Чтение онлайн

Только тут до удивленной Хеленки дошло, что мадьярка обращается к ней. Молча, она подошла к пани и поклонилась. Но что-то той в её смирении все-таки не понравилось, потому что Мария быстро и с душой дала ей несколько таких хлестких пощечин, что у Хеленки даже слезы повисли на ресницах.

– Знай свое место, холопка,- прошипела пани, с силой толкая её на пол к ногам, где портниха подшивала трен бархатного платья.

В комнате воцарилась напряженная недобрая тишина.

Пани Мария даже толком не поняла, что произошло, и когда и кто так быстро умудрился сообщить обо всем Збирайде, но только через несколько минут барон был уже в горнице. Обведя всех находящихся в комнате тяжелым взглядом, он остановил его на стоящей на коленях Хеленке, и что-то такое сверкнуло в его взоре, что дворню как ветром сдуло из комнаты. Следом, что-то почувствовав, моментально испарились портнихи.

Недоумевающая пани Мария растерянно оглянулась, она никак не могла понять, что творится вокруг неё, а когда подняла глаза на приближающегося к ней барона, то крик ужаса замер у неё в груди. Она не узнала в этом разъяренном мужчине всегда любезного и обходительного пана Ирджиха.

– Ах ты, мадьярская шлюха,- прохрипел он, сжимая руки на её горле,- да как ты посмела хотя бы пальцем дотронуться до моей Хеленки!

– Ирджичек, не надо!
– в ужасе закричала экономка, в первый раз за их совместную жизнь забыв о дистанции между ними.

Хеленка кинулась к барону и попыталась оторвать его руки от уже посиневшей пани Марии. Тот раздраженно откинул её от себя с такой силой, что она упала на пол, но руки все-таки разжал. Но не успели женщины и оцепеневшая от страха Стефка перевести дыхание, как барон схватился за откуда-то взявшийся в его руках хлыст.

– Я покажу тебе, потаскуха, как угрожать моим людям розгами!
– взревел он, набросившись на побледневшую от ужаса женщину, особо даже не заботясь, куда попадет.

Пани Мария закричала от боли и страха. Тут опять к пану бросилась Хеленка, и вновь он досадливо отбросил её прочь, но на помощь мачехе пришла Стефания.

– Крестный,- закричала она, бросаясь между ними,- вы же убьете несчастную!

Вид испуганной дочери охладил расходившегося от бешенства барона. Тяжело дыша, он отбросил хлыст и отрывисто приказал Стефке и Хеленке.

– Оставьте нас наедине! Быстро! Не трону я её больше!

– Вот что, дорогая,- уже мирно сказал он пани Марии,- если я еще хотя бы раз услышу, что вы здесь корчите хозяйку, то прикажу вас отправить в Черный лес, а вам на смену вызову пани Анельку. Пусть она и старая, но внучку на балы сопровождать сможет, и её одеть мне встанет значительно дешевле, чем вас! Что же касается моих людей, только посмейте на них повысить голос, и увидите, что потом будет! Запомните, вы здесь никто!

Пани Мария к Збирайде всегда относилась хорошо, даже больше, чем хорошо. Но она была дамой знатного происхождения, пусть и волей случая оказавшейся в незавидном положении, поэтому навсегда затаила жгучую ненависть за унижение, которому он подверг её из-за какой-то холопки. В представлении людей их круга подобное поведение можно было смыть только кровью. Но кто бы пролил эту кровь, если у пани Марии не было ни братьев, ни отца? Оставалось только терпеть и строить планы мщения. Збирайда прекрасно понимал чувства пани Марии, но относился к ней с таким презрением, что даже скрывать этого не пожелал.

– Пусть засунет свой венгерский гонор подальше,- заявил барон Хеленке,- со мной этот номер не пройдет! Подумай, душа моя, она осмелилась тебя ударить! Если пани ещё раз что ни будь подобное вытворит, я убью её и этим решу все наши проблемы, взяв девочек под опеку.

– Это страшный грех, мой господин,- возразила Хеленка, успокаивающе поглаживая его плечо.

– Мой господин,- насмешливо передразнил её тот,- а как ты сегодня на людях назвала меня Ирджичек?!

– Я не знаю, как у меня это вырвалось,- расстроилась и смутилась женщина,- наверное, от страха и волнения!

– Ладно, милая, не переживай, Ирджичек так Ирджичек, я разрешаю тебе иногда меня так называть, но только наедине, разумеется!- улыбнулся в ответ барон.

Представление ко двору Стефании произошло накануне сочельника.

Маркграфиня с сыном и своими придворными дамами была при дворе венгерского короля и только вернулась домой после долгой отлучки. Прибыл вместе с ней, так же старший сын и наследник принц Генрих.

Это был молодой человек двадцати трех лет с приятным лицом, каштановыми кудрями и орлиным профилем всех Люксембургов. Его свиту составляли молодые шляхтичи из самых знатных моравских родов, но он подчеркнуто предпочитал общество маркграфини, потому что всегда был более близок с матерью, чем с отцом. Они обожали болтать друг с другом, перебрасываясь шутками и остротами.

Сейчас сын и мать сидели рядом, занимаясь собаками и толкуя о перспективах охоты. Несколько дней бушевала вьюга, и заниматься любимым развлечением не представлялось возможным. Придворные дамы маркграфини и молодые дворяне из свиты наследника между тем активно флиртовали и состязались в острословии. Это не лишенное приятности времяпровождение было неожиданно нарушено распорядителем маркграфа советником Бургардтом. Тот вошел в женскую половину вместе с двумя дамами и пожилым красивым мужчиной. Барона Збирайду присутствующие прекрасно знали, а вот дамы вызвали определенный интерес.

– Пани Лукаши из Черного леса с падчерицей пани Стефанией,- представил дам Бургард.

Маркграфиня милостиво кивнула головой, приветствуя двух деревенских простушек - наличие советника при представлении говорило, что муж особо был заинтересован в этих людях.

– Я рада видеть при своем дворе таких красавиц,- снисходительно улыбнулась государыня,- но почему при дамах оказались вы, барон?- обратилась она уже к пану Ирджиху,- это ваши родственницы?

– Это мои соседки по поместью, ваша светлость,- учтиво поклонился барон,- пан Януш Лукаши давно умер, а так как пани Стефания моя крестная дочь, то долг рыцаря повелел мне помогать беспомощным женщинам в их желании выразить вам свое нижайшее почтение и восхищение вашей неувядающей красотой!

Маркграфиня с усмешкой покосилась на сына, приглашая того посмеяться над этим льстецом и с удивлением обнаружила, что Генрих, не отрывая глаз, смотрит на вновь представленных дам. Тогда уже и мать более внимательно присмотрелась к пани. Мачеха была хороша собой, спору не было, но вот падчерица! Давно, немало повидавшая маркграфиня не видела такой красавицы. Нежное с совершенными чертами лицо поражало фарфоровой изысканностью черт, темно-синие бархатистые глаза, волосы темного золота, изящная, еще до конца не сформировавшаяся фигурка. Немудрено, что сын так загляделся!

– Ваша крестница настоящий ангел,- милостиво похвалила она девушку,- подойди ко мне, дитя мое!

Смущенная Стефка робко приблизилась к нарядной строгой даме с темными насмешливыми глазами. Её до слез смущал пристальный, странный взгляд сидящего рядом с маркграфиней молодого мужчины.

– Ты любишь танцевать, милая?

– Да!
– чуть слышно ответила девушка.

– Тогда я приглашаю и тебя, и твою матушку на рождественский бал!

Стефка вспыхнула от радости и удовольствия, подняв на добрую госпожу засиявшие глаза.