Чтение онлайн

— Что-то захватило его, — бросаю ему в спину, стоит только мужчине отвернуться. — Но вы не видите, а я вижу! Что-то… пробралось в Халлтора, пока мы спали.

— Очень удобно, тебе не кажется? — ехидно замечает Виго.

Вскочив как ужаленная, я топаю ногой и указываю на связанного волка.

— Удобно или нет, а у него что-то в горле! И если вы этого не видете, то нужен тот, кто видит!

— Тут нужен либо сильный маг, либо награжденный “глазами Инлады”. Я так понимаю — ты из последних. Или у тебя галлюцинации, — добавляет тигр чуть тише. — Даже не знаю, что из этого хуже!

Он оборачивается и смотрит исподлобья, холодно и напряженно.

— Все упирается во время, Нанна.

Смотрю на Халлтора, связанного, скрученного тугими узлами веревок, а глаза у него совершенно черные, непроницаемые, будто залитые тяжелой, смолянистой водой. Волк хрипит и дергается, но пока что путы держат крепко.

Оставлять безумного хищника за спиной — самоубийство.

Возвращаться домой без него — самоубийство вдвойне.

Но дело в том, что это все неважно. Я просто не могу оставить его вот так, не попытавшись помочь! Халлтор бы меня не бросил.

Как я могу поступить иначе?

— У тебя есть маг с… подходящими способностями?

Виго криво усмехается и возвращается к штурвалу, а мне остается только ждать. И молиться Галакто, чтобы все это закончилось побыстрее.

Виго стаскивает волка в каюту и запирает дверь на замок, а мне остается только ежиться под пристальным взглядом тигра и прислушиваться к звукам за перегородкой, где Халлтор явно пытается выбраться из пут.

Он бьется глухо об доски пола и стены, так отчаянно подвывает, что сердце в груди готово разорваться на части, а в голове лихорадочно пульсирует лишь одна мысль: нужно что-то делать. Нужно что-то делать немедленно!

Виго разворачивает корабль, и через час я уже вижу высокие стены города, прижавшегося к массивной песчано-золотистой скале, вросшего в нее каменной кладкой домов и песочными крышами.

Город поднимается вверх ярусами, обвивает острые камни лентами узких улиц, а воздух вокруг него колеблется, превращая в мираж, который может растаять от любого неосторожного движения, размазаться, как густая краска по холсту. Я еще не чувствую запахов людского скопления, вообще ничего не чувствую, кроме раскаленного жара, от которого приходится прятаться в любой тени, а Виго и Мерай встречают огненное дыхание пустыни с распростертыми объятиями — открытые, загорелые, бесстрашные и сильные. Их тела не боятся прикосновения злого, кусачего солнца.

Каждые несколько минут подхожу к запертой двери, чтобы проверить, что творится в каюте. Прислушиваюсь, вжимаюсь в дерево, только бы понять — дышит ли еще волк, жив ли он. На глаза наворачиваются злые слезы от одной только мысли, что эти черные твари пришли за мной, а удар принял Халлтор.

— Дверь тут крепкая. — Резко оборачиваюсь и сталкиваюсь нос к носу с тигром. Он рассматривает меня из-под полуопущенных ресниц, а в янтарной глубине застыло что-то темное, точно туча набежала на бархан. — Но если он ее выломает, то ты и пикнуть не успеешь.

— Я хотела убедиться, что… — замолкаю, потому что слишком уж тяжелый взгляд у Виго. Слишком пронзительный, слишком подозрительный, и любое слово мужчина расценит как оправдание или попытку скрыть вину. — Что он жив.

— Халлтора так просто не извести, — Виго будто чуть размякает, совсем немного, почти незаметно, но я замечаю, как смягчается линия широких плеч, как исчезает упрямая складка между бровей, а уголки рта приподнимаются — но все еще не настолько, чтобы назвать это улыбкой.

Упрямый раскаленный ветер пустыни. Вот какой он есть. Встанешь на пути — и тебя снесет порывом и больно изрежет тело и душу острым песком. Но ветер приносит перемены. И иногда он стихает, позволяя тебе увидеть мир вокруг не за пеленой непогоды, а таким, какой он есть.

— Идем на палубу, Нанна, — Виго обходит меня и становится за спиной. — Не стой так близко к двери — твой запах только будоражит зверя.

Ненавязчивое прикосновение к плечу — и тигр тянет меня прочь от запертой каюты, а я успеваю только пробормотать жалкое:

— Я не знала…

Когда мы возвращаемся на палубу, я вижу, что Мерай лихо управляется со штурвалом и вот-вот мы причалим к небольшому деревянному пирсу, выступающему прямо в песчаное бесконечное море, а возле него уже стоят несколько кораблей. Конечно, все они и на каплю не такие яркие, как парусник Виго.

Мужчина упирается спиной в перила и скрещивает руки на груди. Здесь, при солнечном свете, он уже не кажется одной большой тучей гнева.

— Зверь в нас чутко реагирует на все, что делает его… пара, — последнее слово он произносит с таким выражением лица, будто под нос ему сунули пучок перечной мяты. — Не забывай об этом.

— Решил прочитать мне лекцию “Из жизни оборотней”? — мой кислый смешок остается без ответа. Виго, кажется, его даже не слышит, а только хмурится снова и недовольно закатывает глаза, возвращаясь к своему излюбленному виду недовольного раздражения.

— Дело в том, Нанна, что теперь жизнь моего брата ему не принадлежит. Теперь есть только “ан-сэй”, союз двоих. И твое волнение и караул у каюты вредят ему. Чем бы Халлтор не был одурманен, он впитывает все, что ты чувствуешь, как губка, переживает это вместе с тобой. Поэтому лучше стой в стороне до тех пор, пока он не придет в себя.

Наставительный, высокомерный тон сердит меня так сильно, что волосы на голове становятся дыбом.

— Если бы вы, оборотни, хотя бы утруждали себя хоть какими-то обьяснениями, то мне не нужны были бы лекции! — бросаю зло и сама не понимаю, почему так горько от его слов. Ведь я и правда не знала, не желала волку такой судьбы. Не хотела отнимать чужую свободу воли и выбора.

— Тут дело такое, — тигр кивает и о чем-то крепко задумывается, — тяжело нам наладить общение с человеком, когда уже и не надеялся его найти. Мы перед зеркалом такие встречи не репетируем. Так что прими мои слова как… дружеский совет. Раз уж братец не счел нужным сказать тебе об этом сразу, то мне придется это исправить.

— Ты совсем недавно был готов выбросить меня за борт!

Тигр криво усмехается, а у меня колени дрожат от одного только вида острых клыков, и рука невольно тянется к горлу.

— И я сделаю это, если хоть одна из моих догадок подтвердится, — говорит он, сверкая янтарными глазами. — Только дай мне повод.

— Все-таки не зря говорят, что коты — существа злобные. Твоей женщине придется очень нелегко.

Эти слова что-то сильно задевают в Виго. Так сильно, что он отталкивается от перил и нависает надо мной массивной скалой, будто готов в любой момент броситься вперед и сомкнуть зубы на моей шее.