Стрекоза и Муравей
Шрифт:
— Очень смешно, — фыркнул Юра. — Вы его спиртом поливаете? Корни сгорят.
— Да вы что, шампанским! Хорошим, из проверенного магазина! — возмутился Паша.
Юра посмотрел на улыбающихся работников — может, закрыть отдел и открыть на базе коллектива цирк? Клоунов достаточно, Лукошкина будет идеи подкидывать.
— Фикус на реабилитацию к секретарю, — распорядился Юра. — Немедленно.
Сотрудники удивлённо переглянулись.
— Вы и вы, — Юра кивком головы показал на парней, — несите сейчас. Будет стоять у неё в приёмной, секретарь его быстро вылечит.
Ребята подхватили с двух сторон тяжёлый горшок. Из-под него с громким шуршанием выкатилась пустая бутылка из-под мартини. Кроме бутылки под горшком оказалась вазочка с конфетами, грязная чашка и пепельница с окурками. Юра брезгливо толкнул носком ботинка бутылку.
— Он и мартини пьёт?
— Федя — это фикус так зовут, пацан привередливый, употребляет только изысканные напитки, — подтвердил Паша. — Ещё и покуривает втихую, представляете?
— Больше у него не будет такой возможности. У вас, кстати, тоже. За курение в рабочее время назначу большой штраф.
Лиля, конечно, выдвинулась на защиту!
— Вы нарушаете права человека, — возмущённо заявила она.
— Подайте на меня в суд, — посоветовал Юра.
Нагнулся, поставил конфеты на стол.
— Не понимаю, зачем вы их прячете, — сказал всем. — Хотите перебивать аппетит сладким — ешьте, раз поджелудочную не жалко.
Вперёд выступила вторая девчонка:
— Здравствуйте ещё раз, — сказала она, смущённо улыбаясь. — Я Соня. Конфеты мои, убираю подальше, чтобы никто не съел.
— Да ладно! — улыбнулся Юра. — Что в начинке? Тоже алкоголь?
— А вы попробуйте, не бойтесь, — с вызовом предложила Соня.
Странные люди. Интересно, в этой богадельне все такие или только в одном отделе? Юра взял конфету, развернул. Вместо шоколадного брусочка внутри лежала свёрнутая тугим комком записка.
— Тебе придётся потрудиться, но через год всё пригодится! — вслух прочитал он. — Вы не рано к Новому году готовитесь?
Юра развернул следующую, на ощупь выбирая ту, где чувствовалось вложение.
— Ждёт тебя улётный секс, а на утро будет кекс!
Весёленький коллектив, ничего не скажешь.
Парни, посмеиваясь и переглядываясь с женской половиной коллектива, понесли фикус к секретарю.
— Что у вас за той дверью? — спросил Юра, показывая на узкую белую дверь у дальней стены.
— Архив. Бумаги, документы старые, накладные и прайсы. Выбросить пока нельзя, по правилам они у нас два года хранятся, — объяснила Соня.
Юра вошёл в архив, на ощупь нашёл выключатель, включил свет.
Маленькое тесное помещения до потолка захламлено бумагами. Некоторые стопки были аккуратно связаны верёвкой, другие лежали одна на одной и при любом движении норовили упасть на голову. Юра присел у сломанного компьютерного стола с одной ножкой. Вспомнил рассказ Лили и уверенно просунул руку под стол. Так и есть. Вытянул на свет, в центр комнаты, большую коробку. Сверху лежали щипцы для волос, ниже дамские журналы, коробки с вышивкой, спицы с надетой на них пугающей глаза зелёной вязаной деталью. Хорошо живут коллеги, душевно. Надоело работать: выпил мартини, полистал журнальчик, повязал, повышивал или поиграл в приставку, которая притулилась тут же, у второй, целой ножки компьютерного столика.
Юра встал, взял со стеллажа несколько подшивок. Месяцы, даты, годы — всё перепутано, никто не напрягается складывать использованные документы по порядку.
Юра не стал задавать работникам вопросов, и без того всё понятно.
— Архив разобрать. Всё лишнее унести. Документы за последние два года сложить по формам, подшить, подписать и разложить по годам и месяцам. Всё сделать к понедельнику.
— До конца рабочего дня два часа осталось, а тут работы на месяц! — возмутилась Лиля.
— Будете делать все вместе — успеете. Нет — допуск в здание производится в шести утра до десяти вечера в любой день недели, завтра тоже.
— Завтра же суббота, — тихо заметила одна из дам.
— У вас тут каждый день суббота, — ответил Юра, отряхивая от пыли руки. — Приступайте.
Уже у двери вспомнил про начальницу отдела. Где она ходит, когда коллектив тут развлекается? Юра молча указал взглядом на её кабинет, вопросительно поднял брови.
— Вроде у логистов, она с обеда ушла, — буркнула Соня.
Лиля предпочла задержаться в архиве и сейчас шуршала папками. Ну, ну…
Начальника отдела Юра встретил в коридоре. Узнав, что произошло, Ксения так откровенно расстроилась, что Юре стало жаль девушку. В конце концов она не виновата. Начальник Ксения только месяц, коллектив давно сложился и кто будет её слушать, если у них свои, привычные и до сих пор проходящие без проблем, развлечения?
— Вы понимаете, я стараюсь быть строгой и деловой, я специальный курс прошла по управлению персоналом, самый высокий балл получила, но стоит отлучиться и всё, каждый делает что хочет, — шмыгнула носом Ксения, пытаясь скрыть от Юры навернувшиеся слёзы.
— Понимаю, — согласился он. — Ничего, научитесь. Сейчас идите, устройте всем хороший разнос и нагрузите работой, причём срочной работой.
— Так срочной сегодня нет, — неуверенно сказала Ксения.
— Найдите. Для первого раза всех лишаю премии, в понедельник издам приказ.
Ксения вытерла слёзы, кивнула:
— Да, конечно. Я понимаю, что виновата.
— Вас не лишу, хоть вы и виноваты. Спишем на неопытность, — улыбнулся Юра.
Глава 21
Девушка доверчиво посмотрела в глаза, улыбнулась неуверенно.
— Пожалуйста, помогите мне, — попросила она. — Не знаю, как вы фирмами управляете, я с одним маленьким отделом справиться не могу! Я стараюсь, очень стараюсь, но ничего не получается. Знаю, что вы загружены и что минуты свободной нет, но хотя бы пару уроков, очень прошу! — Ксения умоляюще сложила руки на груди.
Откровенно говоря, особой загруженности у Юры сейчас не было. Разбираться в выходные с документами он будет максимум до обеда — опытным путём давно установлено, что после обеда надо сменить умственную активность на физическую, особенно в дни отдыха. Почему бы не пообщаться с Ксенией в свободное время? И ему приятно, и делу польза. Юра пообещал подумать.