Чтение онлайн

Но все же, все же... В то, что оба оболтуса говорят правду, Паршин тоже верил.

Как быть?

Наверное - обедать.

Борщ выглядел и пах умопомрачительно, голодный сыщик озверело накинулся на тарелку, заработал ложкой, но и о деле не забыл. Не отпускало его дело.

– Илья, кто такой Максим, который кипиш в вашей богадельне поднял?

– Максим юрист отца. Мы немного дружим.

– Юрист, - задумчиво пробуя слово на вкус, пробормотал Олег. Промокнул губы кусочком ржаного хлеба.
– Тогда у него точно есть телефон милицейского генерала. Юристы такими связями дорожат. Догоняешь?
– спросил сыщик и вернулся к борщу.

– Угу. Предлагаешь ему позвонить?

– А ты в Максиме уверен?

Илья задержал ложку на весу, задумался.

– Он первый начал беспокоиться за папу. Если бы он был заодно с Бертой, то наверняка не стал бы поднимать шум, так?

– Вероятно. Во всяком случае, связываться с тобой и предупреждать, мол, что-то не в порядке...

Зубов подскочил с табурета.

– Я ему сейчас позвоню!

– Не суетись, дай похавать. С Максимом лучше встретиться, телефон генерала наверняка у него в мобиле есть. Встретишься, задашь вопрос, поболтаешь немного о том, что в богадельне происходит.
– Паршин сыто отодвинул пустую тарелку.
– И вообще, толковый адвокат нам сейчас не помешает. Возьми его в оборот. О, картошечка!
– Обрадовано принял от молчаливой Киры слоновью порцию картофеля.

На низеньком журнальном столике Паршин разложил тетрадный лист бумаги в клеточку. Илья и Дуся заинтересованно склонили голову: сыщик рисовал вагон. Предположили, что «художник» изображает электричку или подвижную часть метрополитена. Но оказалось - ресторан. Точнее, заведение стремительного питания с гамбургерами, шаурмами и прочей калорийной до изжоги вкуснотой.

– Вот, - удовлетворенно полюбовался кубическим произведением сыщик, пририсовал рядом с вагоном полукруг с дверями и обозначил его буквой «М».
– Кафешка рядом с метро, здесь всегда полно народу. Позвонишь Максиму, назначишь встречу на площади перед этой станцией. Но подходить не будешь, а сядешь у окна заведения и приведешь к себе уже звонком. Там метров сто получится.

На двух противоположных концах вагона Олег поставил крестики.

– Я и Дуся будем здесь. Евдокия постарается занять столик на улице у входа в кафе и будет наблюдать - не идет ли кто за Максимом, один ли он вообще приехал.

Я буду здесь. Если Евдокия кого-то увидит, подает знак - атас, смывайся! Ты, Илья, быстро выходишь через эту дверь, всего их три...
– Сыщик дополнил рисунок.
– Эта дверь выходит в парк, идущий вдоль проспекта, я постараюсь задержать преследователей. С эти все понятно?

Слушатели кивнули с готовностью рядовых запаса.

– Вопросы есть?

– Мне бы кофточку сменить... Эта с дыркой на животе. А на улице жара началась...

– Попросишь что-нибудь у Киры. По существу вопросы есть? Нет? Тогда сориентируемся на месте. Звони Максиму, назначай встречу через сорок минут. Дуся, слушай его голос.

Илья быстро вставил в хитрый мобильник сыщика свою сим-карту, нашел телефонный номер юриста и произвел набор.

По комнате понеслись гудки.

– Не отвечает, - огорченно констатировал Илья.
– С этого телефона номер вызова не определяется?

– Нет.

– Тогда Максим может не ответить. Если он на совещании или занят, отвлекаться на неизвестный вызов он не будет.

– Н-да?
– задумчиво приподнял брови сыщик.
– Ничего. Поедем на место, по дороге ты, Илья, активируешь свой телефон - тебе Максим ответит?

– Да, - уверенно мотнул подбородком сын работодателя юриста.

На улице действительно отрадно потеплело. Разогретые солнцем лужи наполнили воздух бензиновыми испарениями, приодетые в осенние наряды граждане сняли пиджаки и куртки, и понесли одежду в руках. В метро - парилка, толкотня. Евдокия напряженно смотрела на отражения в темных стеклах вагона, прижатый толпой к мажору Паршин тихонько делился соображениями:

– Если Макс в офисе, то оттуда до места встречи на метро доберется за двадцать минут. Позвонишь ему и скажешь, чтобы приезжал немедленно. Береженого бог бережет. Если за юристом приглядывают, чем меньше времени будет на подготовку, тем лучше.

Зубов согласно кивал, подзабытые ощущения давки в общественном транспорте добавляли нервозности. Голова слегка кружилась.

На площади перед станцией - суета, мельтешение, люди-сандвичи в рекламных картонках пихают в руки разноцветные бумажки с приглашениями на распродажи...

Три невольных сотоварища свернули за угол станции, Зубов достал свой телефон и активировал сим-карту, настроив мобильник на режим громкой связи.

– Илья?!
– практически мгновенно отозвался юрист.
– Ты где?!

– Максим...

– Плохо слышно!!

Шум близкой автострады забивал голос из трубки, Илья перенастроил звуковой режим и приложил трубку к уху.

– Макс, ты можешь со мной встретиться?!
– Евдокия пристроилась с другой стороны трубки, но почти не разбирала ответов юриста.
– Прямо сейчас, через двадцать минут!.. Да, да... У станции такой-то... Я позвоню тебе еще раз с другого телефона!

Илья закончил разговор, тыльной стороной кулака утер испарину со лба.

– Макс сейчас приедет из офиса.

– Вынь симку и батарейку, - напомнил сыщик, - и пойдем проводить рекогносцировку. Места по расписанию займем пораньше.

Пристроенная к ограждению сквера прозрачная постройка и в самом деле напоминала вагон электрички. Вдоль окон - столики и лавки, в хвосте раздаточный пункт и даже двери примерно в тех же местах, что и у электричек, с одной лишь разницей: выход на противоположную от площади сторону - один. Там, у двери, мешая проходящим гражданам могучей спиной, расположился Паршин. Илья засел у окошка с видом на метро, Евдокии с фруктовым салатом и томатным соком повезло занять крошечный столик на улице у главного входа в заведение.

Пока приглядывались, планировали и, в качестве прикрытия, затаривались провиантом, прошло восемнадцать минут. Кормленная борщом и картошкой Землероева на салат из разноцветных фруктовых кубиков даже не глянула, сидела на краешке пластмассового креслица и нервно теребила пальцами родимый мобильный телефон: Илья детально описал Максима, Паршин приказал звонить Илье, если, сидя на шухере, Дуся засечет передвижения неприятеля.

Максим появился на минуту позже назначенного времени. Высокий симпатичный брюнет лет тридцати, проходящие в двери метрополитена девушки с удивлением оглядывались на мужика в шикарном костюме, белоснежной рубашке и безупречном галстуке - такие на метро не ездят.