потом обратно. А потом снова на неё. Я напрочь позабыл даже слова приветствия от абсурдности идеи, что только что посетила мою голову. Я уже видел их рядом на приветственном ужине, но тогда был слишком занят своими мыслями. А сейчас впервые подумал, что они слишком… похожи?
— У тебя всё нормально? — Эвелин явно доставляло удовольствие моё замешательство.
Луна мягко улыбнулась и бросила на Эвелин непонятный мне взгляд.
— Что-то не так? — с той же улыбкой спокойно спросила Вождь.
Я прокашлялся.
— Ничуть. Добрый вечер.
— Уверен? — Эвелин уже смеялась почти в открытую. — Ты доверил мне свои тайны. Я подумала: а почему бы и нет? Стоило сделать это только ради твоей физиономии, Жаль, не могу оставить её такой навечно. Ведь ты только что усомнился в своём здравом рассудке от мысли о нашем сходстве?
— Так вы?..
— Эвелин — моя первая и единственная дочь, — развеяла мои сомнения Луна. — Она предпочитает скрывать этот факт от чужаков, и у неё почти всегда получается. Вижу, что в этот раз она преуспела.
— Не то слово, — только и смог ответить я. Мы всегда пересекались в пустошах, а не на дипломатических собраниях с лидерами Кланов. И откуда я мог знать, почему она так часто носила дурацкий платок и заплетала волосы в косу? А дело было не только в шраме.
— Так приятно, что я снова тебя сделала. Сюрприз! — отсалютовала мне чертовка с довольной улыбкой, а затем бросила беглый взгляд на мать. — Мы тут с ней поболтали. Я рассказала про твои трудности, которые рискуют стать нашими общими.
— И что вы думаете? — спросил я.
— Я всегда готова помочь союзникам, но не могу перемещать военные отряды только потому что вы так сказали, — спокойно сказала Луна. — Полной картины мы не знаем, и, боюсь, от таких перемещений может быть больше вреда, чем пользы. В том числе и вашему Клану, Беллами.
— Вас не настораживает отсутствие в Полисе северных Кланов?
— Ничуть. Согласно моим донесениям, они прибудут в башню завтра.
— А как быть с врагом на нашей территории? Что о нём говорят ваши донесения?
— Ничего. Я ничего не знаю, а принимать решения в спешке и вслепую — это прямой путь в бездну.
— Эвелин так и говорила. Что вы даже слушать не станете, пока у меня не будет фактов. Но у меня есть только один точный факт: что-то происходит.
— Знаю. Эви говорила, что ты задавал ей вопросы об исчезнувших матерях и «Втором Рассвете». Это всё происходит потому, что наши Кланы пока ещё не полностью пали на колени перед их пророчествами. Не в последнюю очередь благодаря титаническим усилиям Густуса.
— Что с пропавшими матерями? Куда и зачем их забрали? — я неотрывно смотрел на её лицо, но Луна, как и всегда, была маняще спокойна и уверена.
— Ты и сам знаешь, Беллами. Их забрали, чтобы сделать очередным инструментом светлого будущего. «Из пепла мы восстанем».
— Что это должно значить?
— «Общее благо — единственная истина». Так они говорят. А общему благу в первую очередь нужны люди, которые будут над ним работать. Значит, матери должны их рожать. Беспрерывно. Без выбора, хотят они того или нет. Их мнение не имеет значения.