ЖАНРЫ

Страна Муравия (поэма и стихотворения)

Твардовский Александр Трифонович

Шрифт:

И пусть в последний paз сюда Зашли мы мимоходом, Мы не забудем никогда, Что мы отсюда родом.

И в грозных будущих боях

Мы вспомним, что за нами И эти милые края, И этот куст, и камень...

Давай же, друг, пройдем кружком По всем дорожкам славным, Где мы с тобою босиком Отбегали недавно.

1938

* * *

Мы на свете мало жили, Показалось нам тогда, Что на свете мы чужие, Расстаемся навсегда.

Ты вернулась за вещами, Ты спешила уходить И решила на прощанье Только печку затопить.

Занялась огнем береста, И защелкали дрова. И сказала ты мне просто Дорогие мне слова.

Знаем мы теперь с тобою, Как любовь свою беречь. Чуть увидим что такое Так сейчас же топим печь.

1938

МАТЬ И ДОЧЬ

Мчится в поле машина, Пыль клубится за ней...

– Не к тебе ль, Катерина?..
– Видно, к дочке моей... Мимо льна молодого Проезжают как раз.

– Кто здесь будет Фролова?
– Две Фроловых у нас. Катерина Фролова Это вот она - я,

А Наталья Фролова Будет дочка моя. Вон в платочке бордовом, Можно кликнуть сейчас.

– Нет, товарищ Фролова, Мы-то лично до вас... Усмехнулась и руки Отряхнула она.

– Ну, бросайте, подруги, Что ж, я выйду одна?..

И по льну осторожно, Точно вброд босиком, На лужок придорожный Все выходят гуськом.

А в тени от машины Встали строем одним Седоусый мужчина И две женщины с ним.

– Вот, товарищ Фролова, За высокий ваш лен От колхоза "Основа" Вам привет и поклон.

Весь колхоз вам желает Жить в здоровье сто лет. Весь колхоз выдвигает Вас в Верховный Совет.

За уход ваш любовный, За талант и за труд Все кругом поголовно Голоса отдадут...

Отступив, побледнела, Губы вытерла мать. На своих поглядела, На приезжих опять.

Поклонилась: - Ну, что же... Всем спасибо мое... Только дочь... помоложе, Может, лучше ее?.. И тогда виновато Гость руками развел:

– Если б ехали в сваты, Так о чем разговор!.. И, как ветром волнуем, Колыхнулся народ: Мать поздравить родную Дочь родная идет.

Мать смуглее и строже. Дочь светлей и стройней. Но глазами похожи И осанкою всей.

Столько сдержанной силы И у той и у той. И одною красивы Строгой кровной красой.

Взгляд и облик тот самый, И простые черты... Мама, что же ты, мама, Уж не плачешь ли ты?..

1938

ПОЛИНА

Над великой русскою равниной, Над простором нив, лесов и вод Летчица, по имени Полина, Совершила славный перелет.

Были с ней ее подруги смелые, Женщины под стать - одна в одну. И от моря Черного до Белого Путь лежал их через всю страну.

Глубоко внизу прошла под ними Хлебная украинская степь, Города, сады и темно-синий, В берегах зеленых, вольный Днепр.

И остался по пути, наверно, Где-то в стороне один колхоз. За оградкой низкой - птичья ферма И постройки белые вразброс.

Там стоит немолчный Крик куриный, Там - всего лишь восемь лет назад Птичница, по имени Полина, Созывала на дворе цыплят.

Там она вела им счет свой строгий, Чтоб ни одного не потерять. И клевала ей босые ноги Хлопотливая цыплячья рать.

И в какой-то летний день обычный, Заглушая писк и гомон птичий, Пролетел над фермой самолет. Птичница стояла у ворот.

И смотрела, сколько видеть можно, Против солнца заслонясь рукой. И могучей, сладкой и тревожной Грудь ее наполнилась тоской...

1938

СЛУЧАИ НА ДОРОГЕ

Поля обветрились едва Ступить с дороги топко. Как хвоя тонкая, трава Показывалась робко.

И колесо еще следа Прорезать не успело. И запоздалая вода По всем овражкам пела

В такой-то день мы шли гулять, Кино прослышав где-то. И были оба мы под стать, Как лорды, разодеты.

И с виду будто от собак, Для красоты на деле, Мы с другом прутики в руках Изящные имели.

Хотя обочные уже Тропинки были сухи, Шагали мы настороже, Оберегая брюки.

А воздух весь звенел вокруг, И грело солнце так-то! И вот идем и слышим вдруг: Стучит, буксуя, трактор.

Понять не трудно, что и как: Имеет ухо опыт. Какой-то, думаем, дурак В грязи машину топит.

Слова готовы наперед: - Позор! В нетрезвом виде... С горы спускаемся - и вот Мы видим... Что ж мы видим?

Девчонка лет семнадцати Хлопочет за рулем: Обволокло по ступицы Колеса киселем.

Девчонка лет семнадцати Берет на полный ход. Но, видно, не податься ей Ни взад и ни вперед.

Подходят к ней смущенные Два лорда молодых.
– Позвольте, мы вас вытащим, Сказал один из них.

Понятно, соглашается, Хотя глядит зверьком, И даже улыбается, Несчастная, мельком.

Но это дело личное, А медлить не с руки. И лорды, не задумавшись, Снимают пиджаки.

Мости побольше хворосту, Кустарник под боком.

И трактор вылез вскорости, Однако суть не в том... Девчонка, смех стараясь скрыть, Сидит, глядит понуро.

– Позвольте вас благодарить... И руку протянула.

Но мы стоим, мы как без рук: В грязи по локти руки. А тут еще мы видим вдруг, Какие наши брюки.

Стоим. Нельзя подать руки. Умыться тоже нечем. Она, смеясь, нам пиджаки Накинула на плечи.

Он на меня, я на него Идем, косясь, бок о бок.
– Ты что?
– А что?
– Да ничего...

И рассмеялись оба. Была погода хороша, Приветлива девчонка. Шел в гору "Интер" не спеша. И мы пошли сторонкой.

Потерян был иаш прежний лоск, И нас томила робость. Знакомство все же началось. Но тут - сюжет особый...

1938

СЕМЬЯ КУЗНЕЦА

Машина под флагом стоит у крыльца, Цветы по бортам полевые. Сегодня большая семья кузнеца Места покидает родные.

Не ведавший прежде далеких дорог, Старик, человек домовитый, Кузнец уезжает на Дальний Восток К своим сыновьям знаменитым.

Не в гости. Еще от работы не прочь Умелые старые руки. С ним едет старуха и младшая дочь, Невестки и первенцы-внуки.

Веселая, дружная эта семья Жила, подрастала при кузнице темной, Ухваткой и силой в отца сыновья, А в мать красотой, моложавой и скромной.

Поделиться с друзьями: