Чтение онлайн

– Гроза закончилась. Все корабли уцелели, только буря разметала их по морю. Тор смилостивился над нами! – радовался Ингвар.

– Не просто так мы спаслись, – сказал Вегард. – Я уверен, что ради нашего спасения кто-то принёс жертву нашим Богам.

– Наверняка это сделал Эйрик Рыжий. Думаю, что Рагнейда и все викинги, оставшиеся на берегу, молили Богов за нас, – сказал Ингвар.

– Подул попутный ветер. Можно снова поднять парус, – сказал Вегард.

Корабли снова выстроились один за другим и продолжили плавание под парусами. Чёрная туча рассеялась, и вскоре ничто не напоминало о недавно бушевавшей стихии. По небу плыли тёмно-серые рваные облака. Спокойные волны лениво перекатывались по поверхности успокоившегося моря.

Стоявший на корме кнорра Лейв приветствуя Ингвара, помахал ему рукой.

– У вас всё в порядке? – крикнул Лейв.

– Да. Боги пощадили нас, – отозвался Ингвар.

– Мы пережили бурю. Теперь удача будет с нами, – уверенно сказал Вегард.

Все воспрянули духом. Бергтор шутил, рассказывая смешные истории. Над шутками кузнеца смеялась Хельга и хохотали гребцы. Ингвар сдержанно улыбался. Лишь Вегард был серьёзен. Обратившись к Бергтору, он произнёс:

– Всё веселишься, кузнец? А ведь ты так и не исполнил свою мечту – не встретил свою невесту в Гринланде.

– У меня ещё вся жизнь впереди, – перестав улыбаться, сказал Бергтор.

– Конечно, – кивнул Вегард. – Ты надеешься, что найдёшь себе невесту в новых землях.

– Вот именно, – поджав губы, сказал кузнец.

– Но мы не знаем, какие люди там живут. Возможно, твоя невеста будет похожа на мавританку или на сыроедку с северного побережья Гринланда, – сказал Вегард.

– Ты издеваешься? Почему бы тебе самому не поискать там невесту? – разозлился Бергтор.

– Вегард уже староват для женитьбы, – вступил в разговор Ульвар. – А вот мы с тобой как раз можем приударить за местными девчонками.

– А если тамошние люди с головы до пят будут покрыты длинными коричневыми волосами? Многие из вас наверняка помнят дикого лесного человека, которого мы с вами видели сидящим в клетке. Это было на Мальте. Говорят, его поймали в южных странах. Впрочем, местные невесты, даже если они окажутся мохнатыми, могут не согласиться стать жёнами угрюмых бородатых громил, одетых в куртки из медвежьих и волчьих шкур, которые пропахли морской солью и рыбой. Вы не задумывались, как мы выглядим со стороны? – спросил Ингвар.

– Ты это всё придумал. Таких волосатых людей не существует, – обиженно произнёс Бергтор.

– Ингвар сказал правду. Я видел того косматого дикаря в клетке. Всё же он больше был похож на зверя, чем на человека. Он скакал по клетке, строил гримасы и бил себя кулаками в грудь. Вот так! – показал Ульвар на себе.

При этом он выпучил глаза и издал ухающие звуки. Тут же последовал взрыв хохота.

– Похож! Честное слово, похож! – воскликнул Вегард.

– Вы зря смеётесь. Ведь, кроме Ингвара, никто из нас не обзавёлся женой, – напомнил Бергтор. – Между прочим, на остальных кораблях многие гринландцы, в отличие от нас, плывут вместе со своими жёнами.

После его слов все замолчали.

– Да что вы так расстроились? Если в новых землях не окажется достойных невест, мы надолго там не задержимся, и осенью отправимся назад, – попытался воодушевить гребцов Ингвар.

– Я надеюсь, что в тех землях живут люди, похожие на нас, – предположил Ульвар.

– Возможно в тех краях, куда мы направляемся, люди вообще не живут, – сказала Хельга.

– Тогда что мы там забыли? – проговорил Бергтор, который становился всё мрачнее и мрачнее.

– Если в тех краях нет людей, мы будем охотиться на моржей, оленей, волков и медведей. Их там должно быть много, – сказал Ингвар.

– Никогда охота, как, впрочем, земледелие, разведение скота и ремёсла не приносили настоящего богатства, – заметил Бергтор. – Я порой жалею, что обучился кузнечному делу. Признаюсь, я всегда завидовал тем, кто отправлялся в боевые походы. Ведь воины возвращались с богатой добычей.

– Только в том случае, если их не убивали враги, – нахмурившись, сказал Вегард.

– А я, наоборот, часто желал оказаться у домашнего очага в тепле и уюте, а не плыть на драккаре при пронизывающем солёном ветре, – признался Ингвар.

– И как только тебя умудрились выбрать старшим на этом корабле? – сердито произнёс Бергтор.

– Как ты можешь так говорить, кузнец? Лейв знает Ингвара, как одного из лучших и преданных друзей своего отца. Ведь Эйрик Рыжий, возвращаясь домой из походов, часто вспоминал об Ингваре. Сколько раз он выручал Эйрика и всех нас! – заступился за друга Вегард.

– Бергтор, ведь ты знаешь, что Ингвара прозвал Хитрым сам Эйрик Рыжий. Ингвар – друг конунга, – напомнила Хельга.

– Что можешь знать ты, дочь старого Свенельда, проигравшего бой саксам?! – вскричал Бергтор.

– Как ты можешь так говорить о Свенельде Храбром? Он погиб, как герой, а за свою жизнь он прикончил несколько десятков врагов. Он попал в Валхаллу и сейчас сидит на пиру у Одина, а вот куда попадёшь после смерти ты, большой вопрос! – раскипятился Вегард. – А ведь мы с Ингваром ещё уговаривали Эйрика взять тебя с собой.

– Что вы всё вспоминаете про Эйрика? Все знают, что на свадьбе Ингвара и Хельги Эйрик Рыжий хотел убить Лейва. А теперь Лейв ведёт нас за собой. Он наш конунг! – выкрикнул Бергтор.

– Наш конунг – Эйрик Рыжий! – твёрдо сказал Ингвар и уже собирался наброситься с кулаками на кузнеца, однако его удержал Ульвар, обхватив своими могучими руками.

– Успокойся, Ингвар! – сказал Вегард.

– Я скажу Лейву, что ты его не уважаешь, – пообещал Бергтор.

– Тебе бы родиться торговцем во Фламандии или пастухом в Валахии, а не кузнецом в Норвегии. Ты подлец и доносчик! – с негодованием вскричал Ингвар.

– Хорошо, что тебя удержал Ульвар, а то я бы тебе показал! – кричал в ответ Бергтор. – Я слышал, в рукопашном бою ты мало, на что способен!

– Заткнись, Бергтор! – прикрикнул на кузнеца Вегард. – Не тебе судить героев. А Ингвар Хитрый и Эйрик Рыжий – герои! Я был свидетелем бесчисленного числа их подвигов. И запомни: не только умение драться врукопашную делает воинов героями.

Бергтор встал со скамьи и перешёл на корму.

– Никто не смеет оскорблять тебя, Ингвар. Все знают про твою доблесть, – сказала Хельга.

– Бергтор сейчас раскрыл свою суть. Я давно подозревал, что мысли кузнеца не чисты, – сказал Вегард.