Стратагемы. О китайском искусстве жить и выживать. ТТ. 1, 2
Шрифт:
(Ленин В. И. полн. собр. соч. Т. 43. С. 223)
«Политика открытых дверей» с ее расширением торговли с Западом казалась многим западным наблюдателям, по крайней мере сначала, чуть ли не распродажей Китая. Доброжелательные зарубежные крути испугались, что Китай может вновь потерять независимость, полученную такой дорогой ценой. Однако нельзя ли посмотреть на расцветающие все более пышным цветом китайские экономические контакты с Западом с точки зрения Стратагемы № 11? Жертвой — сливовым деревом, отданным на съедение насекомым, — здесь являются небольшая, строго рассчитанная часть китайской самостоятельности, некоторые концессии и связи с заграницей. С ее помощью получен значительно больший выигрыш — спасенное персиковое дерево: недостижимая без западной помощи модернизация Китая. Жертва в конце концов оказывается фиктивной, так как полученная прибыль явно перевешивает убытки.
Стратагема сознательных, насколько это возможно, ограниченных жертв, разумеется, влияет и на тактику китайской стороны при заключении каждого отдельного договора. Невольно вспоминается изречение Конфуция:
«Без терпимости в малом не выполнить великих планов».
Заметим, что это «малое», по отношению к которому проявляется терпимость, мало лишь с точки зрения большого Китая, но, может быть, не так уж мало для его западных партнеров.
11.19. Мао и обнаженная натура
Насколько универсально для китайцев «жертвенное» мышление, на котором основывается Стратагема № 11, видно из письма Мао к Дэн Сяопину от 18 июля 1965 г.:
«…Изображение обнаженных моделей — мужского пола или женского, старых или молодых — основополагающая и необходимая техника в скульптуре и живописи. Не может быть и речи о том, чтобы уничтожить ее. Даже когда мы встречаем здесь негативные моменты, с этим следует смириться. Ради искусства [персикового дерева] мы не должны пугаться отдельных жертв».
11.20. Низменная повседневность
При взгляде на «низменную повседневность» издатель гонконгской книги о стратагемах выдает следующее рассуждение о Стратагеме № 1:
«Многие преступники работают с подставными лицами, чтобы самим скрываться на заднем плане, плести свою паутину и при неудаче пожертвовать головами этих лиц».
Случается также часто, что «начальник сваливает на подчиненного собственный промах или ошибку, чтобы спасти свою шкуру, или же, наоборот, подчиненный берет на себя грехи начальника, чтобы спасти его».
Пример такой жертвы подчиненного находим еще у древнекитайского философа Мо-цзы:
«Когда в древности мудрецы на службе у царей совершали что-либо выдающееся, они обращали это на пользу владык, так что все, что было замечательно и прекрасно, связывалось с личностью господина, а вся клевета и досада — с личностью слуги. Итак, необремененность и покой приходились на долю властителя, заботы же и печали были уделом министра» [181] . [182]
181
Немецкий перевод — X. Шмидт-Глинтцер. Дюссельдорф — Кёльн, 1975. — Прим. авт.
182
Мо-цзы (Mo Ди) (479–400 до н. э.) — глава школы моистов. Сам он и его последователи отражали взгляды служилого сословия. Отсюда в трактате Мо-цзы, являющемся плодом коллективного творчества, появилась даже специальная глава «Приближение служилых», своеобразный гимн служилому сословию, представители которого именуются «мудрыми». «Если, управляя царством, не заботиться о служилых, то страна будет потеряна» — вот основная посылка этой главы. В главе «Почитание мудрости» содержится и раздел, часть которого цитируется Зенгером. Он звучит следующим образом: «Древние совершенномудрые правители получали поддержку мудрых людей. Они назначали их на службу, награждали, давали им высокий пост и делали их знатными, разделяли землю и выделяли им надел земли, держали мудрого около себя всю жизнь. Только мудрый понимает замыслы благородного мужа и претворяет их. Мудрый всеми силами стремится выполнять порученное ему правителем дело и всю жизнь не чувствует усталости в делах… Мудрый человек делает так, чтобы правитель жил в радости и покое, а горе и печали он берет на себя» (Древнекитайская философия. Т. 1. С. 184).
Стратагема № 12. Увести овцу легкой рукой
Четыре иероглифа
Современное китайское чтение: шунь / шоу / цянъ / ян
Перевод каждого иероглифа: легкий / рука / увести / овца
Связный перевод: Увести овцу легкой рукой.
Перевод, дополненный по смыслу: Находчиво используя обстоятельства, суметь увести с собой случайно попавшуюся овцу.
Сущность: Постоянная и всесторонняя психологическая готовность использовать для обретения преимущества любые шансы. Стратагема Кайроса. [183]
Овца, занимающая восьмое место в восточном 12-годичном цикле, в Древнем Китае была символом детской почтительности, так как ягненок преклоняет колени, желая пососать материнскую грудь. Кроме того, однако, она может обозначать и Ян, мужскую силу. Ученые возводят современный иероглиф со значением «красота» к сочетанию иероглифов «большой» и «овца» — «большая овца», по-видимому, обозначает вкусную, то есть «прекрасную», пищу, которая особенно ценилась китайцами.
183
Кайpос (греч.) — божество благоприятного момента. — Прим. авт.
Еще в пьесе, ставившейся в начале VII в. н. э., «Вэй Чигун, вооруженный только кнутом, отбивает копье Ли Юаньцзи», согласно Гуань Ханьцину (XIII в.), [185] появляется формулировка Стратагемы № 12, но не в значении стратагемы, а в качестве цветистого описания легкости, с которой Ли Юаньцзи обманул своего врага Вэй Чигуна.
В том же значении употребляется формулировка Стратагемы № 12 в известном народном романе «Речные заводи». Это издание в 120 глав, и 99-я из них гласит:
185
В. Ф. Сорокин приводит содержание этой пьесы. Ее автором является Шан Чжунсянь, а полное название — «Юйчи Гун трижды отнимает копье». Некоторая разница в написании имени главного героя объясняется тем, что знак «вэй» является фонетиком в иероглифе «юй». Зенгер, очевидно зная звучание фонетика, не проверил чтение иероглифа по словарю, а оно в данном случае является иным, чем фонетик (см.: Сорокин В. Ф. Указ. соч. С. 266–267).
«Вскоре Ma Лин уже покрыл на двух своих волшебных колесах более двадцати миль. Дай Цзун понял, что больше не может его удерживать. Далеко-далеко летал Ma Лин, как вдруг перед ним появился толстый буддийский монах и, ударив его своим монашеским посохом, принудил спуститься и захватил Ma Лина, уводя тем самым овцу недрогнувшей рукой». [186]
В подходящем для нас значении использует формулировку Стратагемы № 12 У Чэнъэнь (1500–1582) в XVI главе фантастического романа «Путешествие на Запад», при описании попытки похищения волшебного одеяния у буддийского монаха Трипитаки (см. 5.1).
186
Существует два основных варианта романа «Речные заводи»: один содержит 70 глав, другой — 120. Наиболее популярной является первая, сокращенная версия. Именно с нее профессором А. П. Рогачевым и был сделан перевод романа на русский язык, вышедший в 195 5 г. Полный текст романа был издан в Пекине в 1954 г. для литературоведческой и филологической работы. В годы «культурной революции» в Китае была развернута идеологическая кампания по поводу классического литературного наследия.
В 1972 г. началась «реабилитация» классики и в канун визита Р. Никсона в Пекине начали продаваться «Сон в Красном тереме» и затем «Речные заводи», которые пользовались огромным спросом у публики. Продавались как старые, вышедшие еще до «культурной революции» издания, так и новые. Затем вышли в свет и «Троецарствие», и «Путешествие на Запад». Однако в 1973–1974 гг. началась интенсивная критика романа «Речные заводи». В 1975 г. Мао Цзэдун придал этой критике общекитайский характер, причем использовал против своих оппонентов версию романа из 120 глав. (Подробнеесм.:Желоховцев А. Н., Рогачев А. П.Кампания вокруг романа «Речные заводи» в Китае // Народы Азии и Африки. 1978. № 1. С. 80–91.)
Отрывок, приводимый Зенгером, в прямом переводе с китайского звучит несколько по-иному. Правда, может быть, Зенгер пользовался каким-то другим изданием. Мы же приводим его по полному изданию 1954 г.: «За короткое время Ma Лин проехал свыше 20 ли. Дай Цзун, проехав 16–17 ли, остановился. Смотрел повсюду, но Ma Лина не увидел. Ma Лин же впереди летел стрелой и столкнулся с одним очень толстым монахом, который нанес ему прямой удар в лицо и ударом своего посоха буддийского монаха опрокинул Ma Лина, воспользовавшись моментом, захватил чужое и быстро взял Ma Лина в плен» (Ши Hайанъ. Шуй ху цюань чжу. Пекин, Жэньминь вэньсюе чубаньшэ. Т. 3. С. 1552). Заметим также, что сочетание из четырех иероглифов, обозначающих Стратагему № 12, имеется в «Китайско-русском словаре», подготовленном Шанхайским институтом иностранных языков (Пекин: Шану иншу гуань, 1977. С. 843). Его перевод дается как: «воспользовавшись моментом (случаем), забрать (стащить) что-то; походя (на ходу) прихватить (взять) чужое (чужую вещь)».
Царь обезьян, заметив, что монахи собираются поджечь хворост, рассуждает так:
«Они собираются убить нас и похитить одеяния… Я бы мог разогнать их моей волшебной палицей, но уж слишком велико будет тогда мое превосходство. Один удар — и все они будут перебиты. И придется мне потом сносить упреки моего господина в том, что я применил к ним насилие. Поступлю же я тогда таю обращусь к способу «Недрогнувшей рукой увести овцу» и направленный против нас замысел убийства обращу на них самих, так чтобы не мы потеряли свои жизни, а они — свои». [187]
187
А. П. Рогачев несколько по-иному излагает эти размышления Сунь Укуна: «Они задумали погубить нас и завладеть наше рясой, вот почему и решились на такое злодеяние. Тут надо бы поорудовать моим посохом, но это невозможно: Учитель снова будет обвинять меня в жестокости. А ведь достаточно одного удара, чтобы перебить их всех. Постой, постой! — обрадовался он. — А почему бы мне тоже не пуститься на хитрость и не сорвать их плана? Ничего нет трудного на их козни ответить кознями» (У Чэньэнь. Указ. соч. Т. 1.С. 301–302).
Здесь под «овцой» подразумеваетя стратагемный план монахов, который Царь обезьян сорвал с помощью Стратагемы № 3, перебив монахов. «Увод овцы» — это, так сказать, перехват и нейтрализация стратагемы противника.
В Стратагеме № 12 идет речь о находчивом использовании благоприятного стечения событий, в особенности обнаруживающихся вдруг промахов противника. Тут уместна китайская пословица:
«Большую стену можно развалить с маленького угла, а бревно начинает гнить с сучка».
Пекинская книга о стратагемах от 1987 г. приводит в этой связи следующий исторический пример: