ЖАНРЫ

Страстные сказки средневековья Книга 2.
Шрифт:

– Король очень легкомыслен в вопросах брака, - честно поделился сомнениями граф,- его женитьба на Елизавете Вудвилл не была образцом государственной мудрости, как вы понимаете. Но это мелочи, если бы он ранее не дал слово леди Элеоноре Батлер. В Англии, где огромную роль играет парламент, который обожает ставить королей на место, это может плохо кончиться для наследников Эдуарда. При известной ловкости его же собственные братья смогут объявить сыновей незаконнорожденными, а это чревато новой гражданской войной теперь уже между Йорками. И, как знать, не победят ли вновь Ланкастеры?

Король мрачно фыркнул.

– Почему так всегда?- задумчиво пробормотал он.
– После сильного короля приходят слабые драчливые наследники и разрушают в мановение ока все, что с таким трудом было создано предшественниками? Что в Англии, что во Франции - везде одинаково!

Для дона Мигеля как раз ответ был ясен.

– Такова воля Бога, ваше величество!

Собеседники немного помолчали. Король вновь нагнулся к борзой, почесав её за ушами. Умный пес преданно смотрел на хозяина, болтая прутом хвоста.

– Никого на свете нет преданнее собак!
– заметил Людовик.

– Это потому, что они зависят только от своего хозяина,- тонко улыбнулся граф,- нет ничего проще службы одному сеньору.

Людовик внезапно сухо улыбнулся, искоса глянув на собеседника.

– Не могли бы вы удовлетворить моё любопытство в одном весьма щекотливом вопросе?

– Всё, что угодно вашему Величеству!
– любезно склонил голову дон Мигель, напряженно гадая, что от него сейчас потребуют.

– Вы допрашивали многих еретиков, среди них бывали алхимики?

– О, сколько угодно,- пренебрежительно пожал плечами де Ла Верда,- эти помешанные настолько поглощены своими вздорными идеями, что зачастую прямиком попадают в руки Дьявола. Плоды дерева познания зачастую отравлены!

Людовик вроде бы согласно кивнул головой, но, прикусив губу, начал нервно барабанить пальцами о подлокотники высокого кресла.

– А признавался ли, кто-нибудь из них, что пытался создать философский камень?

Дон Мигель едва удержался от снисходительной улыбки - надо же, он считал Людовика гораздо умнее! Но надо было отвечать...

– О, ваше величество, каждый второй, если не чаще! И все хотят обогатиться и делать золото из мусора.

– В ваших словах мне слышится ирония?
– нахмурился монарх.

– Мне жаль, если у вашего величества сложилось такое впечатление! Я, как никогда серьезен. Золото - вещь по-своему очень хорошая и для правителей необходимая,- терпеливо пояснил ему граф,- но представьте на мгновение, что будет с вашей казной, если его начнут делать все, кому не лень даже из булыжников под ногами?

– Вы как-то странно смотрите на мечту алхимиков всех времен и народов,- сухо заметил венценосный собеседник, задетый его пренебрежительным отношением к столь серьезной теме.

– Я просто верю в разумность Божьего промысла, который счел нужным позволять добывать этот благородный металл небольшими дозами. Иначе, чтобы стало с деньгами и казной всех христианских стран?

– Но ведь у философского камня есть ещё одно свойство, с его помощью можно делать эликсир жизни!

Ах, вон оно что! Брови де ла Верды надменно взмыли вверх.

– Вы хотите жить вечно, ваше величество?

– А вы нет?

– Зачем?
– искренне удивился граф.
– Что настолько хорошего в этой жизни, что надо за неё так цепляться? Болезни, изнурительная забота о подвластных людях и борьба с собственными грехами! Есть, конечно, и удовольствия, но за них приходится очень дорого платить. Нет, наша земная жизнь - всего лишь миг, и чем раньше Господь призовет нас к себе, тем счастливее мы будем!

– У вас образ мыслей монаха!

– А я и готовился к принятию сана, когда умер мой старший брат, сир!

– А вот я думаю совсем о другом,- доверительно признался король,- я так много работаю, не думая о себе, не сплю ночами, заботясь о благе Франции. Много уже сделано и многое ещё предстоит сделать, и что же? Придут наследники и сделают из моей страны то, что сделали английские короли из своего королевства. Все разорят, разрушат, выпустят вассалов из рук.

– Вашему сыну всего три года, неужели есть основания считать его плохим наследником?

– В том-то и дело, что он очень мал. Одна гадалка предсказала, что на моем сыне закончится моя династия.

– Зря вы слушаете всяких заблудших, ваше величество,- укоризненно покачал головой дон Мигель,- все эти предсказатели, гадалки и прочие шарлатаны так и просятся на плаху. Внимать им не следует! Это либо наглые мошенники, либо люди, одержимые Сатаной, а какой добрый совет правителю государства может дать нечистый?

Странным и непонятным был этот разговор! Впервые язвительный и циничный король открылся графу с иной стороны, и дон Мигель увидел тоску и тревогу, обуревавшие этого незаурядного правителя. Удивляло, что именно он был почтен таким доверием самого недоверчивого человека за всю историю Франции.

– Как, по-вашему, существует ли секрет вечной жизни? Что на эту тему говорят ваши подопечные?- тихо спросил Людовик, откинувшись на неудобном кресле.

Де Ла Верда решительно разбил иллюзии своего собеседника:

– О, когда перед их носом щелкает пыточным инструментом палач, они очень разговорчивы, но я бы не особенно им верил. Вот, например, один из рецептов! Хотите получить дар ясновидения? Поймайте сорок черных кошек, живьем сожгите их на медленном огне, а потом из их останков сварите бульон и съешьте лопаточную часть,- хмуро усмехнулся он.

Людовик по-прежнему наблюдал за ним с каменным лицом, и граф, тяжело вздохнув, устало пояснил:

– Чем обедать таким блюдом, я бы предпочел оставаться в неведении относительно будущего. А вот другой способ - чтобы сохранить красоту и молодость, нужно купаться в крови, мучительно убиваемых девственниц.

Граф брезгливо поморщился, осторожно покосившись на внимательно слушающего его доклад короля. Уж не собирался ли Людовик сам заняться подобной мерзостью? Кто знает, что скрывается в этой хитроумной, не обремененной излишней нравственностью голове?

Поделиться с друзьями: