Чтение онлайн

Он воинственно уставился на Сая, но тот лишь пожал плечом, убирая одноименный кинжал в кожаные ножны на поясе. Против убийства цыгу он не возражал.

***

Темниц хватило на всех.

Если быть предельно точным, то хватило первой же каморы. Если бы с самого начала не стали загружать сразу в обе первые по коридору, то вторую даже и открывать не пришлось бы.

Темницы в замке были знатные, целую армию разместить можно со всеми удобствами. А стражников во всем дворце удалось поймать не более трех десятков.

Конан сначала не поверил. Но Квентий клялся всеми богами, что самолично оббегал с Саем и Стексом все этажи и пристройки, побывал во всех караулках — даже тех самых, скрытых от гостей. На последнего цыгу, кстати, они напоролись именно в этой тайной караулке. И туго бы им пришлось, если бы не Сай и его кинжалы. Их у поэта-разбойника насчитывалось более дюжины, и метал он их со скоростью просто бешеной — только потому и справились.

Цыгу стал похож на дамскую подушечку для булавок, но и сам Сай заработал длинный порез на руке. Квентию с силой брошенным металлическим шариком сломало ребро и рассадило бровь. Если у Стекса и прибавилось порезов или ссадин — то по его внешнему виду понять этого бы все равно не удалось.

Стражников действительно больше не было — то ли изначально ушли со своим начальником, то ли впоследствии в город удрали. Дворец вообще словно вымер. Те из слуг, хозяев или гостей, кто по каким-то причинам не смог или не захотел покинуть замок, затаились по своим комнатам, подтащив к дверям все самое тяжелое, что в этих комнатах нашлось. Пытаться разведать обстановку они захотят никак не раньше позднего утра. Если вообще захотят

И прекрасно.

Конан мысленно пообещал Митре роскошную жертву — сразу же, как только в Асгалуне все утрясется и можно будет выкроить два-три поворота клепсидры на поиски жреца, который бы произвел все необходимые ритуалы. Потом, спохватившись, пообещал того же и трем шемским богам, особенно — Иштар. Все-таки находился он сейчас на их землях, а Иштар, мало того что богиня, так ведь еще и женщина, и — Митра, спаси и сохрани! — обидеть ее невниманием было бы неблагоразумно. Обиженная женщина — страшная сила! Особенно если она еще и богиня.

На этом посчитав свои дела с богами временно законченными, Конан занялся делами земными — отослал по паре гвардейцев к каждым воротам с приказом не только запереть понадежнее, но и остаться в карауле до седьмого послеполуночного колокола. Теперь он был уверен, что извне в замок никто не прошмыгнет. Он уже не делал различия между своими драконами и саевскими соколами. Сай вышколил свою шайку на зависть любому регулярному отряду, даром что поэт!

И это хорошо — драконов слишком мало, одним им было бы замок не удержать. А так — вполне может получиться. Колодец во дворе есть, так что на случай осады без воды не останемся. Продовольствия тоже имеется немало, если верить Квентию — а ему в этих делах верить можно, и сам любит вкусно поесть, и гвардейцев своих впроголодь жить не заставит. Так что не слишком долгую осаду замок перенесет без труда.

Но это — в самом крайнем случае, потому что вряд ли шушанский царек решится на откровенную осаду — сейчас, когда все его тщательно продуманные планы рухнули из-за торопливости не слишком умного помощника. Войти в город спасителем несчастных простых асгалунцев от взбесившихся цыгу у него уже не получится — где они, эти цыгу? Ау! А нету их. Бедные асгалунцы сами справились.

Ну, допустим, не совсем сами, а с помощью дряхлого старого короля из далёкой Аквилонии, но это уже так, мелочи, недостойные внимания. Главное, что справились. И спасать их более не требуется.

А без такого прикрытия захват Селигом Асгалуна будет выглядеть в глазах прочих шемских полисов именно тем, чем и является он на самом деле — наглой агрессией Шушана против своего исконного западного соперника. Такого они не потерпят.

Селиг не настолько глуп, чтобы не понимать, что объединенная армия всех шемских полисов легко разметет Шушан по камешку, навсегда решив извечный спор между двумя городами-претендентами в пользу Асгалуна. О Шушане и памяти не останется.

Нет, не станет Селиг сейчас нападать, как бы ему не хотелось — хотя бы вот из-за этого и не станет. И вольные отряды увести постарается. Конечно, зуагирам он не указ, жажда мщения этих дикарей при виде беспомощности исконного врага может и пересилить благоразумие и жажду денег… но сами по себе зуагиры в количестве всего одного или двух десятков не страшны не то что для замка, но даже и для мирных горожан. В Шеме они только называются так– «мирные горожане», а на самом деле любой купеческий сынок обучен не только на счетах цифирки складывать, но и собственный караван в долгой дороге от разбойников защищать.

Нет, без единого руководства и слаженного отряда шушанской гвардии зуагиры не страшны, пусть даже явятся под стены замка в полном составе, и даже если часть подонков из Вольных решит к ним присоединиться.

Выстоим.

Выставив дозорных на башню, Конан выломал двери в чьи-то гостевые покои и велел остальным гвардейцам и разбойникам отдыхать до утра. Сейчас глупо суетиться, а вот с утречка как раз выковырнем Тейвела из его уютной норки и допросим с пристрастием — куда мог мятежный военачальник уволочь дочь аквилонского короля и с какими такими гнусными целями?

Мысли о том, что старшего смотрителя асгалунского замка в замке этом может не оказаться, Конан не допускал. Он отлично знал эту породу. Как все ученые королевские библиотекари-пергаментомараки похожи друг на друга, точно так же похожи друг на друга и все управители королевских замков. Они никогда не бросят вверенное их попечению добро.

Здесь он, голубчик. А, значит, найдем и всю правду из него вытрясем. Если надо будет — за ноги подвесим, а вытрясем. Или даже за что похуже. Вот только станет чуть посветлее, чтобы не путаться в этих коридорах и не хвататься за оружие, на своих же натыкаясь.

Вот как сейчас, например…

***

Они столкнулись на верхней ступеньке лестницы, ведущей к подвальным темницам. Столкнулись довольно жестко — Конан поднимался быстро по уже знакомой лестнице и вперед не глядел, а Закарис спускался по этой же знакомой с детства лестнице, стремительно и неслышно перебирая ногами в мягких кожаных чулках ступеньки, и как раз оглянулся на бегу. Оба были потрясены этой встречей — каждый из них меньше всего ожидал увидеть здесь другого. Но, будучи опытными воинами, оба пришли в себя почти мгновенно. И сразу же вцепились друг другу в глотки, одновременно рявкнув:

— Где мои люди?!

— Где моя дочь?!

Асгалунский военачальник был силен. Давненько Конану не попадалось столь достойного противника. Его не только не удалось повалить и подмять под себя, но даже и просто вытолкнуть с узкой лестничной площадки наверх во двор — и то никак не получалось.

Сопя и рассерженно хэкая, противники топтались в крохотном междудверье, загораживая собою проход. Прибежавшие из подвала на шум стражники пока что ничем Конану помочь не могли — Закариса от них надежно загораживала широкая спина Аквилонского короля. Оставалось ждать, пока услышат те, кто стоял на посту со стороны двора, у ближних ворот. И стараться не дать своему противнику спихнуть себя с узких ступенек вниз. Ступеньки крутые, покатимся ведь, как перегруженная колесница под горку…

Покатимся? Хм… А, Митра нам в помощь, почему бы и нет?

Конан поднапрягся, усиливая нажим. А потом резко присел, одновременно подсекая противнику ноги и придавая некоторое ускорение вверх и вперед.

Уловка сработала. Перепуганные стражники брызнули в стороны, отчаянно пытаясь самостоятельно размазаться по казематным стенам, массивное тело Закариса лишилось опоры и со все возрастающим ускорением устремилось вниз. И все бы прошло хорошо, но тут то ли Митра отвлекся на более важные божественные дела, то ли Иштар проявила вечное женское непостоянство, перенеся свою благосклонность с так и не принесшего ей обещанной жертвы киммерийского варвара на, очевидно, куда более щедрого знатного шемита, и под Конаном подломилась ступенька. Верхняя. Старенькая она была и никак не рассчитывала на то, что на ней станут заниматься вольной борьбой двое настолько крупных мужчин. Так что вниз по лестнице Закарис покатился не один.