Чтение онлайн

Волны ударили в кишащую массу Сзедека и Лупула – Кос не в силах был различить, где заканчивался один из них, и начинался другой – и оторвал крадущегося от тела вампира, словно поток воды, смывающий муравьев. Волна подняла облако червей в воздух, где каждый из них лопнул с крошечными хлопками. Джерад схватился за голову обеими руками и стиснул зубы, чувствуя, как тысячи маленьких существ – в каком-то смысле одно, единое существо – умерли в одно мгновение.

Отделенный от нападавших на него червей, вампир пытался устоять против волн света на сколько хватало сил, но в итоге, он также рухнул на пол. Кос не мог себе представить, что предательство Лупула сотворило с Сзедеком, некогда живой легендой. В считанные минуты, гнев крадущегося содрал не только одежду вампира, но и большую часть его бледной кожи. Черви сожрали его плащ, выели мускулы на его плечах и предплечьях, и съели большую часть его груди, выставив на показ чернеющие ребра. Ноги Сзедека превратились в едва ли нечто большее, чем просто кости. Черный дым клубился над телом вампира, и Сзедек испустил на удивление, весьма человеческий стон.

Магия Пакта Гильдий была самым сильным заклинанием из всех, когда-либо известных миру Равники. Это был не просто клочок бумаги или какой-нибудь договор. Да, Пакт Гильдий был документом, но он также был заклинанием – чарами, усиливающими, помимо прочего, верховенство закона, содержащегося в этом документе. И Лига воджеков была инструментом этого закона. Он, Агрус Кос, был инструментом закона.

Кос поднялся на ноги, сунул руку в карман и достал свой десятиконечный нагрудный знак. Он прикрепил его на грудь своей гражданской туники и снял с пояса серебряные кольца-наручники. Из-за того, что Фаскин недавно отстранил его, он не считал правильным носить нагрудный знак. Теперь этот знак был его самым главным элементом.

Кос прошел через помост, наклонился над дымящимся телом того, кого он считал величайшим злом во всем мире, и замкнул кольца на запястьях вампира. Они щелкнули и зажглись тусклым светом чар самого Пакта Гильдий. Пока жива мать Селезнии, даже Повелитель Шепота не сможет их разорвать.

– Сзедек, - сказал Кос, - ты арестован по обвинению в убийстве Люды, Святого Байула, и сержанта Белла Борки из Десятого участка Лиги. Если ты попытаешься оказать сопротивление, я тебя изобью до потери сознания. У меня выдалась очень не простая неделя.

– Но откуда они взялись? – спросил Кос. Он окунул три кусочка сахара в свой горячий чай и снова изумился тому, как быстро владельцы отремонтировали, если не перестроили полностью, «Дом Аула».

– Из нее, - сказала Фонн. – Из самой Матери Селезнии. И Бираказира. Мы остановили его вовремя, и она смогла создать новых дриад из Древа.

– Вы остановили его. Я всего лишь произвел арест. Не то, чтобы мне кто-нибудь рассказал, что они сделали с этим ублюдком, - сказал Кос. – Все, что мне сказали, это то, что с Сзедеком «разобрались».

– Надеюсь, это значит, что его казнили, - сказал Джерад.

– Я тоже, - сказал Кос, - но это уже не моя проблема. – Он размешал сахар в кружке горячего чая и вдохнул аромат перечной мяты. – Но я рад, что теперь Бираказир будет присматривать за новыми дриадами. Этот твой волк очень смышленый.

– Этот смышленый волк больше не мой, - поправила его Фонн, смотря вдоль улицы Жестянщиков на Виту Гази, где рабочие бригады и инженеры гоблинов помогали Конклаву восстановить башни и веранды, надстроенные вокруг дерева за многие годы. По всему центру люди суетились, что-то ремонтировали, просто наблюдали и таращились на масштабы разрушений, многие оплакивали погибших. Она повернулась, по инерции пытаясь взять свой напиток оторванной кистью, вздрогнула и взяла кружку здоровой рукой.

– Мне не хватает его, но я все еще его слышу. – улыбнулась Фонн. – И тебе будет приятно узнать, что ему удалось убедить остальных членов Конклава отказаться от использования безликих. Они слишком опасны. Они - слабое место священного собрания.

– Придется здорово поработать, чтобы очистить Древо, - сказал Джерад, - но у них есть мое слово, что этого никогда больше не повторится.

Кос смерил взглядом Девкарина, все еще одетого в штаны из ящеровой кожи и охотничий жилет. Его длинные дреды были вытянуты назад и связаны в узел. Как новый гилдмастер Голгари, он повесил на грудь серебряную эмблему его гильдии. По его возвращению в Старый Рав, там не осталось никого, кто мог бы бросить ему вызов, и Кос, подозревал, что это было вполне справедливо. Он сомневался, что сможет когда-либо полностью доверять Джераду, но он, безусловно, был лучше любой другой альтернативы.

После убийства Савры, силы тератогенов, осаждавших Центральный Форт, распались. Одного лишь присутствия Пушка в битве, к которой она присоединилась, когда не смогла быстро найти Дом Солнца, было достаточно, чтобы преломить ход сражения. Ангел нехотя сохранила Людмилле жизнь, при условии, что та отработает свой приговор, но если она когда-либо опять покажется на уличном уровне Равники, Пушок поклялась, что лично казнит ее на месте. Кос был поражен перемене в характере его соратницы, освобожденной от своих оков. Похоже, что серебряные скобы, сковывали больше, чем просто крылья. Теперь она была едва ли не кровожадной. Однако ангел не сдала свой нагрудный знак и пообещала вернуться с новостями.

Большинство остальных членов гильдии Голгари были полностью помилованы – иначе, гильдию следовало бы распустить, а Равника, откровенно говоря, не смогла бы выжить без Голгари. Это был политический и социальный факт.

Пушок улетела, в поисках остальных ангелов. Их исчезновение было загадочным и тревожным, и Пушок, как «последний» ангел, объявила их поиски своей личной миссией. Кос задумался, как долго протянет Равника без огненных воительниц гильдии Борос. На этот раз они справились без ангелов, но у ‘джеков не было никакого желания испытывать свою судьбу.

И тем не менее, что бы они не собирались делать, чтобы протянуть без ангелов, им придется делать это и без Агруса Коса.

– Ты точно определился? – спросила Фонн. – На счет своего увольнения. Ты так долго был воджеком. Куда ты пойдешь?

– Я думал о том, чтобы податься в одну из неосвоенных зон, - сказал Кос. – Пивлик ее расхваливал. Он собирается основать там свой новый ресторан, и предложил мне работу охранника, по крайней мере, для начала. Но здесь я все закончил, и Лига обойдется без меня, как мне кажется. Пришло время выбраться и посмотреть окружающий мир, после 110 лет службы.

Фонн бросила взгляд на Джерада. Он кивнул и встал со своего места.

– Хочу пройтись по кварталу, размять ноги, - сказал он.

– До скорого, - сказала Фонн. Она повернулась к Косу, смотрящему на нее со смесью ожидания и ужаса вглазах.

Он боялся этого разговора с тех самых пор, как впервые встретил ледев после всех этих лет, но теперь его было не избежать. Она уже не была ребенком, и в этом она была права. Ей уже было более пятидесяти лет, хотя эльфы (и полу-эльфы) стареют гораздо медленнее, чем люди.