Чтение онлайн

– Мора, что ты хочешь?

– Этот вопрос ты задал уже дважды… почему именно его?

– Потому что я хочу знать… что у тебя в голове.

– Все тебе знать надо. Неужели ты сам не понимаешь?

– Я ни в чем не уверен.

Девушка молчала… а потом сказала:

– Ты знаешь… я тороплюсь. Ты, пожалуйста, забудь то, что я сказала тебе.

– Хм… думаю, что я не смогу.

– Ну, ты попытайся, – сказала она и отвернулась от меня. Затем она отплыла в сторону, и обплыла меня с боку.

– Такое забудешь… знаю, говорит, что там у тебя, – пробурчал я себе под нос.

Через несколько мгновений девушка подплыла на спине ко мне снова, и снова закрыв рукам грудь, опустилась ногами на дно.

– Я люблю это место, здесь так тихо, и безлюдно. Нет ничего, что бы напомнило о людской суете.

– Да, верно, но летом приходят дети, так что, не так уж и безлюдно.

– Дети… ну да. Но они приходят и уходят, а так, это место все же безлюдное, дикое… я бы здесь все лето бы жила.

– Никто не запрещает, - ответил я и умыл лицо.

– Одна не хочу, - мягко сказала она, - а еще, я бы хотела, однажды еще раз увидеть дом… после похода, я хочу попросить деда, отпустить меня, что бы посмотреть на дом.

– Одну он тебя не отпустит, скорее всего с тобой поедет.

– Посмотрим, - сказала она

И мы замолчали. Мора отплыла от меня, и я последовал за ней. Всплески воды впереди громыхали, казалось, так громко, будто слышны в лагере. Однако, нас слышать могли, пожалуй, только ночные животные.

А потом всплески воды затихли, когда мы вернулись к тому месту, где разговаривали.

– Ты не замерзла? – спросил я.

– Немного… тебе не нравится со мной здесь? – спросила она.

Я не знал, как ей ответить, и я даже не знал, что я чувствовал. Я был спокоен, она не раздражала меня… но и не был уверен, что мне приятно. Я молчал, и она похоже поняла, что поставила меня в неловкое положение.

– Нехороший я вопрос задала, я просто… - начала оправдываться она.

– Не обижайся, но я в первый раз стою с девушкой рядом… наедине… я не знаю, как себя вести, и как я себя чувствую… и как должен чувствовать… все, что я могу сказать, это то, что я смущен, и не только потому что на мне нет одежды.

Она помолчала и сказала:

– Я замерзла совсем, давай вернемся?

– Хорошо, я постою здесь и отвернусь, выходи из воды и вытирайся полотном, растирай до красна кожу, тогда согреешься. Скажешь, когда оденешься.

– Хорошо, – сказала она, и голос ее был, словно она была напугана.

Я развернулся и услышал громкие плескания воды, от шагов девушки. Она не долго сушилась и одевалась. И сказала мне, что бы я тоже выходил, и что пойдет отвязывать коня.

Я вылез из воды, взял сухое полотно и вытер с себя воду, а затем быстро начал одеваться. С мокрых волос стекала вода, и я накапал на портянки так сильно, что ноги были безнадежно мокрыми. Затем я отвязал коня и вышел на дорогу, где уже сидя на лошади, убирала непослушные волосы Мора. Я запрыгнул на лошадь и сказал:

– Я спросил, холодно ли тебе, потому что побеспокоился. Просто не хочу, что бы ты заболела, - сказал я.

– Я не правильно тебя поняла… глупо получилось… я и сама не знаю, как себя вести чтобы… не выглядеть дурочкой… и не выглядеть смущенной.

Мы поехали в сторону лагеря. Ветер свистел в ушах и обдувал холодом сырую голову.

– Ты не выглядишь дурочкой. Но и не выглядишь смущенной.

– Я попыталась набраться смелости.

– Значит, у тебя получилось.

Мы ехали шагом и потому провели в пути достаточно долго, и в большинстве своем молчали. Заговорили только приближаясь к лагерю.

– Все теперь будут думать, что я теперь твоя женщина. Я зря это затеяла, прости.

– Я ведь не сопротивлялся. Так что, не вини себя. Все равно, слухи и сплетни неизбежны. Даже если бы мы не уехали вечером… нас видят и так вместе… и поэтому, все равно, будут сплетничать. Не бери это в голову.

– Наверное, ты прав…

– И, если тебя беспокоит, что я всем буду рассказывать что-либо о сегодняшней ночи… то не переживай, я ничего не расскажу. Даже если бы что-то было… я бы все равно не рассказал…

– Я буду тебе благодарна за это, - ответила она.

Когда мы вернулись в лагерь, большинство уже спали. Лишь только постовые стояли, пригорюнившись. А вокруг небольшого костерка сидело несколько воинов, о чем-то болтая.

Мора подъехала ближе ко мне.

– Спасибо за эту ночь, друг, – сказала она, улыбнувшись.

– Не за что, надеюсь, я тебя не обидел ничем.

– Нет, что ты… я надеюсь, мы это повторим, до встречи… - сказала она и остановила коня, а потом спрыгнула с него и повела расседлывать.

– Увидим… - сказал я сам себе.

Рассвет залил ленивой желтизной горизонт… однако, видно было как пламенное колесо уже выглядывает и мажет легким румянцем белесые островки облаков на еще пока синеватом небе. Я чувствовал себя выспавшимся. Хотя спал не слишком хорошо. Сначала шумели воины в центре лагеря, а потом еще и сын явился в глубокой ночи, наступив мне на ладонь… я притворился, что не проснулся. Мокрая нога его давала понять, где он был. А зная, с кем он там был… я даже слегка разволновался… однако немного подумав, я решил, что Мора хорошая и милая девушка, и моему сыну с ней будет хорошо. Главное, чтобы он не вел себя, как осел, и не обижал ее.

Глядя на склон горы, я видел легкие пятна тумана в воздухе, которые не спешили растворяться. Продолжали накрывать еще спящие холодные камни и уже слегка шуршащую траву. Ветерок иногда трепетал ее…

– Одень обережничек, лада, - послышался сзади родной голосок. Жена подошла и надела мне на голову плетеный кожаный поясок.

– Спасибо тебе, - ответил я, обхватив Мэйронну рукой за плечи и прижав под бок.

– Ранний вороночек мой, что так сетует твое сердечко? – спросила она нежно.

– Беду чувствую, не ждет нас удача на перевале, - ответил я.

– Удача может и не ждет, и почем ей нас ждать? Пусть на нее надеются враги. У нас сила.

– Да, пожалуй, ты права, смолушка, - ответил я и прижал ее к себе. Она был ниже меня так, что плечами как раз пряталась у меня подмышкой.

Она обхватила меня руками вокруг пояса.

– Хочешь… сходим прогуляться? – спросила она хищным голосом, проведя рукой мне в пах.

– Хочу, любимая, - ответил я улыбчиво. Я взял наши мечи, и мы медленно ушли в чащу, вдоль тропы к озеру. Мэйронна держала меня под руку.