Чтение онлайн

— И всё? — подозрительно спросила Лиля. — Тогда зачем переезжать, я могу просто приезжать к вам каждый день, как на работу.

Осипов засопел, почесал затылок, зачем-то пощёлкал маленьким рычажком на руле.

— Ты сама совсем не догадываешься?

— Нет, — Лиля отрицательно тряхнула головой.

— Я предлагаю тебе переехать ко мне, — ещё раз с нажимом повторил он. — Ко мне, понимаешь? Жить со мной, спать со мной…

— Играть и общаться, — добавила Лиля. — Ты хочешь сделать меня своей любовницей?

— Да.

Лиля не знала, что сказать. Возмущаться и кричать, что она не такая, что Осипов не может её купить, что стыдно и позорно делать сына прикрытием для их отношений. Почему он вообще решил предложить ей сожительство, она похожа на содержанку? Или Дима думает, что потеряв работу в офисе Лиля не сможет себя прокормить? Она настолько глупа, что единственная возможность не остаться за бортом жизни — стать его любовницей?

— Дима, это ничего, что у тебя есть жена? — вкрадчиво спросила Лиля.

— Ничего. Жена в Париже, ты здесь. Дом большой, Петька никогда не узнает, а слуги у меня неболтливые. Жена не узнает тоже, если тебя это волнует.

— Когда-нибудь узнает, — уверенно сказала Лиля. — А зачем я тебе? Мало девушек красивых?

— Много. И красивых, и умных, и секси — ноги от ушей, губы как клюв у резиновой утки. Ты — одна. Хочу постоянства в отношениях, уюта, заботы, не такой что по обязанности, а настоящей. Хочу девочку-праздник, не нытика и не плаксу. Я не понял, ты согласна или нет?

— Нет. Я не хочу быть любовницей.

— Ты знаешь что я женат, о разводе не может быть и речи.

— Дима, ты её очень сильно любишь?

Если ему дорога жена, зачем нужна любовница? Можно уговорить жену вернуться домой и изучать живопись здесь, или хотя бы в столице, всё-таки ближе к мужу.

— Я, Лиля, очень сильно люблю деньги. Свой бизнес и всё, что с ним связано. А жена — один из гарантов его безопасности и процветания. Извини, большего сказать не могу.

Да и не надо, не волновали Лилю Димины бизнесменские планы.

— Саныч к тебе неровно дышит, но что он может дать? Как в старые времена, горбом на самое необходимое заработает. А я могу многое.

— Всё равно нет.

— Подумай, я не тороплю. Кстати, и девчули ваши офисные зря на него стойку делают, никаких перспектив. Юра у нас не задержится, уедет, как только сможет.

— Откуда ты знаешь?

— Я много чего знаю, — усмехнулся Осипов. — Ну как, кататься поедем?

Лиля отстегнула ремень, вышла. Пусть она не нужна Юре, но и ей не нужен Осипов.

Дни шли за днями и все словно забыли, что на свете существует Лиля Лукошкина. Давние приятельницы слишком озадачены своими проблемами, Юра вообще не звонил и не искал встречи, Соня на звонки отвечала скупо и быстро прекращала разговор. Только Женя, которого она встретила в магазине, поделился с Лилей последними новостями.

Глава 52

— Юрий Александрович уехал, быстро, даже ни с кем не попрощался. Вместо него прислали другого менеджера, уже дела принял. Молодой, модный — отпасть не встать, машина крутая, джип из последних моделей. Девчонки в боевой готовности, когда знакомиться приехал, чуть ли не пищали от восторга. На народ особо внимания не обращает, всё с бумагами в кабинете работает. Нормально, короче, главное не придирается и не лезет не в своё дело, не что Саныч.

Мама полностью одобрила отказ Осипову и, чтобы дочь не засиделась в четырёх стенах, нашла ей временную работу, у своей подруги, в Доме Детского Творчества.

— Зарплата смешная, но и работа не пыльная, — уверяла мама. — У них сейчас кружок макраме вести некому, заменишь на пару недель руководителя группы.

— Я? Макраме? — поразилась Лиля. — Из шнура узоры делать?

— Техника узелкового плетения, кстати, очень интересно и красиво. Видишь у нас сову в прихожке? Макраме.

Сову маме в прошлом году подарили на восьмое марта. Сока как сова, связана, то есть сплетена из верёвки.

— Руководитель дома, простыла, но к концу месяца обещала быть. Пока её нет надо поразвлекать детей: сходи с ними на экскурсию по городу, в парк съезди, расскажи что-нибудь интересное.

— Они у меня в парке не разбегутся? — засомневалась Лиля. — Растеряю, потом оправдывайся перед родителями.

— Они большие, но дети же, — мама и сама засомневалась. — Хорошо, тогда оригами их займи, настольными играми.

С оригами Лиля была знакома, увлекалась когда-то в детстве. С тех пор техника изменилась и усложнилась, Лиля, неожиданно для себя с удовольствием окунулась в бумажное творчество.

Соня позвонила сама.

— Отдыхаешь? Развлекаешься? — обиженно спросила она. — Мы тут скоро с ума сойдём, зато тебе дома хорошо.

— Очень хорошо, замечательно, — подтвердила Лиля.

Посмотрела на ребят: они увлечённо кроили цветную бумагу на мелкие детали:

— Делаем колибри, много-много, — сказала она детям.

— То есть тебе ничуть не интересно, что у нас происходит, — решила Соня. — И пожалуйста, я больше не буду надоедать!

Если от любви люди теряют голову, то от несчастной любви явно тупеют. Когда Соня к ней приставала с разговорами? И зачем позвонила, если не хочет разговаривать?

Лиля не стала мучить себя любопытством: под надуманным предлогом явилась в офис, благо, знакомый охранник пропустил её без вопросов.

В отделе продаж сидели Женя, Соня и Тамара Ильинична. Интересно, где остальные, в самый разгар рабочего дня? Неужели ушли кофе пить? Такой наглости даже при БигБоссе себе никто не позволял.

— Нет никого, — печально сообщила Татьяна Ильинична. — И нас здесь скоро не будет, объединяют с другим отделом, чтобы кабинет втроём не занимали.

— А Ксения? — Лиля кивнула на пустую регистратуру.

— Ксения тоже больше здесь не работает, на каждый отдел не нужен руководитель, один вполне может несколько курировать.

Модный и крутой новый управляющий не зря просиживал штаны в кабинете. Он не стал пугать сокращением штатов, объяснять коллективу позицию руководства и добиваться повышения производительности труда. По праву, данному ему договором с производством БигБосса, он переписал штатное расписание — и оказалось, что треть сотрудников производству больше не нужны, с ними разрывают соглашение. Как руководитель отбирал тех, кто должен уйти, а кто остаться, было загадкой, но вечером в пятницу огласили список тех, с кем собираются попрощаться. Коллектив обалдел, заволновался и с начала недели массово бросился к юристам, за помощью. Увы и ах, все приказы антикризисного менеджера были правомерны и совершенно бесперспективны для судебных разбирательств.