Чтение онлайн

Но если, кроме иудеев и римлян, существуют еще Третий и Четвертый Участники произошедшего Распятия, а именно Иисус и бог-отец? Действительно ли они были лишь безропотной жертвой либо иудеев, либо римлян, либо всего человечества? Было ли распятие Иисуса, «влиятельнейшего вождя мировой истории» (норвежский парламентарий Ларе Ризе (Riese): Kirchen-Bote. Базель, № 4, апрель 1998, с. 4) на самом деле «самым ужасным поражением и крайним самоунижением бога» (Уве Юстус Венцель (Wenzel). «Поражение бога»: Новая цюрихская газета, 29–30.03.1997, с. 65)? Был ли Иисус именно в ходе распятия на самом деле «бессильным царем», чья сила исключительно «покоилась на силе его любви» ([издающаяся с 1859 г. местная газета швейцарского городка Айнзидельн (Einsiedeln), кантон Санкт-Галлен] Einsiedler Anzeiger, 6.01.1998, с. 2)? Или же есть еще пятое действующее лицо? На это указывает высказывание о том, что якобы дьявол привел Иисуса «через иудеев на крест» (Раймунд Швагер (Schwager). Чудесный подлог: касательно истории и толкования учения о спасении («Der wunderbare Tausch: zur Geschichte und Deutung der Erl"osungslehre»). Мюнхен, 1986, с. 34). Хотя сатана в Евангелиях и упоминается как водитель Иуды [Лк 22:3, Инн 13:2], более в новозаветных текстах о нем не слышно. Все происходящее, таким образом, сосредоточивается на четырех действующих лицах — «иудеях», «римлянах», «Иисусе» и «боге-отце». Следует поближе, сквозь призму стратагем, присмотреться к разыгрываемому этими четырьмя актерами представлению: «…Бог хочет смерти человеку, а именно смерти Иисуса на кресте, дабы этой смертью мир обрел искупление (Vers"ohnung). Искупление смертью, возжеланной богом смертью?» (Мартин Кунц (Cunz), там же). Такое же направление мысли должен придать обозначенный вначале стратагемный разбор повествования о ходе распятия. Далее я буду опираться на издание Библии, которым пользовался во время учебы в монастырской школе Айнзидельна (П. Иоганнес Перк (Perk), перевод и разъяснения: Новый Завет, Айнзидельн — Кёльн 1946 [на рус. яз. дается Синодальный перевод Библии]). Если рассматривать описание распятия в Евангелиях с точки зрения стратагемы цепи, мы приходим к присутствующему изначально в тексте оправданию как римлян, так и иудеев, а тем паче китайцев или же всего человечества. И единственно повинными в смерти Иисуса со всей очевидностью предстают сам Иисус и, соответственно, бог-отец. Они, как показывает проведенный стратагемный анализ, использовали невинных и наивных людей. Не оказались ли все они, будь то римляне, иудеи либо китайцы, жертвой божественной стратагемы 3 «чужим ножом убить человека», сцепленной с многочисленными вспомогательными стратагемами? Вспомним, что говорится в Коране: «Бог самый искусный из хитрецов», ([сура 3 «Семейство Имрана», аят 47 (54): «ва-ллаху хайру-л-макирине». Пер. Г. Саблукова, 1907], «Dieu est le meilleur des ruses»: Шейх Сы Хамза Бубакер (Si Hamza Boubakeur). Коран. Париж, 1985, с. 212 и след., см. также с. 598; Коран. Пер. на нем. Макса Хеннинга (Henning). Штутгарт, I960, сура 3, аят 47). Правда, согласно Корану, хитрость бога состоит в использовании стратагемы 11, так что Иисус сам избегает смерти [сура 4 Женщины, аят 156 (157)] (указ. соч., с. 598). Поведение Иисуса отчасти напоминает поведение Сократа (ок. 470–399), который спровоцировал суд приговорить его к смерти, но при этом Сократ открыто стремился к выбранной им смерти через служащее этой цели судейское посредничество (Ксенофонт. Сократические сочинения («Die sokratischen Schriften»). Пер. Эрнста Букса (B"ux). Штутгарт, 1956, с. 305 и след.).

Порой, однако, выдвигают и иные виды жертвенной смерти Иисуса. Якобы Иисус привел своих учеников и некоторых уверовавших на гору, где обратился к ним с последними словами. И тут внезапно раздался голос свыше, глаголющий: «Сей есть Сын Мой Возлюбленный. Ныне я жертвую им во спасение человечества». Затем в землю ударила молния, смертельно ранив Иисуса. Или вот: Иисус вынул меч либо взял чашу с ядом, чтобы лишить себя жизни. Его погребли, а на третий день он воскрес. Это было совершенно лишенное стратагемного замысла заклание себя. В таком случае никто не был бы виновен и не нес бы ответственность за случившееся. Тем самым чистая любовь бога изливалась бы столетиями на все незапятнанное человечество. И если бы Иисус избрал такую, лишенную стратагемного замысла, жертвенную смерть, то вряд ли бы мы читали такие вот строки.

«В каждом храме над алтарем висит образ крестных мук» (Шпигель. Гамбург, 1998, № 27, с. 79).

«Иудею тяжко стоять в храме перед крестом. Из-за креста он страдал столетиями, ибо многие погромы свершались во имя креста» (Мишель Боллаг (Bollag), помощник раввина еврейской общины Цюриха: Новая цюрихская газета, 12.06.1997, с. 15).

«Иудеи уже 2000 лет живут с виной за смерть Иисуса» (Шпигель. Гамбург, № 28, 1992. с. 6l).

«Христианство» на Западе на протяжении 2000 лет всячески мучило и преследовало иудеев…» (Клаус Бергер (Berger): Вольтвехе. Цюрих, 19.12.1996, с. 41).

«Христиане взвалили вину за смерть Иисуса на иудеев, что привело к антисемитским религиозным актам насилия» (Чжу Маньтин… «Ватикан просит прощения у иудеев». Жэнъминъ жибао. Пекин, 29.03.1998, с. 3).

«Христианская враждебность к иудеям подготовила почву современному расистскому антисемитизму, неизменно сопутствуя ему» (Эккехард Штегеманн (Stegemann). «Новый Завет: питательная среда для антисемитизма»: Антииудаизм в Новом Завете, дополнение: юбилейное приложение к еженедельнику «Реформатская пресса» («AntiJudaismus im Neuen Testament, Annex: Jubil"aumsbeilage zur Reformierten Presse»). Цюрих, № 12, 1997, с. 4).

«Ныне я уверен, что действую вполне в духе творца всемогущего: борясь за уничтожение еврейства, я борюсь за дело божие» (Адольф Гитлер. Майн Кампф, гл. II «Венские годы учения и мучения». Гитлер. Майн Кампф. M.: T-OKO, 1992): Юлиус X. Шепс (Sch"ops). От призыва к убийству к массовому убийству. Цайт. Гамбург, 26.04.1996, с. 4).

Итак, зачем тогда совершенно в стратагемном ключе описанное в Евангелиях распятие с вовлечением невинных, которых затем в итоге преследуют как «убийц господа»? «Крест: должен ли он нас мучить?» (Билъд. Гамбург, 17.09.1992, с. 4). Велась или идет ли здесь речь о «нападении человеческой толпы»? Или же для обретения власти над человечеством требовалось дать почувствовать ему свою вину и убедить его в необходимости спасения, причем Спаситель или Его наместник на земле, естественно, вновь обретает власть над нуждающимися в спасении по принципу: «Раз согрешил, падай ниц!»? Эти вопросы выходят за рамки стратагемного замысла, который позволяет осознать лишь определенные, а именно хитроумные действия, оставив изучение мотивов использования хитрости иным предметам знаний, в данном случае богословию.

Об обсуждаемом здесь круге вопросов писал мне в одном из писем от 24.06.1990 г. отец Амеде Граб (Grab), в ту пору викарный епископ в Женеве, с 1 января 1998 г. глава католического Совета епископских конференций Европы (СЕЕК) и с 23 февраля того же года епископ Кура [главного города швейцарского кантона Граубюнден]: «В последние годы разбирают Библию со многих сторон. Стратагемный подход так же правомерен, как и психоаналитический или социологический… Я лишь спрашиваю себя, поможет ли данный подход лучше понять волю бога [даровать] спасение. Бог действует через людей с учетом их сильных и слабых сторон, при этом получается то, о чем говорит португальская пословица: «Бог пишет правильно кривыми линиями» ([Deus escreve certo роr linhas tortas] [462] см. здесь 24.14). Касательно распятия отцы церкви единодушны: своими грехами люди привели Сына божьего на крест. Но таинственным образом мучители оказались и орудиями милосердия бога. Не оттого, что им двигала жажда мести или материального возмещения за невинные страдания Иисуса. Но по причине того, что эти добровольно принятые на Себя страдания Он избрал для проявления Своей любви и дарования прощения. Так понимает христианство пророческие строки Ветхого Завета: «Он был презрен и умален пред людьми, муж скорбей и изведавший болезни, и мы отвращали от Него лице свое; Он был презираем, и мы ни во что ставили Его. Но Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни; а мы думали, [что] Он был поражаем, наказуем и уничижен богом. Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего [было] на Нем, и ранами Его мы исцелились» (Ис 53:3–5).

В своем письме от 3-04.1987 г. отец Амаде, к которому я 4.12.1998 г. еще раз устно обратился по поводу данного круга вопросов, написал мне несколько строк, которыми мы завершим затронутую тему. Но прежде разрешу себе сделать одно замечание: когда выставляют само орудие виновным или ответственным за что-либо, не упоминая при этом того, кто им воспользовался, вряд ли такой постановкой вопроса удовлетворится каждый, знакомый со стратагемой заместителя 3 и стратагемой козла отпущения 11. Подобный подход означал бы поощрение всякого рода закулисных заправил. Они могли бы ссылаться на христианского бога как на великий образец для своих действий! При умерщвлении Иудифью Олоферна (35.8) при любой возможности подчеркивается содействие бога, даже Его решающая роль, тогда как в убиении Иисуса ответственными предстают только люди. Божественный макиавеллизм: славные деяния подданных предстают заслугой их властелина, а совершенные с его воли и согласия злодеяния подданных оказываются исключительно их прегрешениями, совсем не касающимися их властелина?

Здесь не отрицается, что люди-преступники виновны, если действуют по собственному почину. Однако в Евангелиях, как кажется, не особенно ясно, виновен ли тот, кто позволил преступникам совершить злодеяние и воспользовался ими для его совершения, последствий которого не предвидел. Ведь сказано в Писании: «Величается ли секира пред тем, кто рубит ею? Пила гордится ли пред тем, кто двигает ее? Как будто жезл восстает против того, кто поднимает его; как будто палка поднимается на того, кто не дерево!» (Исайя 10:15). (Зенгер приводит слова из перевода Ветхого Завета Мартина Лютера. 2-е изд. Штутгарт, 1971, с. 661). И все же слова отца Амеде, написанные мне 3.04.1987 г., как мне кажется, подтверждают предлагаемое мной стратагемное толкование». Вот эти слова: «Главная вина в смерти Иисуса лежит на нас как на грешниках. И «римляне», и «иудеи» были орудиями».

Через три дня после смерти Иисуса «двое из них [учеников Иисуса] шли в селение, отстоящее стадий на шестьдесят от Иерусалима, называемое Эммаус; и разговаривали между собою о всех сих событиях. И когда они разговаривали и рассуждали между собою, и Сам Иисус, приблизившись, пошел с ними. Но глаза их были удержаны, так что они не узнали Его [иными словами: Иисус не дает узнать себя; стратагема превращения 21]. Он же сказал им: о чем это вы, идя, рассуждаете между собою, и отчего вы печальны? Один из них, именем Клеопа, сказал Ему в ответ: неужели Ты один из пришедших в Иерусалим не знаешь о происшедшем в нем в эти дни? И сказал им: о чем? [Иисус притворяется глупцом; стратагема 27]. Они сказали Ему: что было с Иисусом Назарянином, Который был пророк, сильный в деле и слове пред богом и всем народом; как предали Его первосвященники и начальники наши для осуждения на смерть и распяли Его [ограничивающийся лишь человеческими действующими лицами разбор происходящего под углом зрения стратагемы заместителя 3, см. 35-9]. А мы надеялись было, что Он есть Тот, Который должен избавить Израиля; но со воем тем, уже третий день ныне, как это произошло. Но и некоторые женщины из наших изумили нас: они были рано у гроба и не нашли тела Его и, придя, сказывали, что они видели и явление Ангелов, которые говорят, что Он жив. И пошли некоторые из наших ко гробу и нашли так, как и женщины говорили, но Его не видели. Тогда Он сказал им: о, несмысленные и медлительные сердцем, чтобы веровать всему, что предсказывали пророки! Не так ли надлежало пострадать Христу и войти в славу Свою? И, начав от Моисея, из всех пророков изъяснял им сказанное о Нем во всем Писании. И приблизились они к тому селению, в которое шли; и Он показывал им вид, что хочет идти далее [провокационная стратагема 13]. Но они удерживали Его, говоря: останься с нами, потому что день уже склонился к вечеру. И Он вошел и остался с ними. И когда Он возлежал с ними, то, взяв хлеб, благословил, преломил и подал им. Тогда открылись у них глаза, и они узнали Его. Но Он стал невидим для них. И они сказали друг другу: не горело ли в нас сердце наше, когда Он говорил нам на дороге и когда изъяснял нам Писание? И, встав в тот же час, возвратились в Иерусалим и нашли вместе одиннадцать Апостолов и бывших с ними, которые говорили, что господь истинно воскрес и явился Симону. И они рассказывали о происшедшем на пути, и как Он был узнан ими в преломлении хлеба» (Лк 24:13–35).

«Агенор, сын Ливии и Посейдона… отправился из Египта и обосновался в стране Ханаан, где женился на Телефассе, которую также называли Аргиопой, родившей ему Кадма, Феникса, Килика, Фасоса, Финея и единственную дочь Европу. Влюбившийся в Европу Зевс [Грейвс Р. Мифы Древней Греции. Пер. с англ. К. Лукьяненко. М.: Прогресс, 1992, с. 153] превратился в быка и доставил ее на Крит на спине, переплыв море. Там овладел ею, после чего та родила ему сына, Миноса» (Греческие сказания («Griechische Sagen»). Введение и перевод Людвига Мадера (Mader). Цюрих—Штутгарт, 1963, с. 328). Как это произошло? Густав Шваб излагает эти события более обстоятельно (Сказания классической древности («Sagen des klassischen Altertums»). Новое издание Вальтера Келлера (Keller). Цюрих, 1943, с. 167–170).

Итак, «влюбившийся в Европу Зевс приказал Гермесу перегнать скот Агенора поближе к берегу моря у Тира, где Европа любила гулять в сопровождении своих подруг, а сам присоединился к стаду, превратившись в белоснежного быка с широким подгрудком и маленькими жемчужными рожками, между которыми пролегла единственная черная полоска [стратагема превращения 21]. Европа была поражена красотой быка и, убедившись, что он нежен, как ягненок, подавила страх и стала играть с ним. Она совала ему в пасть цветы, украшала рога венками и, наконец, решилась забраться к нему на спину и не испугалась, когда он пошел с ней в сторону моря [стратагема изоляции 15]· Неожиданно бык быстро поплыл, и ей осталось только с испугом смотреть на тающий вдали берег [стратагема тупика 28]. Одной рукой она продолжала держаться за правый рог быка, а в другой все еще держала корзину с цветами. Выйдя на берег около критского города Гортина, Зевс превратился в орла [стратагема превращения 21] и овладел Европой в ивовых зарослях у ручья. Некоторые утверждают, что это случилось под вечнозеленым платаном. Европа родила ему трех сыновей: Миноса, Радаманта и Сарпедона» [Грейвс Р. Мифы Древней Греции. Пер. с англ. К. Лукьяненко. М.: Прогресс, 1992, с. 153–154]. [463] Когда Зевс овладел Европой, та хотела со стыда броситься в морскую пучину, но тут появилась Афродита и поведала ей, что она стала земной супругой непобедимого Зевса. Ее имя пребудет в веках, ибо чужой край, приютивший ее, впредь станет называться Европой.