Чтение онлайн

Однажды вечером Бен пришел в дом Вади, чтобы одолжить у него машину. Он даже не стал скрывать, для чего она ему нужна.

— Сегодня на рассвете к берегу причалит судно, на нем около двадцати взрослых и несколько детей. У нас не хватит машин, чтобы перевезти всех. Мне придется одолжить у тебя машину; Изекииль ее поведет, а я поеду на своей.

Вади с готовностью согласился.

— Я поеду с вами. А лучше и Рами с собой возьмем. Кстати, он тоже может взять машину отца.

Разумеется, если бы об этих планах узнали Мухаммед или Юсуф, они устроили сыновьям выволочку. Однако молодые люди готовы были рискнуть ради той нерушимой дружбы, что их связывала.

Первым женился Изекииль. В конце мая состоялась церемония, где он и Сара сочетались браком. Мириам выглядела не слишком довольной этим браком. Не то чтобы ей не нравилась Сара, просто ее огорчало, что этот брак не даст ей внуков.

Сальма рассказала Мухаммеду, как Марина подбадривала Мириам и говорила, что Изекиль и Сара могут усыновить кого-нибудь из тех сирот, чьи родители погибли в лагерях.

— Я не уверена, что Саре понравится идея Марины, — высказала Сальма свое мнение. — Я сама не раз замечала, как Сара отворачивается, стоит ей увидеть какого-нибудь ребенка.

Мухаммед и Вади молча слушали Сальму. Они знали, как она переживает за Сару, к которой искренне привязалась.

Несмотря на растущее с каждым днем напряжение между арабами и евреями, свадьба Изекииля не обошлась без Зиядов.

Мириам накрывала свадебный ужин в садике Сада Надежды. Запах жасмина смешивался с ароматом бараньего жаркого, дразня обоняние гостей.

— Что с тобой происходит? — спросил Вади у Изекииля, пока тот накладывал на его тарелку куски баранины.

— Не знаю... — ответил тот. — Я должен быть на седьмом небе от счастья, но почему-то совсем не чувствую себя счастливым.

— Ты боишься. Я тебя понимаю. Тебе предстоит сделать шаг в неведомое, тем более, что Сара... короче говоря, Сара очень пострадала.

— Вот только смогу ли я сделать ее счастливой?

— Как ты можешь так говорить? Разумеется, да!

— Я и сам не могу понять, почему она вдруг согласилась выйти за меня замуж.

— Ну, я мог бы назвать тебе достаточно причин, но первая из них та, что она любит тебя, и, по-моему, этого более чем достаточно.

— Ты действительно веришь, что она меня любит? — задумчиво спросил Изекииль.

— Если Сара и способна кого-то полюбить, так это тебя, — ответил Вади.

К ним подошел Бен с бокалом вина в руке. Вскоре к ним присоединился и Рами. Мухаммед задумчиво наблюдал за ними издали, но облегченно вздохнул, видя, как они беззаботно смеются, словно вновь стали детьми.

Вади думал об Анисе. Как бы ему хотелось видеть ее здесь! Но он так и не решился пригласить ее на свадьбу друга, поскольку не был уверен, что она согласится прийти.

Аниса не была похожа на тех девушек, которых он знал. Она была очень серьезной, но при этом веселой и дружелюбной, всегда готовой помочь другим. Но прежде всего, очень рассудительной. Она не делала ничего, не подумав перед этим дважды. Вади огорчало, что она до сих пор не решилась принять его предложение руки и сердца. Когда они были вместе, он не сомневался, что скоро она согласится, но стоило им расстаться, как его тут же одолевали сомнения, что она когда-нибудь скажет ему «да».

Рами вывел его из раздумий, хлопнув по плечу.

— Скоро мы отпразднуем нашу свадьбу с Шайлой, а там и твою с Анисой.

— Она пока еще не сказала, что согласна выйти за меня замуж, — напомнил Вади.

— А ты ее больше об этом не спрашивал?

— Нет. Она сказала, что, когда примет решение, скажет мне сама.

— А ты все это время будешь сидеть и ждать?

— Ты не знаешь Анису. Она не любит, когда на нее пытаются давить.

— Так никто и не просит тебя давить. Просто ты должен ей напомнить, что не можешь ждать вечно, пока она что-то решит.

— О да, я готов ждать вечно, — горячо ответил Вади. — Я хочу жениться на ней, и буду ждать сколько нужно, пока она не примет решение.

— Мой отец в последнее время выглядит обеспокоенным, — понизив голос, произнес Рами, чтобы сменить тему.

— Мой тоже, — ответил Вади. — Он считает, что мы, арабы, совершаем ошибку, отказываясь принимать делегатов Организации Объединенных Наций. А еврейские лидеры согласились с ними встретиться и теперь смогут склонить чашу весов на свою сторону.

— Я знаю, — в голосе Рами прозвучало настоящее беспокойство. — Люди из Еврейского агентства зря времени не теряют; кроме того, решение британцев не пускать в гавани корабли с бывшими заключенными вызвало у делегатов волну сочувствия к несчастным евреям.

— Знаешь, братишка? — признался Вади. — Я порой просто теряюсь, не знаю, что делать. Мне очень жаль людей, переживших нацистский кошмар, и я понимаю, что им действительно нужно где-то жить. Но я также понимаю и то, что Еврейское агентство больше не желает довольствоваться местом в общем доме — единой арабской стране. Они теперь желают иметь собственное государство. Разумеется, они не заявляют об этом во всеуслышание, но все знают, что они мечтают именно об этом.

Слова Вади были лишь предположением, однако никто не сомневался, что он прав.

— Вот и я так же думаю, — ответил Рами. — Я уже говорил об этом моему отцу, а он сказал Омару Салему.

— Омар Салем, безусловно, достойный человек, но он упрям, как и многие наши лидеры. Он не желает понимать, что сейчас борьбу нужно вести другими методами. Мы должны объяснить людям из ООН, чего же мы, арабы, хотим.

— Наша семья обязана Омару Салему. Отец не устает мне об этом напоминать, ведь он многие годы был его правой рукой. А мне Омар Салем поручил заботу о своих плантациях. Но ты прав, он действительно упрям и видит мир таким, каким хочет видеть.

Кузены не переставали обсуждать политику, пока последние гости не покинули Сад Надежды.

В последующие месяцы Мухаммед полагал, что, несмотря на категорический отказ арабов отправить в ООН свою делегацию, их огорчали постоянные нападения на британцев, которые устраивали люди из Иргуна и Лехи. Это была тайная война — пусть не объявленная, но от того не менее кровавая и изнурительная.

Мухаммед заблуждался. Если что и огорчало делегатов, то это необходимость положить конец Британскому мандату в Палестине, хотя именно это они единогласно рекомендовали. Кроме того, делегаты из Уругвая, Чехословакии, Нидерландов, Канады, Перу, Гватемалы и Швеции предложили разделить Палестину, чтобы разрешить проблемы между арабами и евреями. Лишь делегаты из Ирана, Югославии и Индии предложили другое решение: федеративное государство.

Омар Салем устроил совещание у себя в доме. Он был до глубины души возмущен предложением делегатов ООН.

— Мы не можем этого допустить, — объявил он гостям, среди которых были Юсуф, Рами, Мухаммед, Вади и другие уважаемые люди Иерусалима.

— И как мы сможем это остановить? — спросил Рами.

— Твердо стоять на своем. Мы никогда не согласимся, чтобы Палестину разделили надвое и часть отдали евреям. Мы будем стоять насмерть, — в словах Омара Салема прозвучала яростная непримиримость.