Чтение онлайн

Мне не хочется идти домой, хоть уже и поздно. Я направляюсь на север, в сторону шикарного района, который обнаружила в свой первый день, отправившись в магазин за продуктами. Конечно же, я не встречаю здесь мистера Р, эта маленькая мечта существует только в моем воображении, но я не хочу, чтобы этот приятный полет фантазий заканчивался. Находясь в хорошем расположении духа, я замечаю табличку в окне и, набравшись смелости, подхожу. За окном большая, светлая галерея со светлым деревянным полом, ее белые стены украшены большими картинами современного искусства. Мои глаза сразу замечают это, так как частично моя специальность связана с развитием Экспрессионизма и искусства между Первой и Второй Мировыми войнами. Картины здесь выглядят так, будто они могут непосредственно относиться к той эпохе.

В витрину вставлена белая бумажная табличка, на которой красивым аккуратным подчерком написано: "В галерею временно требуется ассистент с опытом работы. За дополнительной информацией, пожалуйста, обращайтесь."

На мгновение я уставилась на нее, видя собственное бледное отражение в стекле. Я приехала в Лондон с мыслью, что поищу какую-нибудь работу на лето, чтобы не сидеть без дела и, возможно, это бы стало моим первым шагом на новом пути. В конце концов, я не могу всегда работать в кафе в своем родном городе. Множество моих друзей перебираются в Лондон, чтобы начать следующий этап своей жизни после университета. Теперь пришел мой черед посмотреть, смогу ли я найти свое будущее здесь. Я чувствовала, что упустила возможность не планировать все наперед, но может еще не слишком поздно. Лора предложила мне приехать к ней и пожить в Лондоне, разделить расходы за аренду квартиры или дома. Но я не представляла, как буду платить за жилье, не имея работы. В любом случае, я намеревалась остаться с Адамом.

В галерее кипит жизнь, и я мельком замечаю высокого худощавого мужчину с высокими скулами и орлиным носом. Он в темном костюме проходит рядом с письменным столом на полпути вниз по галерее. Заметил ли он меня?

Я решаю уйти и забыть об этом, но что-то останавливает меня. На мне наведено лоску, как никогда. Если я не смогу произвести впечатление на будущего работодателя в таком виде, то не смогу сделать это никогда. Прежде чем сама осознаю, что делаю, я толкаю дверь и уверенно направляюсь к мужчине, стуча высокими каблучками по деревянному полу. Он оборачивается, чтобы взглянуть на меня, и я замечаю, что у него серебристо-седые волосы, коротко подстриженные по бокам и с аккуратной лысиной на макушке. У него полуприкрытые серые глаза, впечатляющий выступающий нос, тонкие губы и рельефный подбородок. На нем очки в золотой оправе, настолько тонкие, что они практически незаметны. У него удивительно изящные руки, и от него веет элегантностью и интеллигентностью.

Он ничего не говорит, когда я подхожу, но его брови приподнимаются в немом вопросе.

– Я увидела Вашу табличку в окне, - говорю я, самым уверенным голосом.
– Вы все еще подыскиваете кого-то? Я подумала, может Вы могли бы рассмотреть мою кандидатуру.

Его брови приподнимаются еще выше, и он быстро пробегает по мне взглядом: по платью, туфлям и макияжу.

– Да, я по-прежнему ищу человека, но сегодня у меня назначено несколько собеседований, и..., – он улыбается дружелюбно, но отстраненно. – Боюсь, мне нужен кто-то с опытом.

Даже не рассмотрев меня, как сотрудника, он сразу же отказывает мне. Возможно, мой внешний вид сработал против меня. Он думает, что я полная дура, слишком заинтересованная в помаде, чтобы знать что-либо об искусстве. Это раздражает меня. Бесспорно, любой современный человек должен знать, что женщину не следует оценивать только по ее внешности? И, в конце концов, сюрпризы бывают в различных вариациях.

Я чувствую, как во мне вновь вспыхивает прежняя уверенность.

– Если Вам необходим опыт работы с людьми, то я много лет работала с клиентами в розничной торговле.

Это не совсем правда – можно ли кафе назвать местом розничной торговли? Но мы и правда продаем кое-какие безделушки, открытки и разношерстную коллекцию старинного фарфора, так что, возможно, это считается. Я продолжаю, не сбиваясь с ритма:

– А если для Вас важно знание предмета, то я закончила факультет Истории Искусств и сосредоточилась на школах начала ХХ-го века, направлениях фовизма и кубизма в период, предшествовавший Первой Мировой Войне, и их переход после окончания войны в различные направления экспрессионизма и модернизм. По представленным тут работам художника я вижу, что Вы тоже заинтересованы этой сферой. Этот художник, безусловно, подвержен влиянию пост-экспрессионизма и блумсберийской группы: я люблю такие простые формы и блеклые тона, простоватость. Полагаю, картина стула и вазы с цветами могут быть оригиналами Дункана Гранта.

Владелец галереи смотрит на меня, улыбка расползается по его тонким губам. В следующее мгновение он начинает смеяться.

– Вы определенно полны энтузиазма, признаю это. Степень по Истории Искусств, да? Хорошая специальность. Присаживайтесь, побеседуем. Могу я предложить Вам чашечку кофе или чая?

– Прекрасно, - улыбаюсь я и присаживаюсь, куда он указал.

С этого момента нам было очень хорошо вместе. С ним легко разговаривать – очаровательный, с прекрасными манерами – и я совершенно не чувствую никакой нервозности из-за собеседования. Это больше похоже на приятное общение с добрым учителем, если не считать, что в нем намного больше стиля, чем в любом учителе из моей старой школы. Он чрезвычайно хорош в выуживании из меня информации, при том, что я совершенно этого не замечала. Я рассказала ему все о своей специальности, университетской жизни, любимых художниках, и почему меня всегда тянуло к искусству, хотя я не умею рисовать и писать картины.

– Мир нуждается в людях, которые любят предметы, также как и в тех, кто их создает, - отмечает он.
– Театр, например, состоит не только из актеров и режиссеров. Помимо них есть агенты, продюсеры, импресарио и финансисты, которые поддерживают его работу. Книги существуют не только потому, что есть писатели, но и благодаря издателям, редакторам и всем людям, которые управляют книжными магазинами из любви к книгам. В искусстве, конечно, то же самое. Вам не обязательно рисовать, как Ренуар, чтобы ценить искусство и работать в деликатном, но очень важном деле продвижения художников и купли-продажи их работ.

Я чувствую восторг от возможности карьеры в мире искусства. Должно быть, он догадывается, что я волнуюсь, поскольку смотрит на меня поверх своих очков в золотой оправе и сурово произносит:

– Но работать во всех этих сферах очень сложно из-за высокой конкуренции. Очень важно сделать первый шаг к достижению цели. Я уже дюжину раз проводил собеседования. Люди знают, что это прекрасная возможность получить опыт.

Скорее всего, я выгляжу смущенной, потому что он улыбается мне и говорит:

– Но Вы мне нравитесь, Бет. Вы, явно, обожаете свой предмет и много знаете о нем. Собственно говоря, я знаком с одним из преподавателей на вашем курсе, он мой старый друг, поэтому я осведомлен, что у вас прекрасные базовые знания по современному искусству. Знаете что, я все же встречусь с парочкой кандидатов сегодня, но однозначно запомню наш разговор. Должен подчеркнуть, это временная работа. Мой помощник неожиданно попал в больницу, и будет отсутствовать несколько недель, но, как только он поправится, он вернется к работе.

Я киваю.

– Понимаю.

Я не скажу ему, что сама нахожусь здесь временно. Я смогу разобраться со всем этим, если получу работу. Пока что это маловероятно.

Он протягивает мне визитную карточку цвета слоновой кости с тиснением, написанную каллиграфическим подчерком. Там написано:

Джеймс Макэндрю

Галерея Райдинг Хаус

Ниже приведены его контактные данные. Я дала ему свой номер мобильного телефона и адрес электронной почты, который он записал у себя в блокноте. Его стиль письма, как и он сам: размеренный, элегантный и немного старомодный.