Чтение онлайн

— Ведите себя прилично, — пробормотал я себе под нос, — не хочу, чтобы вы двое спугнули его прежде, чем я до него доберусь.

Хейло, очевидно выпивший сегодня лишнего, начал смеяться и радостно воскликнул:

— О, господи! Ты и Леви?

Не то, чтобы я хотел, чтобы кто-то знал о моих делах, но алкоголь подействовал не только на Хейло, но и на меня. Я чувствовал себя прямо сейчас чертовски круто — и более чем готовым к определенным действиям.

Я подмигнул Хейло.

— Если мне повезет. А теперь, вы оба, убирайтесь отсюда!

Вайпер, который явно веселился, спросил:

— Мне стоит говорить: «Постарайся не облажаться?»

— Стоит, — ответил я, отталкиваясь от стены и глядя на него и Хейло, которому было явно не до разговоров, — но ты получишь тот же самый ответ, что дал мне.

Когда Вайпер поднял бровь, я пожал плечами.

— Это не твое чертово дело.

Вайпер поднял руки и попятился назад, а Хейло широко мне улыбнулся и произнес:

— Удачи!

А потом Вайпер с Хейло ушли, и спасибо за это. Я знал: если эти двое будут ошиваться здесь, на случай каких-либо проблем Леви будет следить за ними одним глазом. Но если будут вне поля зрения, возможно, он, наконец, сделает шаг навстречу. Или будет готов к моему.

Я проложил путь сквозь толпу, не сводя глаз с Леви. Он не видел, как я направился в его сторону. Стоя ко мне спиной, он наклонился к явно заинтересованному парню, смеющемуся над какой-то его шуткой.

При этом движении я почувствовал странную вспышку ревности и, приблизившись, встал между ними, оборвав их связь. Улыбка, которой я одарил при этом Леви, была полна уверенности, которую я обычно до такой степени не чувствовал — спасибо, текила! — и его озадаченный взгляд, брошенный на меня, говорил об этом.

— Не возражаешь, если я тебя украду? — спросил я и, едва повернув голову к как-там-его-зовут, добавил:

— Дела группы.

Когда Леви быстро извинился, я мысленно себе поаплодировал. Шаг первый выполнен.

— Что-то не так? — спросил он, не отставая от меня, пока я удалялся от вечеринки к скоплению уединенных беседок вдоль бассейна. Это место в столь поздний час было закрыто для гостей, но, когда мы подошли, один из охранников без единого слова опустил веревку.

— Я видел, что Вайпер и Хейло разговаривали с тобой. Что-то случилось?

Я не ответил, так как для полного уединения выбирал одну из беседок со входом в сторону противоположную вечеринке. Зайдя, устроился поудобнее на большом круглом лежаке.

— Киллиан? Что происходит? — Леви нахмурился, глядя на меня сверху вниз. Лунный свет освещал его сзади, и он будто стоял в луче прожектора. Я может и пьян, но не слеп — Леви Уолкер был чертовски сексуален.

Я похлопал по подушке рядом с собой.

— Иди сюда, и я расскажу тебе.

Леви настороженно посмотрел на меня, но все же опустился рядом. Между нами всегда были чисто профессиональные отношения, так что у него не было причин думать, что я сейчас сделаю что-то неподобающее, несмотря на взгляды, которыми мы одарили друг друга. И все же я заметил, как напряженно он сел, выпрямив спину и устремив взгляд прямо перед собой.

— О чем ты хотел со мной поговорить? — спросил он.

В словах Леви прозвучала некоторая настороженность, так что вместо того, чтобы перейти прямо к делу, я решил его успокоить. Да, отличный план…

— Сегодня все прошло отлично, ты так не думаешь?

Брови Леви слегка приподнялись, как будто он не ожидал, что я скажу это. И не верил, что именно к этому я вел. И снова он тщательно обдумал свои слова, прежде чем ответить:

— Вы, парни, первый концерт отыграли просто превосходно.

— Спасибо. — Я лег на бок, подпер голову локтем и пальцем начал водить по узорам на подушке. Я знал, что от этого движения моя рубашка задралась достаточно, чтобы Леви видел, как низко сидят мои джинсы на бедрах. Я заметил, как он взглядом пробежался по моей обнаженной коже, а потом сглотнул и быстро отвернулся.

Ах. Значит, Леви не был совсем безразличен ко мне, не так ли?

— Ты видел? — спросил я. Пусть он думает, что я имел в виду концерт, когда на самом деле имел в виду себя.

Леви продолжал смотреть прямо перед собой.

— Это моя работа, Киллиан. Вы, парни, платите мне, чтобы я смотрел за вами.

Оттолкнувшись, я снова сел и придвинулся ближе.

— Но ты наслаждался этим? Наблюдением?

— Я бы не взялся за эту работу, если бы не был фанатом группы.

Его челюсти были сжаты, все тело напряжено, как будто он сдерживал себя, и именно эта борьба, которую я чувствовал в нем, заставила меня улыбнуться.

— Если тебе так нравится смотреть на нас, то почему ты не смотришь на меня?

Дыхание Леви участилось, но он ничего не ответил, и я рискнул. Положил руку ему на бедро, обтянутое грубоватой тканью белых брюк. Его глаза тут же взметнулись на меня и были так близко, что я мог видеть золотые искорки в них.

— Что ты делаешь? — спросил он, и в его голосе зазвенели стальные нотки.

Леви не оттолкнул мою руку, я медленно переместил ее выше по его бедру и наклонился ближе. Я практически почувствовал на языке цитрусовый привкус его дыхания от выпитого им сегодня вечером.

— Я видел, как ты смотришь на меня. И я знаю, ты заметил, как я тебя разглядывал…

— Как я и сказал. Это моя работа. — Слова Леви говорили об одном, но язык тела намекал на другое.

Я придвинулся ближе и слегка наклонил голову. Взгляд Леви опустился к моему рту, и этого было достаточно, чтобы мой самоконтроль рухнул.

Мое сердце не успело сделать и одного удара, а губы уже накрыли его рот, но, когда Леви замер, я на мгновение запаниковал. Я зашел слишком далеко? Неужели я совершенно неверно истолковал его сигналы?

Боясь отодвинуться и просрать свой шанс, но и не желая толкать Уолкера дальше, если он этого не хочет, я слегка коснулся губами его губ и поднял руку, чтобы погладить его шею. Мое прикосновение заставило Леви задрожать. Он зажмурил глаза и судорожно выдохнул.

«Сдайся, — молил про себя я, — сдайся мне…»

Мне кажется, я перестал дышать, ожидая его реакции — встретит ли он меня на полпути. Но когда Леви выругался, я получил свой ответ.

С голодом, который, как мне казалось, испытывал только я, Леви потянулся ко мне. Его рот, наконец, раскрылся под моими губами, давая доступ, которого я так отчаянно жаждал. Его губы были мягкими и теплыми и идеально подходили к моим. И когда я погрузил свой язык в его рот, начиная двигаться в унисон, услышал свой стон.