Страсти у вулкана
Шрифт:
— Большое спасибо, — с восторгом сказала Даниэль.
Марк Роснан внимательно посмотрел на нее.
— Так неожиданно все случилось, — сказала Даниэль, оглядывая свой почтовый ящик.
Она заложила свои кудрявые волосы за уши и куталась в теплую кофту. В такую рань, оказывается, еще прохладно.
— О чем ты хотела поговорить? — серьезно спросил Марк Роснан.
— Обо всем, — тут же сказала Даниэль.
Марк Роснан улыбнулся.
А потом он вытащил из пачки сигарету и сел на скамейку. Даниэль села рядом.
— Спрашивай, — сказал Марк Роснан.
— Люди меняются? — спросила Даниэль.
— Люди всю свою жизнь меняются, — сказал Марк Роснан.
— Постоянно? — удивилась Даниэль.
— Постоянно, — подтвердил Марк Роснан.
— А идеалы рушатся?
— Рушатся. На то они и идеалы.
— Значит, идеалов не бывает, — сделала вывод Даниэль.
— Бывают, — сказал Марк Роснан, — но они тоже непременно меняются, а потому и рушатся.
Даниэль задумалась.
— Значит, ничего вечного в этой жизни не бывает? — сказала она.
— Но почему же, — совершенно серьезно сказал Марк Роснан, — вот жизнь, например, вечна.
— Ну-у, — протянула Даниэль, — это же еще совершенно неизвестно.
— Почему же, известно.
— И где доказательства?
— Мы с тобой и есть доказательства.
— Это как?
— А ты только представь, что тебя никогда не было и больше никогда не будет. И все это обойдется и без тебя.
Даниэль внимательно посмотрела вокруг и тоже внутренне согласилась, что, мол, да, это трудно будет себе представить.
— Доказательства на уровне чувств? — сказала Даниэль.
— Но мы же всегда чувствуем то, что с нами когда-нибудь произойдет. А потом это с нами и правда происходит.
Даниэль подумала.
— Не всегда.
— Почему же, — сказал Марк Роснан, — всегда.
Даниэль заинтересованно посмотрела на него.
— Просто нужно правильно распознать свои чувства, — сказал Марк Роснан.
— Но от нас все равно ничего не зависит, — сказала Даниэль.
— А от кого же все зависит?
— От кого угодно, только не от нас.
— Наша жизнь зависит только от нас, — совершенно серьезно сказал Марк Роснан.
— У вас все просто. У вас на любой вопрос всегда найдется ответ.
— Что ты, не всегда. Я такой же человек, как все, и я так же, как все, ошибаюсь и не всегда уверен в своих силах и возможностях.
— Рассказывать окружающим, как нужно жить, гораздо легче, чем жить самому, — сказала Даниэль.
Марк Роснан внимательно посмотрел на нее.
— Все верно. Но никто тебе и не говорил, что жить — легко.
— Да, — сказала Даниэль, — но ведь это подразумевалось с самого начала.
— Согласен. Реальная жизнь несколько отличается от наших представлений о ней.
Даниэль кивнула.
— Реальная жизнь — это совсем не то, о чем пишут в книгах и о чем пишете вы. Это все равно как говорить о том, что не в деньгах счастье, могут позволить себе только богатые люди. И о том, что не в красоте счастье, могут говорить красивые люди. Вы представьте, что в этом уверяет вас какая-нибудь ужасно некрасивая тетя.
Марк Роснан рассмеялся.
— Когда ты состаришься, — сказал он, — никто не будет любить тебя за то, что ты такая старая и некрасивая.
Даниэль внимательно посмотрела на него.
— Тебя будут любить за то, что ты есть, — сказал Марк Роснан.
Город потихоньку просыпался. И мимо Марка Роснана и Даниэль неторопливо проходили первые утренние любопытные пешеходы и не спеша проезжали автомобили. И всем им было очень интересно, о чем известный не только в этом городе писатель разговаривает в такое раннее утро с приехавшей сюда совсем недавно юной школьницей.
— О чем еще ты хотела спросить? — сказал Марк Роснан.
— Что такое одиночество?
— Для кого как.
— И для кого как?
— Для одних — это благо. А для других — нет.
— А что такое одиночество для вас?
— Для меня одиночество — это жизнь.
— А для меня?
— У тебя все впереди.
Даниэль подумала и спросила:
— А любовь всегда бывает?
— Жизнь духовна. А потому любовь обязательно всегда будет в этой жизни.
— Некоторые люди считают, что миф о второй половинке это всего лишь миф, и совершенно необязательно искать свою половинку в жизни.
— Да, точно этого никто не знает.
— А как же тогда жить?
— Каждый живет так, как считает нужным, естественным и приемлемым для себя.
— А вдруг я буду жить неправильно?
— Не бойся, этого не случится.
— Почему?
— Ты всегда почувствуешь, как именно нужно жить.
— А вдруг я этого не почувствую?
Марк Роснан улыбнулся.
— Ну хорошо, — сказал он, — я прослежу, чтобы у тебя в жизни все было так, как надо.
И Даниэль больше ничего не смогла сказать Марку Роснану. Она просто посмотрела на него с тихим восторгом и тоже улыбнулась.
— Еще есть вопросы? — спросил Марк Роснан.
— Вопросы есть всегда, — сказала Даниэль.
— Я слушаю.
— А вы на все ответите?
— Да.
— Взрослые всё знают?
— Не всё. Но они говорят обо всем с такой уверенностью, что создается впечатление, что они действительно знают всё.
Даниэль улыбнулась.
— И всему надо верить? — спросила она.
— Нет, не всему. Эти люди постоянно о чем-то говорят, но не всегда за их словами стоит правда.
— А если я не успею сейчас обо всем спросить?
— Ну что ж, — сказал Марк Роснан, — давай остальное отложим на потом.
Марк Роснан улыбнулся Даниэль, а Даниэль улыбнулась Марку Роснану.
— Хорошо, — сказала Даниэль, — остальное отложим на потом.
Марк Роснан кивнул Даниэль и пошел к своему дому. Он так и не закурил. Он при детях не курил.