Чтение онлайн

Впрочем, чекист и юстициарка этого явно не знали, как и мажата. Заинструктированные насмерть они молча, строем, шагнули за Юхаем, который сто пудов меня про себя материт. Ну а я шагнул в портал перед призраком, который последовал следом за мной. Во что я ввязался?

Окно портала вывело нас явно далеко от Бухары, потому как вокруг горы. Красивые осенние горы, внизу, метрах в трехстах, красивое озерцо.

– Помните про пещеру Сим-Сим? – появившийся снова призрак подошел к высокой скале, и подозвал меня. – Подойдите, Аким Ефимочич. Клянусь своей душой, что не поврежу вам ни, ни вашим спутникам ни действием, ни бездействием, ни мыслью, ни словом, писанным али молвленным. Да будеи мне свидетельницей Пресвятая Дева Мария.

А вот это сильно. Нежить клянется именем величайшей святой, про такое я еще не слышал. Впрочем, хотел бы удить, попытался бы схлопнуть портал, в который мы с дуру влезли. Великие маги, бля. Получим пиздюлей от начальства, и будут правы. А мне и Юхаю влетит от моей мамы и Виктории, и это будет больно. Хотя, мои фамилира ни разу не впечатлены, так что вполне могли и вывернуться. Надо будет втихую расспросить. Стоп, вот как Изенька мои щиты обходит!

– Разрежьте руку, и капните кровью. На этот красный камень. – Из черного базальта торчит кус ярко-красного гранита. Именно на него показывает призрак. Капаю на каменюку кровушкой. Бля, нарушение за нарушением. Будет гигантское опиздюливание.

Короткая привязка, и камень расходится пополам. Внутри вполне себе немаленький грот, явно искусственного происхождения. Мама дорогая, какой хрени тут только нет.

– Так, пожалуйста, давайте займемся описью. – Призрак явно рисуется. Могу его понять, пд конец своего земного пути подвесить такую плюху так нелюбимым им Советам. Это же как ему душу греет?

– Ковры-самолеты, изготовлены в Исфахане, в тысяча девятьсот двадцать восьмом году. Переправлены Энвер-пашой, для борьбы с Советами. Пять штук, поднимают семерых бойцов-пехотинцев, или пулеметный станковый расчет. – Призрак ходит по своей пещере Али-Бабы, и тыкает пальцем в лежащие вокруг сокровища. Ну как, реально сокровища. – Пулеметы Гочкиса, под немецкий патрон. Восемь штук. Винтовки Маузера, двенадцать ящиков. Итого шестьдесят штук. Ящики с патронами сорок штук. Количество патронов просто не знаю, простите великодушно, не интересовался. Так, пистолеты Манлихера, под люгеровский патрон, пять ящиков, итого сто штук. Динамит австрийский, десять ящиков по двадцать килограмм. Так, клинки сабельные, английские, сто штук. Кинжалы кавказские, бакинского производства, тоже сто штук. Пушка горная, трехдюймовка, одна штука. Снарядов шрапнельных в ящиках сто штук. Минометы Сокса. Две штуки, британские, мин к ним двести штук. Бинокли французские, восьмикратные, офицерские, сто штук.

Золото в слитках Императорского монетного двора, по одному пуду, сто слитков. Полуипериалы николаевские, десять тысяч, соверенов разных две тысячи, гиней разных две тысячи, золотых лянов две тысячи. Фунты, франки, динары турецкие и персидские. Сразу скажу – фальшивки. Очень качественные, но фальшивки. Как и советские дензнаки.

Так, а это принадлежит моей семье. Фамильная библиотека, алтарь рода и гобелен рода. Прошу вас, Аким Ефимович. Если сможете, найдите хоть кого-то из нашей ветви Бецких, передайте алтарный камень и гобелен.

Ну, и самое неприятное – призрак подвел нас к небольшому ящику, стоящему одиноко в углу. – Откройте, Ефим.

Внутри стояли четыре белые фаянсовые капсулы, аккуратно помещенные в пробковые защитные короба-контейнеры.

– Это ифриты. Энвер-паша должен был организовать их подрывы в Ташкенте, Асхабаде, Бухаре, Самарканде. И еще такой же ящик уехал куда-то в Россию. Где он сейчас, я не знаю, судя по всему, до сих пор где-то лежит. Кто его увез, я тоже ни малейшего понятия не имею, его забрали нукеры Саиидин-хана, в двадцать девятом году. Как раз перед тем. Как нас всех советы умудрились разгромить и убить.

Да уж, вот это подарок я чекистам сделал. Это же все КГБ на ухи встанет – где-то в стране лежит ящик с четырьмя капсулами со спящими ифритами. Для непосвященных, ифриты это воплощенные злые духи огня. Для них спалить небольшой городок тысяч в десять-двадцать проще простого. Правда, после этого он выдохнется, и его простым столовым ножом ребенок сможет затыкать. А до того это просто охренеть какой сильный противник, противопоставить ему, например, я знаю, что, но у меня прямо сейчас этого нет. У Юхая, уверен, так же.

Дамочка было вскинулась, хотела что-то сказать, но я наложил ей на губы палец, и покачал головой. Призрак, заметив это, усмехнулся.

Над горами уже вовсю темень, яркие звезды и огромная Луна над вершинами. Полночь уже прошла, скоро рассвет.

Пацаны-мажата молодцы, кстати, вовсю строчат эсэмэски, передавая информацию Рашидову. Благо здесь связь есть, похоже, село рядом. Это Нуратинский хребет, километров двести от Бухары, узнал я пару знакомых вершин, тдыхал здесь как-то.

– Как вы думаете, пора нам? – Призрак подплыл ко мне. Теряет силу, ночью ходил по скальному полу, аж шпоры позванивали.

– Да. Вы сможете открыть портал к скифскому кургану в двадцати верстах на северо-запад от Бухары? Он там один такой, недалеко от Деходжи? – судя по всему, обратный портал входил в расчеты Бецкого. Но каков гусь, а? ой как много потеряли мы в Гражданской, просто неимоверно много.

– Да, смогу. Прошу вас, выводите своих товарищей, и запечатывайте пещеру. Теперь она в вашей власти. – Бецкий выплыл на улицу, следом за ним вышли мы все.

Глава двадцать третья.

Волновался ли я, снова шагая в портал? Не знаю. Некогда, вроде все должно быть нормально, и пусть будет что будет.

Но призрак царского подпоручика не подвел, окно портала вывело нас метрах в пятистах от основного места действия. Немалая толпа зрителей, точнее, две толпы, живых и нежити и нечисти.

Рашидов, десяток магов, недовольная Виктория, очень недовольная моя мама, зевающий отец.

Неподалеку легкое марево, сквозь которое проглядывают лица, лица, лица… призраки Бухары, их немало, в этом древнем городе. Более того, наверняка за Бецким уйдет еще несколько, так всегда бывает. Очень часто решение уйти одного служит триггером для остальных.

Отдельно оба моих знакомых дэва, Рашид ад-Дин ибн Ард, и Сауд ад-Ош ибн Ард. Я когда-то давно, еще мелким и глупым, спрашивал у дэвов, почему они считают своим отцом старую городскую крепость. Меня просто потрепали по макушке. Малым был, бестолковым, даже не испугался.

Позади нас курган, старый, оплывший, поросший тополями. Исковерканный старыми следами многочисленных раскопов, люди всегда ищут сокровища в старых могилах. Иногда находят, иногда нет. Иногда находят совсем иное, порой жуткое.

Я стараюсь без надобности не трогать прах времен, хоть и археолог. Лучше по душам поговорить со свидетелями эпох минувших, они, порой, такие разговорчивые, тот хорунжий, в компании которого запер меня Юхай, рассказал мне о периоде в тридцать лет, от молоденького казачонка на поруках у дяди, до полноценного конного рыцаря. Хусарии были очень крутыми, что есть, то есть.