Чтение онлайн

– Стоп!
– услышав знакомый термин, я остановил Руперта.
– Какой кондотьер?

– Дык, ломбардец же...
– почтительно повторил Лебо.
– Николя де Монфор. Прибыл давеча со своим отрядом. Обласкан самим дюком, ибо оный воин присутствовал при кончине Карла Смелого, прикрывая собой от вражеских пик его тело, а тако же доблестно отказал Луи, на предложение служить ему...

– Vot suka!!! Где он сейчас?!

Руперт перепуганный моей реакцией, шарахнулся в сторону и зачастил:

– Людей его поместили в казармы городской стражи, а сам ломбардец квартирует в доме купца Люсьена Бижона...

– Руперт...
– я поймал его за шнуровку колета и притянул к себе.
– О каждом шаге этого ломбардца, я должен знать. О каждом, ты слышишь меня? Справишься - награжу...

– Будет сделано, ваше сиятельство!!!
– торжественно пообещал толстяк.
– Даже в клозет без присмотра не отлучится. И это...
– Лебо таинственно округлил глаза.
– А может... того-этого... есть надежные людишки...

– Нет...
– я отпустил его и вернулся в кресло.
– Никаких, 'того-этого'... Только слежка...

Мля... похоже, для меня становится доброй традицией встречать своих врагов в Бретани. Ох, как много вопросов, накопилось к макароннику. Очень много... Вот же сука, и здесь хочет втереться в доверие... А вот хрен тебе...

– Ваше сиятельство...

– Выйди пока и постой за дверью...
– прогнал я купца.
– Луиджи, живо сюда шевалье ван Брескенса...

Логан немедленно явился, он по случаю прибытия в порт, даже побрился, но все равно, с разбитой скулой (прилетело булавой во время штурма посольской галеры), смотрелся довольно подозрительно.

– Ну и рожа у тебя, Sharapov...

– Рожа как рожа, монсьор...
– Тук пригладил рукой замызганную полу колета и вопросительно уставился на меня.
– Чего изволите, сир?

– Братец, мне надо, чтобы ты немедля отправился к Вельзеру, банкиру и выяснил возможность...

Инструктаж много времени не занял, Логан кивнул, угрюмо выслушал пожелание переодеться, опять кивнул, на этот раз еще угрюмей и испарился из каюты.

Так... первый шаг сделан, теперь надо побыстрее развязаться с сирийкой...

Додумать не смог, пригласили на торжественную мессу, по случаю благополучного прибытия. Капеллан Бромель, вновь рьяно взялся духовно окармливать личный состав, в том числе и меня, успев уже наложить на господина шаутбенахта легонькое покаяние, за богохульные слова... Вот же стервец. Ну да ладно, с таким сейчас не шутят, отстою, благо служит он великолепно. Проникновенно и громко, ревет псалмы аки медведь весной...

месса - основная литургическая служба в латинском обряде Католической Церкви.

Время пролетело быстро, и в назначенное время, наш баркас пристал к берегу. Как и в прошлый раз, там дымились мангалы, суетились повара, бдительные бодигарды в ламмилярах* и чалмах, накрученных поверх шишаков, таращились по сторонам, выискивая опасности. Вот только теперь, рядом с капуданом, сидело еще двое мужчин, богато одетых по восточному обычаю, но без тюрбанов; их головы прикрывали цветные длинные платки, наподобие тех, что в современности носят арабы. Родственники сирийки? Похоже, так и есть, один постарше, с длинной ухоженной бородой, второй совсем юный, только с намеком растительности на подбородке.

ламеллярный доспех (от лат. lamella - пластинка, чешуйка) - общее название доспеха из сплетенных между собой шнуром пластин. Ламелляр обычно существовал либо в виде корсета-кирасы, часто с длинным подолом, играющим роль набедренников, либо в форме ламеллярного халата длиной до колен, с разрезами спереди и сзади; в обоих случаях он, как правило, дополнялся оплечьями в виде листов ламеллярного полотна, иногда - защитой шеи и паха.

Земфира облачилась в наряд своей страны: глухое белое платье сплошь шитое жемчугом и серебром, и прикрыла голову с лицом, газовым покрывалом, прихваченном тяжелой золотой диадемой. Она все дорогу молчала и не выпускала мою руку, словно боялась потеряться. Да и выглядела, краше в гроб кладут, бледная словно снег. Не пойму, чего она так боится?

Капудан встретил меня как старого друга, широко раскинув руки, словно для объятий.

– Приветствую, моего брата, почтенного и благородного эмира Жана, радости моей нет границ...

– Я тоже рад тебе, почтенный Хасан Абдурахман ибн Хоттаби...
– тепло ответил я, приметив, что гости при виде Земфиры порывисто вскочили, потом так же быстро плюхнулись на подушки обратно.

Кидаться в объятия капудана, я не стал. Невместно с басурманином обниматься. При всех моих добрых к нему чувствах, приходится соблюдать обычаи времени. Свои же люди не поймут вольностей. Как его - так и мои.

– Друг мой...
– Хасан воспринял мой сдержанный поклон как должное, ответил тем же и показал на своих гостей.
– Позволь представить тебе моего собрата по ремеслу, Гассана ибн Зульфикара...

Мужик с бородой, прижав руку к своей груди, отвесил сдержанный поклон.

– ...и его сына Самира...

Поклон младшего, был более вежлив. А вообще, довольно приятный парень: высокий и статный, лицо открытое, черты больше европейские, чем арабские.

– Приветствую, Гассана ибн Зульфикара...
– ровным тоном ответил я.
– Согласно моему обещанию, я привез его дочь. Земфира, это твой отец?

Девушка едва заметно кивнула. Ее отец, стоял и не спускал глаз с нее, со странным выражением лица, в котором в равных пропорциях была соединена печаль и радость, нетерпение и... а черт его знает, что там намешано. Короче, волнуется мужик. И неудивительно. А сын более сдержан, я по его лицу так и не смог ничего прочитать. Впрочем, физиономист из меня всегда был хреновый.

Пока мы обменивались с капуданом приветствиями, довольно долго, восточный этикет обязывает, Земфира и ее родственники, не подходили друг к другу, так и стояли неподвижно, обмениваясь лишь взглядами. Впрочем, нет... Земфира не смотрела на отца с братом - она опустила голову и напоминала неподвижное изваяние, укутанное в парчу.

– Я никогда не сомневался в твоем благородстве и честности, мой друг...
– искренне, с чувством сказал капудан, прижимая руку к сердцу.

– Пусть, наконец, состоится воссоединение семьи...
– через паузу сказал я.
– Но... но, почтенный Хасан, на тебе гарантии того, что к девушке не будет применено насилие и принуждение. Я очень тепло к тебе отношусь и совсем не хочу, чтобы наши отношения омрачились...

– Да будет так...
– важно кивнул капудан.
– Я гарантирую, что Земфире не причинят вреда...