Чтение онлайн

Тридцать секунд спустя мы уже снова были на окраине маленького городка. Подъехав к почти застроенному участку у шоссе со стороны моря, я замедлил ход. Вокруг — ни души, и я не колебался. Я свернул на бетонированную дорожку, ведущую к первому же дому, проехал через открытую подъемную дверь гаража, заглушил мотор и быстро закрыл за собой дверь.

Когда через две-три минуты мы вышли из гаража, ни у кого, кто нас разыскивал, не возникло бы, по крайней мере с первого взгляда, подозрения, что мы именно те люди. По случайному совпадению на девушке была верхняя кофточка с короткими рукавами совершенно такого же зеленого цвета, как и мой костюм. Эту подробность радио подчеркнуло дважды: броская примета, которая тотчас же нас выдала бы. Но теперь кофточка исчезла, а открытую белую блузку, которая была на ней, носили в тот жаркий день тысячи девушек. Поди отличи одну от другой! Зеленую кофточку я спрятал в своем пиджаке, вывернув его подкладкой наружу и перебросив себе через руку. Галстук я тоже сунул в карман. Косынку я у девушки забрал и повязал ее, как носовой платок, вокруг своей головы, спустив справа свободный конец и скрыв таким образом свой шрам. Поскольку рыжие волосы на висках меня тоже могли выдать, я постарался закрасить их смоченным косметическим карандашом, который нашел в ее сумочке. И если мои волосы и приняли необычный вид и цвет, какого я ни у кого не видел, то они уж во всяком случае не казались рыжими.

Под кофточкой и пиджаком я держал револьвер. Идя неторопливо, чтобы скрыть хромоту, мы тем не менее уже через три минуты были снова на площадке для машин. Спортивная машина была тоже марки «шевроле», с таким же точно мотором, но на этом сходство и кончалось. Перед нами был двухместный автомобиль с кузовом из пластика. Я водил такую машину еще в Европе и знал, что ее скорость действительно достигает 120 миль в час, как указывают в рекламе.

Я выждал, пока мимо нас не проехал, громыхая, тяжелый грузовик, направляющийся на юг, и завел под его шум мотор спортивной машины. Хотя группа людей, которую я видел раньше, была уже на берегу моря, они все-таки могли услышать звуки знакомого мотора и заподозрить неладное. Я быстро развернул машину носом к югу и поехал вслед за грузовиком. Когда девушка увидела, что мы направляемся в ту же сторону, откуда бежали, она с изумлением уставилась на меня.

— Я знаю, сейчас вы опять скажете, что я сумасшедший, — сказал я. — Что же, валяйте, говорите! Только я не сумасшедший. В северном направлении нас наверняка ожидает вторая засада, и она будет посерьезнее первой — не пропустит и пятитонку! Они могут решить, что я свернул на какую-нибудь дорогу, идущую на восток, через болота. Во всяком случае, на их месте я подумал бы так. Ну, а на болотах любая машина увязнет по самое брюхо… Так что мы поедем прямо на юг! На это они не рассчитывают. А потом мы где-нибудь спрячемся на несколько часов…

— Спрячемся? Где? Где можете вы спрятаться? — Поскольку я ничего не ответил, она продолжала: — Пожалуйста, отпустите меня! Теперь… Теперь вы уже в безопасности. Наверняка вы и сами так считаете. Иначе бы вы не поехали в эту сторону. Прошу вас, отпустите меня, пожалуйста!

— Только не прикидывайтесь наивной! — устало сказал я. — Если я отпущу вас, то через десять минут все фараоны в штате будут знать, в какой машине и куда я еду. Вы, наверное, и в самом деле считаете, что у меня не все дома!

— Клянусь вам, я никому ничего не скажу! Можете мне поверить!

За последние двадцать минут я никого не застрелил, и она не боялась меня больше, но не настолько, чтобы страх не мешал ей думать. Она продолжала настойчиво:

— А почему вы уверены, что я не стану делать людям знаки или не закричу, когда вы остановите машину, например, у перекрестка перед светофором? Или, например, не ударю вас, когда вы смотрите в другую сторону? Откуда вы можете быть уверены в этом?

— Тот полицейский Донелли, — сказал я без всякой видимой связи, — интересно, успел ли доктор вовремя оказать ему помощь?

Но она поняла. Краска, которая только что оживляла ее щеки, вновь отхлынула от лица.

— Отец мой влиятельный человек, мистер Тэлбот. — Она впервые назвала меня по имени. Я оценил также и слово «мистер». — И я ужасно боюсь, что с ним будет, когда он услышит… у него… у него очень больное сердце и…

— А у меня жена и четверо детей, которые умрут с голоду! — прервал я ее. — Так что мы можем только посочувствовать друг другу. А теперь сидите смирно.

Она ничего не ответила и продолжала хранить молчание даже тогда, когда я остановился у аптеки и вошел внутрь, чтобы позвонить по телефону. Она оставалась близко и далеко. Далеко, чтобы слышать разговор по телефону, но достаточно близко, чтобы видеть очертания револьвера под моим пиджаком. Выходя из аптеки, я купил сигарет. Продавец посмотрел на меня, а потом — на стоявшую на улице машину.

— Уж больно жарко сегодня, чтобы сидеть за рулем, — сказал он. — Издалека едете?

— Да нет, с озера Чиликут… — Я обратил внимание на указатель с таким названием в трех или четырех милях к северу. Зато мои усилия по части американского акцента заставили меня даже содрогнуться. — Рыбачили.

— Рыбачили? — Его тон был достаточно нейтральным, чего нельзя было сказать о похотливом взгляде, которым он окинул девушку. Но на сегодня мне было не до рыцарских побуждений, и я не обратил внимания на это. — И что-нибудь поймали?

— Кое-что… — Я не имел понятия, какая рыба водится в местных озерах и есть ли в них вообще какая-нибудь рыба. К тому же, подумал я сразу, едва ли кому-нибудь могло прийти в голову отправиться на эти мелководные заболоченные озера, когда, можно сказать, прямо за порогом лежит весь Мексиканский залив. — Но все, конечно, без толку! — Мой голос звенел словно вновь вспыхнувшим гневом. — Буквально на минуту оставляю корзинку на дороге, как вдруг является какой-то сумасшедший и наезжает на неё. Рыба и завтрак — все к чертям! А пыли-то на этих дорогах — я даже номер не смог разобрать!

— Бывает, — сказал он, а потом его глаза словно уставились в одну точку за сотню миль отсюда, и он спросил быстро:

— А какой марки машина, успели заметить?

— Синий «шевроле»… С разбитым стеклом. Что с вами? В чем дело?

— В чем дело? — повторил он. — Он еще спрашивает! Неужели вы… Вы обратили внимание на парня за рулем?

— Нет… Слишком быстро промчалась машина… Разве что его рыжие волосы, но…

— Рыжие волосы? Озеро Чиликут! Ну, брат… — И с этими словами он повернулся и побежал к телефону.

Когда я подошел к девушке, она сказала:

— Вы ничего не упускаете… Как вы можете быть таким хладнокровным? Ведь он мог узнать, догадаться…

— Догадаться? Он был слишком занят, разглядывая вас. Портной крепко сэкономил на вашей блузке.

Мы поехали дальше. Проехав четыре мили, мы добрались до места, которое я еще раньше приметил. Это была большая автостоянка, расположенная в тени пальм, между дорогой и побережьем. На временно воздвигнутой арке была прибита вывеска, гласившая: «Строительная компания Кодел», и ниже — более крупными буквами: «Добро пожаловать».

Я въехал. На площадке уже стояло пятнадцать, а может быть, и все двадцать машин. Люди сидели: кто на скамейках, предусмотрительно расставленных по краям площадки, кто в своих машинах — таких было большинство. Все они наблюдали за строительством будущего приморского района города. Четыре драги — мощные ковши на гусеничном ходу — медленно и тяжело ползали туда и сюда, отрывая от морского дна скрытую водой коралловую породу и воздвигая прочный и широкий фундамент, потом ползли дальше по только что воздвигнутому молу и поднимали со дна новые порции породы. Одна из машин укладывала широкую полосу нового района. Две другие сооружали небольшие пирсы, отходящие от главного пирса под прямым углом, — участки для будущих домов, каждый дом со своей собственной пристанью. Четвертая выкладывала большую петлю, идущую на север и вновь возвращающуюся на сушу. Это, очевидно, будет гавань для яхт.