Чтение онлайн

— Так что уничтожение Зеркала очень кстати и решает проблему ресурсов. Мы подождем, пока Лес очистит и сожрет замок, а потом — если наш прекрасный и мудрый Егерь не настучит на меня Арке и не лишит татушек — я пойду искать и чинить Исток.

— А что с той тварью?

В костре треснула ветка, разбросав яркие искры, а Охотник подкинул новое полено и молча поворошил угли длинной палкой, не вмешиваясь в разговор. Садовник рассеянно махнула рукой и села поудобнее, уперевшись спиной в замшелый ствол дерева и зашуршав прошлогодней листвой.

— Да пусть себе сидит, где сидела.

Макс едва не поперхнулся компотом и удивленно вскинул брови. Ему вспомнилась жуткая полупрозрачная фигура, что пыталась вылезти из Зеркала и за малым не подобралась к ним с Никой вплотную.

Оставлять за спиной такого опасного противника — странная стратегия, как минимум. Видимо, эта мысль очень отчетливо отразилась на его лице, потому что Садовник смерила Макса недовольным взглядом.

— Ладно, попробуем метафору, — заметила она, с ехидными нотками в голосе, словно пыталась объяснить дошколенку квантовую физику. — Вот завелись у тебя в доме муравьи. Ты же не пойдешь во двор уничтожать муравейники? В поле, в лес, заливать все их ходы и норы? Или будешь пытаться извести всех насекомых на планете, чтобы они к тебе в дом не лезли?

Макс смущенно глотнул отвара из кружки и не ответил.

— Нет. Ты выведешь их в своем жилище, законопатишь дыры, откуда они лезут, обработаешь все вокруг и поставишь защиты. Так же и в нашей ситуации. Пойми, за пределами человеческой Вселенной тьма тьмущая всякой хтонической дичи. Как насекомых за порогом твоего дома. Ходить и воевать со всеми в придурошной идее очистить бытие от всего лишнего — дурная затея. На это вечности не хватит. Гораздо адекватнее укрепить нашу Вселенную, отрезать пути, которыми сюда могут проникнуть враги. И все ресурсы пустить не на бессмысленную войну с неисчислимыми древними придурками, а на улучшение качества собственной жизни. Нам тут из руин и осколков целый мир поднимать. А без брешей в обороне — ни одна тварь извне сюда больше не проникнет.

— А если проникнет? — настороженно спросил Макс.

— Я ей вломлю, — хищно улыбнулась Садовник, затем через секунду помрачнела и тяжело вздохнула, словно едва могла скрыть свое разочарование: — Ладно, не я, а Егерь. Это его работа. Но если вдруг что — могу и сама.

— Одна из причин, по которой тебя и выбрала Аркания, — тихо проговорил Охотник.

— Думаю, что да. Прошлый Садовник оказалась не подготовлена к насилию и борьбе. Знаешь, мне всегда говорили, что нужно избавиться от старых стереотипов, измениться, научиться жить без насилия, манипуляций. Чище, лучше, выше, — без ужимок и шуток вдруг проговорила Садовник, отрешенно разглядывая освещенные пламенем костра деревья вокруг. — Но я отчетливо понимаю, что не все в Старом мире было плохим и недостойным. Объединение двух Вселенных, то, что новая Аркания будет состоять не только из коренных жителей, но и из землян — верное решение. Мы умеем то, что не могут местные. Мы прошли через боль и чудовищные ужасы, такие, которые не снились Арке. Выжили, адаптировались, преодолели. И стали в разы сильнее. То, что уничтожило Арканию, для нас — обычный вторник.

Макс с пониманием кивнул. Он ощутил это при уничтожении Зеркала и не раз уже думал о чем-то подобном. Они, израненные и плохие по меркам нового мира, все-таки оказались прочнее и выносливее. Смогли проделать то, что не сумели коренные арканийцы.

— Вот и Делиан этого не видел, не понимал. Он столкнулся впервые со злом, что развращало души, и не выдержал этого натиска. Зеркало убедило его в скором конце мира и по сути вынудило приблизить Апокалипсис. Ирония бытия, как она есть — бояться гибели Вселенной и стать этому причиной. А еще Делиан думал, что нового Садовника будет убить так же легко, как моего арканийского предшественника. Наивный.

Макс некоторое время смотрел, как Охотник раздает карты на новую партию. Как прыгают теплые отсветы пламени на траве и стволах деревьев. Ворон, что проводил мужчину, сидел рядом на ветке и молча слушал разговор, не вмешиваясь и не отпуская ехидных шуточек. Видимо, даже без Слова наглые птицы боялись и уважали Садовника с Охотником.

— Иди уже спать, мужчина с во-о-от таким ПСТРом, — тепло улыбнулась Садовник. — Это костер для тех, у кого нет дома, нет семьи и другой жизни, кроме работы на благо Вселенной. Ты теперь из другой категории. Иди к близким, в свою квартиру. И живи так, как посчитаешь нужным. Но если вдруг когда снова потянет на подвиги — приходи. Такие люди мне в команде не помешают.

Макс с благодарностью кивнул и встал с бревна, отряхиваясь от древесной трухи и кусочков мха. Оглядел на прощание полянку с костерком посередине и двух бэлов, что сосредоточенно играли в карточную настолку Ники. Вежливо попрощался и ушел в рассветный Лес следом за черным вороном.

Ника сонно поглаживала Кота, лежащего кверху пузом и вытянувшего в струнку лапы. Проснулась от того, что не смогла понять — где у существа начало, а где конец. Казалось, рыжий состоит из пуза и лапок с двух сторон.

Девушка сонно села на постели и огляделась. Стояло раннее весеннее утро. Лес за большим окном уже покрывался зеленым дымком молодых листиков, а солнце золотило старую кладку дома. Кот дрых на одеяле, заняв половину огромной постели. А вот Макса рядом не оказалось.

Ника неспешно встала с постели и поплелась на кухню. Там ее возлюбленного тоже не было. Зато обнаружилась готовая яичница на плите и пара гренок, прикрытых салфеткой, чтобы не сохли. Тепло улыбнувшись, Ника налила себе чаю и позавтракала за небольшим старинным столиком у окна. На уютную кухню вышел Кот, сонно потягиваясь.

— Тебя точно уже кормили, — сказала девушка рыжему бандиту. — Я не поведусь!

Полосатый и толстый Кот некоторое время жалобно смотрел на хозяйку, но когда понял, что кормежки не будет, взмахнул хвостом и обиженно ушел обратно в спальню.

Ника позавтракала, искупалась и привела в порядок длинные рыжие кудри, торчавшие во все стороны непослушной копной. Натянула на себя брюки со свитером, а сверху в качестве куртки надела изящный жилет-пальто. Забросила на плечо сумку и вышла из квартиры в длинный уютный коридор, обшитый деревом. Прошла по нему почти до самой лестницы и толкнула другую дверь.

В квартире Шамана она и обнаружила Макса. Он сидел на кухне за столом и отчаянно спорил с ее дедушкой, параллельно играя в шахматы.

— Ну подожди-ка! Мне всегда казалось, что твое мировоззрение должно совпадать с идеями, озвученными Ницше… О, привет, внученька!

Ника с теплой улыбкой оглядела пожилого мужчину в круглых очках, как раз разливавшего свежую порцию чая.

Макс встал из-за стола, нежно обнял девушку и ласково поцеловал ее в уголок губ.

— Проснулся на рассвете, не хотел будить и пошел к свекру. Мы как раз не доиграли партию. Ты уже на работу идешь?

Мужчина, когда-то носивший позывной «Конь», одет в простые серые брюки и клетчатую рубашку, а черные волосы, что раньше были коротко пострижены, теперь отросли. Кажется, он планирует носить длинную шевелюру, после стольких лет службы и необходимости коротко стричься.

Активная работа с Шаманом в его мастерской и походы в Лес не давали Максу растерять физическую форму. За прошедший месяц он стал выглядеть моложе и спокойнее, кошмары по ночам почти не беспокоили. А еще он чаще стал улыбаться.