Чтение онлайн

– Ты не можешь пошевелить рукой, - сказала Савра. – Как не можешь пошевелить вообще чем-либо, пока я этого не позволю. Я разочарована, гилдмастер. Я надеялась, что мы сможем работать сообща ради блага гильдии.

– Я собирался просто убить тебя и покончить с этим.
– Зарычал Свогфир. – Теперь я торопиться не буду. Я сожру тебя, девчонка.

– Это было бы возможно, - сказала Савра, - если бы я позволила тебе, сперва, приблизиться к себе.

– Ты играешь с богом.
– Сказал Свогфир голосом, понизившимся на несколько регистров. – Ты думаешь, я не могу…

Бог-зомби продолжал шевелить губами, но уже совершенно беззвучно.

– Ты контролируешь голову, но я контролирую тело. Я управляю легкими, проводящими воздух через твою гнилую гортань. – Ее губы сузились в холодной улыбке.

– Ты не будешь говорить. Ты не будешь двигаться. Ты не будешь дышать, если я этого не позволю. Твое тело, гилдмастер, не твое. Оно мое. Если ты не будешь делать то, что я тебе говорю, мы расстанемся здесь. Я найду другой способ спасти Голгари.

Свогфир безмолвно кипел от гнева, с открытым ртом в беззвучном крике и с кулаком, застывшем высоко над его головой.

– Я вижу, ты все еще не убежден, - сказала Савра. – Хорошо.

Она указала на руку бога-зомби и прошептала несколько слов, найденных ею в одном затертом абзаце Свитков Маток – документе, которого, как она знала, Свогфир никогда даже не видел. Свитки были наследием каждой матки, правящей до нее, и каждая из них ревностно охраняла свои секреты.

Правая рука Свогфира разогнулась, и ее кулак разжался. Она опустилась, потянулась к левой руке и сжала ее за локоть. Еще один жест Савры и правая рука Свогфира резко вывернула противоположную конечность, пока кость не треснула и не раскололась, словно молодое деревце. Открытый рот Свогфира не мог издать крик, но изо всех сил пытался.

Савра дала ему несколько секунд вслушаться в звуки трескающейся кости и приказала руке прекратить выкручивание. Она подняла посох вверх.

– Я могу просто использовать тебя, как марионетку, чтобы убить всех на пути к Сестрам, но это мне не поможет, - сказала она. – Я не хочу убивать тератогенов. Я хочу управлять ими. Я хочу объединить их. Гильдия сильно деградировала под управлением Сестер, но не все химерные расы подобны им. Я могу спасти гильдию от нее самой. Я могу спасти ее от горгон и вернуть ей ее величие.

Наконец, Свогфир прекратил попытки кричать и закрыл рот. Он открыл его снова, чтобы что-то сказать, не смог, и выпучил глаза на жрицу. Взмахом руки она отпустила легкие бога-зомби.

– Ладно, - сказал Свогфир. – Я тебя понял.
– Он сделал глубокий, хриплый вдох и выдох.
– Это лучше, чем тюрьма. Я все сделаю.

– Беспрекословно?

– Беспрекословно.

– Отлично, - сказала Савра. Она в последний раз взмахнула рукой, и бог-зомби расслабился.

– Что теперь? – сказал Свогфир. – Ты загнала меня в угол.Что ты хочешь, чтобы я сделал?

– Ты пойдешь наверх и вернешь то, что Сестры украли у тебя, - сказала Савра. – После этого, ты передашь власть мне. Во главе с Девкарин, Голгари, наконец, вновь станут великой гильдией.

– Что если я решу предупредить их?

– Ты ненавидишь их, гилдмастер, - сказала Савра, - и они ненавидят тебя точно так же. Более того, они боятся и не доверяют тебе.

– И на то есть причины.

– Конечно, - сказала Савра. – Что бы ты им не сказал, они натравят на тебя каждого тератогена в лабиринте в мгновение ока. Я проделала большую работу, но ничто не совершенно. Они уничтожат тебя, и я вернусь к тому, с чего начинала.

– Ты сейчас тоже, вовсе не самая моя любимая эльфийка, - сказал Свогфир, - но ты действительно хорошо меня знаешь. Ты доказала, что можешь уничтожить меня также легко, как ты восстановила меня. Не вижу смысла сопротивляться твоей воле. Но, послушай. У меня есть предложение. Прими его, я не просто сделаю то, что ты говоришь, Я сделаю это с удовольствием.

– Что за предложение? – спросила Савра.

– Позволь мне править вместе с тобой, - сказал он. – Тебе пригодится такой символ власти. Ты будешь управлять гильдией, поведешь ее к процветанию, если хочешь, или сравняешь с землей и заставишь каждого зомби в Старом Раве вырвать собственные руки, мне все равно. Эта сторона мне уже не интересна. Но представь себе: Савра, гилдмастер и повелительница поверженного паруна.

Савра ухмыльнулась. Он готов на что угодно, лишь бы быть поближе к реальной власти, с тем, чтобы однажды захватить ее. На меньшее она и не рассчитывала. Свогфир бы не просуществовал так долго, не научившись заключать сделки. С другой стороны, то же можно было сказать и о ней.

– Сделать из тебя символ власти? – произнесла жрица. – Гилдмастер, Вы словно прочли мои мысли.

Высоко над Саврой и Свогфиром три сестры восседали на вершине небольшого горного массива из золота и драгоценных камней. В окружении своих придворных слуг, они наблюдали за действиями жрицы в зеркальной поверхности безмятежного омута, не имея, правда, возможности слышать ее слова. Вероятно, они бы в любом случае не слышали слов Савры. Их логово было шумным местом, когда в нем проводилось заседание придворных, а оно проводилось там вот уже тысячу лет.

Телом горгоны походили на невероятно высоких женщин, но сходство было в лучшем случае поверхностным. Сестры Каменной Смерти были женщинами, но в то же время, они вовсе не были людьми. На головах у них были кишащие, переплетающиеся гнезда змеевидных щупалец. Их лишенные зрачков глаза светились, а рот был заполнен острыми, как бритвы, зубами.

Клекот, уханье и рев наполнили воздух, когда собравшаяся толпа наблюдала за восстановлением бога-зомби. Тератогены были наиболее биологически разнообразной фракцией Голгари, делящейся и подразделяющейся на целый лабиринт кланов и племен. Их больше объединяли их различия, чем сходства. Они не стремились ходить на двух ногах, как гуманоидные расы, и поэтому, за тысячу лет, они смешались в единую массу, образовавшую со временем что-то вроде сверх племени внутри гильдии. Они, как и все Голгари, подчинялись Сестрам. Тератогены любили своих повелительниц, и те отвечали им взаимностью. И все же, один лишь вид древнего паруна их гильдии, бога во плоти, пробудил в них первобытную гордость, о существовании которой многие из них даже не догадывались.

Или, возможно, они просто любили хорошие представления.

– Она нашшла его, - прошипела младшая из сестер, Лидия. – Она воссстановила его.

– Она зссатеяла опасссную игру, - сказала Лексия, средняя из трех. – Ты недооцссениваешшь жрицссу, Людмилла. Ты помнишшшь, чего нам ссстоила победа над ним в первый разсс?

– О, да, - сказала третья, старшая и мудрейшая из них, та, которую звали Людмилла.

– Я помню. И поэтому, его вторая сссмерть будет такой сссладкой.

– А Девкариншша? – спросила первая сестра, - Что будет ссс маткой?

– Она ещще ребенок и ничего изсс сссебя не предссставляет, - прошипела в ответ Людмилла. – Когда бог-зссомби падет, ее разссдавит весс сссобственного высссокомерия. У нассс будет новая матка, но, лучшше поможем их расссе вымереть. Они ссслишшком назссойливы.

– Ты уверена, что бог-зссомби падет, сссессстра? Людмилла улыбнулась, обнажив зубы.

– Сссмотрите.

– Очень впечатляюще, - сказала Савра. – Но это пустая трата времени. Просто убей их, гилдмастер. Эти безмозглые твари стоят у нас на пути.