Чтение онлайн

Он раскрыл последнюю тетрадь на середине и собирался разорвать ее пополам, когда среди длинных химических формул увидел надпись греческими буквами: Игор Поспелов. Огонь в тазу, сожрав очередную порцию бумаги, съежился. Дунул ветерок, выплескивая на траву сухой серый пепел: прах сожженных книг. Зачем он взял их у Сенко? Чтобы сжечь?

Моргот сел на траву, бросил тетрадь Игора Поспелова перед собой и сжал виски руками. Зачем он сжег книги? Чего испугался? Ему показалось, он совершил что-то чудовищное, какое-то гнусное святотатство. Сенко приплачивал алкашам, чтобы сохранить библиотечку какого-то переставшего существовать НИИ «Электроаппарат»… Моргот не хотел играть эту отвратительную роль - самую убедительную роль в своей жизни. Он чувствовал себя разорванным на множество кусочков и не мог собрать себя из этих кусочков. Он неожиданно запутался в собственных масках: циников, флегматиков, гордецов, конспираторов, здравомыслящих мерзавцев и романтических героев. Ему вдруг захотелось узнать, что он на самом деле думает: он сам, а не его маски. Кто он на самом деле? И Моргот не смог ответить на этот вопрос, его сущность распалась на две половины: одна из них подняла с земли тетрадь Игора Поспелова и отряхнула с нее пепел. А вторая - самая убедительная роль в его жизни - требовала сжечь тетрадь немедленно. Страх сжимал ему челюсти и мурашками бежал по спине, а желчная улыбка сама собой кривила губы, когда он вспоминал о том, что четыре папки с грифом «Секретно» ушли из сейфа в кабинете Кошева и проданы не будут.

Салех пролез через дыру в заборе, заметил Моргота и направился к подвалу гордой походкой пьяницы, притворяющегося трезвым. Он был так сосредоточен на этом нелегком деле, что забыл поздороваться.

– Салех!
– окликнул его Моргот, когда тот хотел спуститься в подвал.

– А! Здорово! Ну как жизнь?
– Салех упорно делал вид, что происходящее воспринимается им здраво и трезво.

– У тебя водка есть?

– Откуда? Ты чего?

Может, водка у него и была, но делиться ею он не собирался.

– Сбегай, возьми литруху, - Моргот привстал и достал из заднего кармана две сотни.

Салех обладал удивительной способностью мгновенно преодолевать расстояния, если видел деньги. Даже если только чувствовал их появление.

– Мы не гордые, - подмигнул он, выхватывая сотни из рук Моргота, - мы сбегаем.

– Только один литр нормальной водки, а не три литра жидкости для обезжиривания поверхностей, понял?

– А то я не знаю, какая ты цаца!
– Салех захихикал счастливым смехом.

Пока он бегал в магазин, Моргот убрал тетрадь Игора Поспелова в полиэтиленовый пакет, завязал его крепким узлом и спрятал на развалинах соседнего корпуса, здраво рассудив, что ощупать каждый кирпич на всей территории инженерно-механического института никому не удастся.

Мы возили Первуню к ушному врачу уже без Моргота, а когда вернулись в подвал, они с Салехом успели набраться так, что оба едва не падали со стульев и орали друг на друга, продолжая философскую беседу.

– Слушай, ты, философ!
– Салех лег грудью на стол, пытаясь заглянуть Морготу в глаза.
– Ты слишком много думаешь! Тоже мне, рефлексирующий интеллигент!

– И где ты это вычитал?

– Я тоже книжки читал, не надо песен! Не надо думать, что Салех - полное дерьмо. Я в армии политинформации вел.

– Что-то не помогли тебе эти политинформации. Наверное, без души их готовил, а?
– Моргот рассмеялся.

– Я? Без души? Я все делаю с душой, если хочешь знать! Только кому она нужна, моя душа? Вот и пропиваю теперь душу… Потому что никому она не нужна.

– А, так вот оно что! А я-то думал, чего это Салех пьет? А он, оказывается, душу пропивает!

– А ты не издевайся. На себя посмотри. Ты-то кому нужен?

– Слушай, Салех, а мою душу хочешь пропить?
– Моргот достал из пачки сигарету, хотя в пепельнице еще дымился большой окурок.

– Пошел ты к черту, - Салех мотнул головой.

– Хорошая идея. Год пить можно, если захочешь. Ты сходи в военную полицию, спроси, сколько тебе заплатят, если ты им расскажешь, где живет Моргот Громин… - Моргот щелкнул зажигалкой, но Салех, перегнувшись через стол, вцепился рукой ему в рубашку и ненароком выбил сигарету из рук.

– Ты думаешь, я сволочь? Да?
– прошипел он, брызгая слюной.
– Думаешь, я такая сволочь? Думаешь, я уже все мозги пропил?

– А еще скажи, что нет, - невозмутимо усмехнулся Моргот, отрывая цепкую руку Салеха от рубашки.

– Нет. Я друзей не продаю, ты понял? Ни за деньги, ни за водку, ни за собственную жизнь.

– Ух ты!
– Моргот хохотнул.
– Как это пафосно. Ты только их шмотки продаешь, а самих друзей - ни-ни, правильно я понял?

– Шмотки - это дерьмо, - Салех убрал руку от Моргота.

– Ну да, водка значительно полезней золотых часов.

– Да ладно, вспомнил! Подумаешь - часы! Хочешь, я тебе завтра новые принесу? Золотые?

– Спасибо, не надо. Будем считать, это мой вклад в покупку твоей души, - Моргот машинально забрал горящий окурок из пепельницы и затянулся.

Мы с Бубликом собрались разогревать макароны и жарить колбасу, пока Силя укладывал Первуню в постель: доктор велел ему лежать под одеялом и пить теплый чай. Конечно, Моргот с Салехом нам мешали, но мы привыкли не обращать на них внимания, когда они напиваются вдвоем. Правда, от этого они оба делались очень приставучими и не давали нам покоя. И на этот раз Моргот пристал ко мне с вопросом, прочитал ли я книжки вслух, и заставил Бублика и Силю что-то ему пересказать, но его педагогический порыв быстро сошел на нет, потому что Бублик и Силя на самом деле стали наперебой пересказывать книжку про разведчика, во всех подробностях, да еще и в лицах. Разумеется, слушать это Морготу было неинтересно.

– Силя!
– Моргот оборвал темпераментный пересказ, развернул Силю лицом к себе и встряхнул за плечи.
– Ну-ка быстро отвечай, ты Родину любишь?

– Чего?
– у того вытянулось лицо.

– Я спрашиваю, ты Родину любишь?

– Моргот, отстань от него, - вмешался Бублик, - я Родину люблю, и чего?

– А тебя не спрашивают!
– Моргот щелкнул Бублика по лбу.
– Ты соврешь - недорого возьмешь. За что тебе Родину любить, скажи мне? Что ты от нее видел, от этой Родины, а? Воровские притоны?

– Чего надо, то и видел, - проворчал Бублик, - вот тебя, например.

– Ничего ты не видел, - фыркнул Моргот.
– И ничего ты в этом не понимаешь.

Он вдруг поднялся рывком и, сильно шатаясь, быстро пошел к выходу. Он всегда ходил быстро, даже когда плохо стоял на ногах.

– Давай дальше рассказывай!
– неловко махнул рукой Салех.
– Про разведчиков.

Силя с Бубликом переглянулись: Моргот своими дурацкими вопросами сломал им азарт и вдохновение. Бублик промямлил что-то, стараясь вспомнить, на чем они остановились, но Моргот вернулся очень скоро, подошел к столу и швырнул на него горсть земли. Комья разлетелись по стопкам и тарелкам, перепачкали столешницу с ободранным лаком и просыпались на пол; развести на столе такую грязь за одну секунду не удавалось даже нам.

– Ну и какого черта ты свинишь-то?
– обиженно пробормотал Салех, пристально всматриваясь в дно своей стопки с налитой водкой: неколько комков земли осели на дно, а сверху плавала тонкая пыльная пленка и волосатый корешок какой-то травинки.

Моргот не обратил на Салеха внимания и рявкнул, брезгливо показывая пальцем на стол:

– А ну-ка быстро все на это посмотрели!

Мы замялись и пожали плечами: ничего интересного в этом безобразии не было.

– Ну?
– Моргот обвел нас пьяным взглядом и вытер руку об штаны.
– Видели? Знаете, что это такое?