Чтение онлайн

– Здесь, – четко произнес Канцлер, глядя на небольшую расщелину в скалах. – Именно здесь все и началось.

Он вышел из воды и пошел к расщелине, перед входом в нее остановился, наклонил голову и уставился в землю. Канцлера охватило странное чувство: вот он, Эльте, Канцлер Запада, герцог Валлардии, наместник Северных побережий, стоит и смотрит на песок расщелины, но видит перед собой не блеклый песок, покрытый засохшими водорослями, а лежащего человека в разорванной одежде. И он не Канцлер Эльте, у него другое имя, он одет по-другому, и он моложе, гораздо моложе и глупее… Канцлер видел лицо этого человека, почти такое же бледное как песок, измученное, исцарапанное, кровь от рваной раны на плече запеклась на разорванной рубашке и оставила грязные разводы, смешавшись с морской солью, скрюченные от холода пальцы застыли в последней попытке схватиться за что-то, что могло бы его спасти. Кажется, что он не дышит, что он мертв, и чайки уже начинают слетаться, чтобы попировать на его теле.

– Но ты был жив, – сказал Канцлер. – К сожалению, ты был жив.

Канцлер резко развернулся и посмотрел на горизонт.

– Ну! – вдруг крикнул он. – Чего ты ждешь?! Где твоя сила?! Мы сжигаем людей, которые верили и в тебя! Мы сжигаем заживо и твоих слуг!

Налетевший ветер взвыл и бросил Канцлеру в лицо волну брызг.

– Где ты?! Почему ты не приходишь?!

Глаза Канцлера горели, раньше от боли, теперь от злости.

– Ты забираешь мертвых, когда мы забираем живых! Ты ешь падаль, пока мы жжем свежее мясо! Где ты!?

Канцлер замолчал, он ждал ответа, но к его ногам подкатилась лишь самая обыкновенная волна. Прилетела чайка, она опустилась и стала кружить над Канцлером, он не замечал ее, только смотрел горящими от злости глазами на горизонт.

Пошел мелкий холодный дождь, чайка кинулась вниз и закричала. Плечи Канцлера поникли, он устало отмахнулся от птицы и побрел по берегу. Нашел плащ, застегнул камзол, повязал шарф на шею. Он прошел мимо развалин хижины, даже не посмотрев в их сторону, взял под уздцы лошадь и некоторое время шел по берегу, потом сел в седло и поскакал обратно в лагерь. Рука невольно потянулась к морскому кресту, висящему на груди – символу Морского бога.

Когда в тумане, опустившимся на Северные побережья, показался лагерь, Канцлер уже был совершенно спокоен. Лошадь шла рысью, дождь прекратился, хотя в воздухе стоял отчетливый запах сырости и морской соли. Канцлер пустил лошадь шагом и неторопливо въехал в лагерь. Канцлер поправил шарф на шее и плотнее запахнул плащ. Куда запропастился этот чертов Капитан? Наконец, Канцлер заметил столпившихся вокруг одной из палаток солдат. Канцлер спешился.

– Что происходит?

Солдаты испуганно смотрели на него, один из них машинально сделал оберегающий жест пальцами. Знак Багала, как заметил Канцлер, и ему пришло в голову, что на Севере это знак выглядит нелепо – как бы ни желал этого Багал, он никогда не будет хозяином Северных побережий. Если уж не вольты, то Морской бог.

– Что там? – Канцлер кивнул на палатку.

Солдаты молча расступились.

– Черт знает что, – прошипел Канцлер и решительно откинул полог палатки.

Внутри был лейтенант отряда, Капитан, и еще один человек, которого Канцлер не знал. Он стояли к Канцлеру спиной. Канцлер прочистил горло. Все трое обернулись. Канцлер отметил, что у двух лица странно скривились, Капитан просто выглядел обеспокоенным.

– Ну? – спросил Канцлер. – Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит?

Лейтенант нелепо развел руками и почти беспомощным жестом указал в центр палатки. Но Канцлер даже не посмотрел туда.

– Кто вы? – обратился он к незнакомцу.

Тот просто смотрел на Канцлера, не в силах произнести ни слова. Прекрасно, подумал, Канцлер, притащил какую-то дрянь – наверняка дрянь, что это еще может быть – а теперь еще и увидел живого Канцлера Эльте и онемел.

– Кто это? – Канцлер посмотрел на Капитана.

– Его прислали из штаба. Искали вас, чтобы показать необычную находку.

Канцлер фыркнул. Нашли дохлого морского волка и бьются в истерике.

– Что в штабе?

Тишина.

– Ну! – рявкнул Канцлер. – Из штаба не прислали доклад?

Третий человек вытянул вперед руку с письмом.

– Благодарю, – прошипел Канцлер.

Он повернулся лицом ко входу, чтобы было светлее, распечатал письмо и стал читать. На то, чтобы разобрать омерзительный почерк одного из генералов, у него ушло несколько минут.

В целом все было хуже, чем Канцлер надеялся, но не так плохо, как он ожидал. Большая часть северян добровольно перешла в веру Огня после показательных сожжений на костре. Две деревни сожгли дотла вместе с жителями – Канцлер подозревал, что несчастным никто даже не потрудился объяснить, что именно происходит. Еще пять деревень оказались весьма религиозными, и в каждой сожгли от десяти до тридцати человек. В одной убили странствующего морского монаха, которого приняли за жреца вольтов.

– Что? – спросил Канцлер сам себя и еще раз перечитал.

Ну да, так и есть, странствующий морской монах с Востока. Они изредка забредали сюда, но, как правило, просто раздавали книги или диктовали молитвы под запись. Ну и конечно приносили новости с большой земли и слухи о том, что происходит в просвещенном мире. Этому бедняге просто не повезло. И не повезло Эльте, потому что убийство морского монаха – это прямое оскорбление их ордену, а, как известно, брат лорда Востока Родор был морским монахом, а, следовательно… Канцлер мотнул головой. Не страшно, в конце концов, кто знает, как мог погибнуть странствующий морской монах, который направлялся на Север: грабители, болезнь, непогода, просто несчастный случай – мало ли что могло произойти. Он стал читать дальше и с удовольствием отметил, что все свидетели этого неприятного случая последовали к своим богам вслед за проповедником. Будут конечно говорить… Но говорить будут всякое, в том числе и то, что сам Багал спустился с неба верхом на огненном коне и лично сжигал деревни. Канцлер усмехнулся собственным мыслям. Он спрятал письмо в карман и снова повернулся к Капитану и остальным.

– Ну хорошо. Что здесь у вас?

Все трое молча расступились, и Канцлер смог наконец-то оценить, что именно внесло такую сумятицу в жизнь лагеря.

На земле посреди палатки лежало странное существо. Он походило на огромную собаку, и издалека Канцлер даже решил, что, как он и думал, это морской волк – крайне уродливое и неприятное, но все же совершенно обыкновенное существо. Но то, что он увидел, когда присмотрелся получше, на морского волка не походило совершенно. Тело существа было покрыто черной матовой чешуей, у него было четыре лапы, каждая из которых оканчивалась пятью когда-то должно быть острыми и длинными, но теперь обломанными когтями, в верхних лапах было по лишнему суставу, так что они казались принадлежащими насекомому, длинный хвост покрыт роговыми наростами, которые складывались в пластины, на короткой шее росла черная жесткая шерсть. Там, где должна была бы быть морда, было лицо, почти человеческое, со светлой кожей в черных пятнах. Остекленевшие темные глаза без зрачков смотрели в пустоту, прямой ровный нос с глубоко вырезанными ноздрями, почти лишенный губ рот с виднеющимися внутри острыми как иглы зубами.

– Где вы это нашли? – обратился Канцлер к третьему человеку, имя которого он так и не удосужился узнать.

– Оно напало на наш отряд у одной из деревень. Убило двоих прежде, чем мы добрались до него.

– Просто напало и все? – уточнил Канцлер.

– Да…

– Как называлась эта деревня?

– Я… Я не знаю…

– Покажите на карте.

Канцлер дал знак Капитану, тот крикнул что-то одному из солдат. Через несколько минут принесли карту. Канцлер развернул ее и выжидательно посмотрел на безымянного человека. Тот начал водить по карте пальцем и, наконец, указал на одну из точек. Канцлер прищурился. Миркрид – «темнота» по-северному. Канцлер снова посмотрел на странное существо. Отвратительное – да, но не сказать, чтобы пугающее. Канцлер перевел взгляд на остальных – они явно придерживались другой точки зрения, лейтенант даже сложил пальцами оберегающий знак. Миркрид…

Все знали, что в пещерах за деревней Миркрид живут странные звери, у них человеческие лица и волчьи голоса, в холодные ночи, когда старшая из лун умирает и на землю опускается темнота, они выходят из своих нор и громко воют, чтобы луна вернулась, потому что только в ее свете они могут видеть, а когда ее нет – они слепы как кроты. Без ее света они впадают в ярость, и если в такую ночь человек попадется зверям, то они разорвут его на части и съедят даже кости. Перед новолуньем зверям оставляли мертвую корову, козу или свинью, чтобы они могли выместить свою ярость на мертвой туше и не приходили к деревням. Видимо, сейчас перед Канцлером лежал зверь из Миркрид: то ли человек, то ли волк.