Чтение онлайн

Рядом со Стонхенджем расположено местечко Даркхилл, а в нем имеется ракетно-испытательная база, которая частично использует древние подземелья. Не исключено, что в так по сию пору и неизученных подземельях Стонхенджа могут находиться древние исторические материалы, которые позволят дать ответ на многие вопросы. В том числе и на тот, зачем во время Второй мировой войны в Стонхендж тайно пробирался знаменитый исследователь Тур Хейердал…

Утром короли решили все вместе отправиться к алтарному камню Висячих Камней.

Это Тилезин был тем, кто настоял, чтобы они пошли с оружием. И это Морбигайл был тем, кто воспротивился его решению:

— Это же алтарный камень! Что боги скажут?

— Делай то, что он говорит, — приказал младшему брату король Уртрерт.

И тогда все они затихли, словно вслушивались в неторопливую поступь Недоброго.

У короля саксов Хенгиста бровь от удивления приподнялась, когда он их при оружии увидел.

— Вам кто-то угрожает, раз служить богам вы при оружии направляетесь? — только и спросил он.

Король Уртрерт чуть приоткрыл рот, но Тилезин оказался быстрее в ответе.

— Нет, вовсе нет, — улыбнулся он. Это всего лишь подготовка к последующим после жертвоприношения состязаниям, пояснил он. Хенгист улыбнулся в ответ. И велел привести своим слугам Гельвецея-младшего. Его советники не любили слишком часто показывать ребенка с пустым взглядом пред народом, но Хенгисту нравился Гельвецей, хотя все кругом находили это чувство забавным. Даже мать ребенка. Да, Гельвецей-младший излишне тих, но он подрастет еще и, конечно же, изменится и станет великим воином.

Все они собрались у алтарного камня, и даже королева Боадицея смотрела на родню не так враждебно, как прежде. Гельвецей-младший переминался подле взрослых на слабых ножках.

И тут толпу взрезал страшный крик:

— Тиле-е-е-езин!

— Мирриддин!

К ним бежал Мирриддин-Рой, взволнованный, с парой неглубоких ран на руках.

— На меня напали, — задохнулся он. — По приказу королевы Боадицеи, дядька короля саксов Хенгиста.

Тилезин, сердито нахмурившись, обернулся к королю саксов:

— Может, ты мне объяснишь, отчего твой дядька пытался убить моего брата по оружию? — Он не менее грозно посмотрел на королеву Боадицею. — Или это все по твоим указкам творится, а, королева? И какую ж награду ты пообещала за убийство?

А потом случилось нечто, чего никто никогда не сможет объяснить. Или Гельвецей-младший захотел к своим нянькам, или просто испугался и бросился бежать. Так неожиданно он кинулся прочь, желая проскользнуть мимо Тилезина, что различал слепым глазом одни лишь тени. И тот взмахнул мечом, словно отбиваясь от врага. Годы привычки научили его быть быстрее всех остальных.

Голова Гельвецея-младшего упала прямо под ноги королевы Боадицеи.

— Нет, — прошептал Тилезин. Этого он не хотел. Такого точно никогда не хотел. Только не жизнь ребенка! Он смотрел на свой меч, на свои руки. И не понимал, как…

— Тилезин! — в неподдельном ужасе вскричал король Тинтагеля Аркурас.

А королева Боадицея замерла, словно не могла поверить в то, что видит.

Предводитель саксов Хенгист стоял бледный как смерть, с открытым в ужасе ртом и не говорил ни слова. Кровь Гельвецея-младшего фонтаном била из подрагивающего тельца, запятнывала алтарный камень. Только теперь его мертвые глаза и в самом деле опустели. Навсегда.

Пляска смерти началась, начались убийства.

И не было уже спасения для Висячих Камней.

1942 год. Вторая мировая война в самом разгаре, и кажется, что не будет конца пляске смерти. Тур Хейердал служит в Норвежских вооруженных силах, в диверсионных группах. Эти диверсионные группы проходят стажировку на территории Великобритании перед тем, как их забросят в оккупированную фашистскими войсками Норвегию. В то время Тур Хейрдал еще не был ни ученым, ни прославленным путешественником: до лодки «Ра» ему было еще плыть и плыть. И древние тайны ему тоже пока еще не открылись. Он — всего лишь начинающий этнограф, выпускник университета в Осло. Но он жаждет приключения, и оно уже ждет его.

После этого события его жизнь и станет жизнью великого человека-легенды Тура Хейердала.

Думаю, рассказать о великом приключении надо дать самому Туру Хейердалу. В 84 года ученый напишет в своей автобиографической книге «По следам Адама»:

«Однажды мне довелось увидеть незабываемую символическую картину: воплощение пяти тысяч лет технического прогресса. Дело было так.

Я давно мечтал посмотреть на знаменитые руины в Стонхендже и как-то раз… сел на поезд до Солсбери, а дальше на попутных машинах добрался до забора из колючей проволоки…

Однако я твердо решил не отступать, покуда не увижу своими глазами знаменитый храм древних друидов. В конце концов, не зря же меня учили военному ремеслу… Я нашел пустой картонный ящик и, когда стемнело, проложил между соседними витками проволоки два слоя картона и пролез между ними. Сперва я сполна насладился видом величественных каменных глыб, а затем забрался на алтарь… Надо мной сияли созвездия… Эти созвездия, вместе с луною и солнцем, вдохновляли древних строителей Стонхенджа так же, как и нас, а может, даже больше. Тут одна из звезд медленно пересекла ночной небосвод от края до края. Эту звезду создало мое поколение — бомбардировщик летел на задание. Там, на алтарном камне в Стонхендже, я по-новому увидел современную войну».

Вы знаете, я ни за что не поверю, что Тур Хейердал сбежал с базы, где готовились диверсионные отряды, что он полз ночью на животе между двумя рядами колючей проволоки, рискуя быть пойманным, только для того, чтобы полежать на алтарном камне Стонхенджа и поразмышлять о сути современной войны.

Да, на алтарном камне Стонхенджа он и в самом деле собирался полежать. Недаром прихватил с собой спальный мешок. А все для того, чтобы пройти своего рода посвящение, заглянуть «за Тот Порог».

Известный исследователь древней мистики и эзотерики Эдуард Шюре в своей книге «Великие легенды» (1891) приводит одно предание кельтов:

«Там возвышался круг из камней. В центре этого круга стоял один особенно большой. Этот менгир называли камнем доказательства или камнем вдохновения. Именно на этом камне ночевал тот, кто должен был проходить обряд посвящения» [20] .

Бывали и такие, кто не выдерживал ночи на алтарном камне и еще до рассвета уходил прочь. Тот же, кто проводил в круге из камней всю ночь, просыпался «или… (здесь тоже что-то пропущено?), или безумцем и оставался таковым до конца своих дней», пишет Э. Шюре.