Чтение онлайн

– Ты совсем поник, тусклая душа. Что Они оставили нам?

Белесые глаза Духа немного просияли, и он распрямился. Он сразу ожил и стал проявлять свойственное лишь ему проворство, названное им самим "говором пока живого ума":

– Куда мы идем? Угу... Где тот, кого нужно вести?.. Я не побоюсь...

Странник развернул двойной свиток. Все тот же рисунок, все те же мелкие каллиграфические надписи. Он пробежал по строкам, выхватывая фрагменты по диагонали: демон... древний... осужден... Камень... заточил... скрывался. Возраст. Сопровождать его...

– Куда же?..
– не унимался жестикулирующий Дух.
– Куда?..

– Вот абсурд, - далее, - Что хотели этим сказать?..
– и тут он внезапно резким голосом отрезал, поглядев на Духа, - ЧЕРНЫЙ ОКЕАН.

– Что... Что-что? Что?!
– непередаваемый ужас и смятение отразились на лике Духа.
– Океан?... Но как же так? Как Они могли... Это невозможно, здесь явно что-то не так. При мне и тебе... Нет, я этого не оставлю...

– Погоди, Дух, - и свиток исчез под полой одежды.
– До Океана далеко, в общем... Хм, тебе. Но я не понимаю, почему Преддверье никак не окончится?..

– Что? О чем ты?

Их путь затянулся. Еле видимые стены тоннеля умчались в бесконечность. Когда коридор стал странным образом сворачивать, идти под уклон, подниматься вверх, сужаться и расширяться, повеяло противоестественностью. Стены смеялись над ними. Проход начал давить со всех сегментов. Начал отбирать последний отголосок надежды. Впрочем, в Серости понятие надежды вряд ли уместно...

Когда тьма съела последние звуки их голосов, отчаяние начало черной пиявкой вползать в существо Духа. Странник встал и оглянулся.

– Я чувствую, что все это - не Серость. Нечто другое. Я не знаю природы этого, нового, наглого. Попомни мои слова, но я заставлю так же поволноваться тех, кто это с нами делает.

– Но где же выход? Где он? Когда он? Мне тяжело. Океан... И это.

– Нужно ждать, - без колебаний сев на пол у рельс, Странник рассудил. Мне не понравилось, как этот фантом говорил с нами. Он что-то скрывал. Что-то СВОЕ.

– А оно связано с... э-э... тоннелем?
– присел съежившийся Дух.

Безымянный осматривал потолок.

– И с чего Они решили вести демона к Океану? Проблема. Почему не Башня?

Дух сжался в комок и приложил палец к губе.

– Да, ты совершенно прав. Прав. И эта темнота. Не свернуть. Я помню, как она раскатисто грохочет, когда едешь в вагоне, - он нахмурил бровные дуги.
– И мы идем уже более, чем...

Литые кольца смыкались над ними, оставляя наедине с собой. Слабо дула подземная тяга и шумела в их ушах. Никому не было дела до того, что, возможно, два серых могут быть заточены тут навечно. Навевалось что-то о чуждом, далеком, но незнаемом.

– Идем дальше... Она уже здесь.
– Безымянный поправил ремни и зашагал во мрак.
– Она с нами, и эти жалкие фокусы со мною не пройдут. Дух, вперед! Не забудь себя здесь.

– Постой!

После этого Преддверье закончилось. Стены коридора приняли нормальные очертания и стали подходить к включенным воротам. Круг впереди превратился из темного в насыщенно-бордовый. Да, здесь позволялись оттенки. Сияли несколько последних ламп, а тросы заворачивали по бокам. Рельсы растворялись по мере того, как они продвигались к концу дозволенного промежутка.

Возле начала Пути они заметили нечто крупное и живое, излучавшее пульсирующий и трепещущий хаос. Оно сидело неподалеку от задействованных ворот. Издавало шипение и клекот, все время покачивалось, как большой живой холм. Оно не замечало их до поры.

– Что... Кто это?
– резонно задал Дух.

– Это то, что нужно вести к Черному Океану, - мысленно ответил ему Безымянный, обеззвучивая незаметность.

– О... мне оно не нравится. Оно не из Снов...

– Конечно, демонов здесь быть не может. Разве что Кошмары. безмятежные слова.

– Да, да. Как тяжело. Тяжело.

При малейшем полузвуке демон вскочил на ноги, сбросил с себя все притворство и утробно зарычал. Это был именно тот, которого суждено им вести через Страну. Запястья, как и щиколотки, были заперты в огромные браслеты. Это кандалы Серости, знаменитая неединичная вещь, которую не способно разрушить ни одно противоположное и внешнее.

Тело злобной твари переливалось, как на пергаменте, зелено-черным пламенем. Над внимательными и пронзительными глазами выстроились ряды роговых чешуй и покоробленных зубцов, сходная с кошачьей пасть была твердо сжата, а по бокам непропорционально плоской головы торчали рога. Старинная миниатюра из гримуара, претерпевшая изменения резвых умов современности, сошла и стояла, шумно сопя и созерцая двоих, составляющих чуть больше половины ее роста.

Странник осмотрел всего и глаза-в-глаза проникновенно наблюдал, какова будет реакция.

– Сними с себя эту штучку, чтобы я мог посмотреть на тебя, - всеми силами желал лукавый там, у себя в рассудке.

– Это он, Дух, - а тот молча уставился на демона, словно был очарован какой-то магией.

– Да, это я, - и черные губы растянулись в невообразимой животной улыбке.
– И всегда был им. А ты прожил долго, маленький уродец...
– голова повернулась с адовой грацией.
– Я вижу в тебе страдание... Дух.
– Сверлящие очи впились в пустые скорбные.

– Его глаза. Его... глаза.
– был лепет рядом.

– Прекрати, - выкрик не стал выкриком. Между ними встал Бродяга, загородив остолбеневшего Духа от начавшего перетекать в себе демона. Следуй за мной и заруби себе: свободы тебе не видать. Попытаешься тронуть его, я тоже смогу принести тебе вред. И смирись - это иной мир, чем твой и даже людской. Твое дело - шагать ногами. Тебе ясно?

– Мне ясно... Странник.
– и он приблизился вплотную со все той же улыбкой.
– Я повинуюсь тебе, мой проводник. Веди меня...

– Замолчи. Нас ждет долгая дорога.

Гладкая отполированная поверхность Врат не знала повреждений. Вещество было непроницаемо, как обсидиан и имело богатый пурпурный цвет. Шепчущая-галдящая мгла, чаще всего окружающая Преддверьевые ворота, сбавила тон, когда они подошли.

– Постарайся не думать ни о чем, когда будешь проходить здесь. Эта мга не любит.

– А что, если подумаю?
– промычал демон.

– Что ж, думай, - пожал плечами Безымянный.
– Только потом не проси объяснений...