Чтение онлайн

– А разве перед нами не трупы? – засомневался Грофон. – Вроде не шевелятся. И даже не ругаются, а от сквернословий в подобной ситуации и настоящий праведник не удержится.

– Нет, – хором ответили ему все три вампира и я, а затем, переглянувшись, смутились, так как без проблем поняли, почему мы так решили. Находящееся прямо по курсу большое скопление людей воспринималось нами как вкусная, аппетитная и беззащитная добыча. А ни живой артефакт, ни кровопийц хладные трупы в этом отношении почти не интересовали.

Почесав затылки, вампиры, прожившие в этих пещерах первые несколько месяцев, прошедших после уничтожения тех, кто их обратил, вспомнили длинный и окольный путь к самым большим пещерам, где нам точно не встретится какой-нибудь сторожевой мутант. Там он просто не пролезет, ведь даже для меня и особенно Грофона, не умеющего менять пропорции тела, та тайная тропочка, если ее можно так назвать, очень плохо подходила. Не знаю, как давно в этих пещерах текла вода, может, сто тысяч лет назад, а может и миллиард, но уровень ее не раз менялся, о чем можно судить по норам, избороздившим толщу земли, будто процессы брожения сыр. И нам предстояло проползти под самой его коркой, если не ошибаюсь, в паре мест даже корни каких-то деревьев видел. Дорога оказалась не просто узкой, а очень-очень узкой, но мы все-таки справились, пропихивая четвертьорка в самых проблемных местах, как пробку в бутылку, и в конечном итоге выползли на уступ одного из самых больших залов Каменного Города. И поняли, что он, оказывается, весьма плотно заселен.

Эликсиры ночного зрения, нашедшиеся где-то в закромах у полуэльфа, здесь были абсолютно не нужны в связи с тем, что под потолок было запущено маленькое подобие искусственного солнца, имеющего, примерно, пару метров в диаметре, вот только заливающего все вокруг не желтым, а бледно-синим светом. А внизу, под ним, творились воистину черные дела. В центре пещеры стояли четыре статуи, смотрящие в разные стороны света. Рыцарь с мечом и щитом в гладких доспехах, высеченный из белого мрамора, его собрат в зеркально-черных латах, если не ошибаюсь, из обсидиана, обильно утыканный шипами и снабженный двуручным топором, медно-рыжий орк с двумя дубинами и несколько неуместно смотрящийся в компании своих более прочных и массивных собратьев выточенный из стекла миниатюрный эльфийский лучник. Вокруг архитектурной композиции же размещался походный лагерь, где в палатках находилось, по меньшей мере, тысяча человек. Впрочем, некоторое количество кентавров и гоблинов я тоже заметил, а орков и остроухих с такого ракурса, да еще в неестественном освещении, отличить от людей было проблематично. В дальней части помещения, огороженной высоким забором, сейчас находилось несколько десятков, а то и сотня мутантов разных видов, но преимущественно гуманоидоподобного сложения. Все чудовища носили при себе некое подобие пусть грубого, но оружия, буквально вросшего в их плоть, а некоторые даже щеголяли доспехами, как природными костяными, так и искусственно добавленными в организмы, железными. Твари вели себя на редкость апатично, практически не шевелились и, если не ошибаюсь, находились под некоей разновидностью усыпляющего заклинания, не дающего им буйствовать и набрасываться друг на друга или хозяев. Логичное решение, если подумать, одновременно контролировать столько разумов, пусть даже относительно примитивных, это один чародей явно не справится, а ведь он тоже живой и должен есть, пить, спать. Ну, может, за исключением покойного Директора. В общем, погрузить ручных чудовищ в спячку выглядело хорошим решением, позволяющим сэкономить силы своих одаренных.

Но самое интересное происходило все же в центре пещеры, где лагерь отступал от статуй на внушительное расстояние, метров в двадцать-тридцать. Там, у ног монумента в виде орка с дубинами, в недрах многолучевой звезды, выложенной до высоты человеческого роста кирпичами желтого металла, если не ошибаюсь, тем самым золотом погибших наемников, находилось нечто вроде марева, переливающегося разными цветами радуги. Рядом же с ним толпились некие типы в узнаваемых одеяниях жрецов бога войны. Меньшая их часть внимательно следила за лежащими на земле связанными людьми, а большая, выстроившись полукругом, подбадривала азартными выкриками своего собрата, загонявшего меткими ударами четок какую-то женщину в проход, оставленный в магической фигуре, ограждающей странную аномалию. Впрочем, кое-какие шансы у нее были бы, будь у дамы хоть капелька мужества, ведь к руке дамы был примотан петлею небольшой кинжал.

– Это он! – Ксен, все время пути державшийся позади всех, сейчас подался вперед так, что чуть не упал вниз с уступа. – Это настоятель Принмутской обители Длани Света! Учитель! Мне нужны его голова и сердце! Наставник, молю вас!

– Тише, тише, пацан, – оттащил его назад сводный брат полуэльфа по команде родственника. – Спокойно! И не брыкайся, а то укушу!

– Успеешь еще наиграться с прикладной некромантией, – поддержал его Филарим, занимая место подростка. – Так-с, или я могу выкинуть все свои труды по истории и религиям мира на помойку, или дело плохо. Перед нами все четыре ипостаси бога войны, светлая, темная, две нейтральных. Вывод – эта пещера стала храмом, причем таким, куда он сам спускался во плоти хотя бы один раз. Плюс эта хренотень…

Плачущую женщину, судя по лицу и простой одежде типичную крестьянку, в панике позабывшую про свое оружие, меткими ударами четок, сила которых явно была далека от предельной, иначе бы обычный человек мог быть располовинен ими не хуже, чем мечом, все-таки загнали в переливающееся марево. Панические вопли сменились диким криком, быстро оборвавшимся, взметнулось вверх, метров на пять, облачко крови, а вылетевший обратно кинжал был пойман недрогнувшею рукою жреца. Служитель бога сделал повелительный жест, и тут же в круг, образованный монахами, поставили новую жертву, на этот раз мужика, после чего настоятель разрезал связывающие его веревки и отвесил хорошую пощечину, одновременно кинув оружие к ногам пленника, недвусмысленно кивая в сторону выложенной золотыми слитками звезды и своих подручных. Слов до нас не доносилось, но смысл был понятен: сражайся, а не то прямо так в эту штуковину затолкаем. Человек покорным бараном помирать не захотел и в следующую же секунду, как сжал в пальцах рукоятку доставшегося ему средства самозащиты, попытался расправиться со своим обидчиком. Безуспешно. Метнувшиеся змеей четки ударили по ногам и повалили отважного, но не очень умелого бойца. Впрочем, учитывая требования, предъявляемые богом войны и воинов к собственным смертным слугам, особенно высокопоставленным, шансов на победу у него не было изначально. Для настоящего мастера убийства, отточившего навыки в сотнях или даже тысячах схваток, разницы в том, машет ли его жертва, если она, конечно, тоже не принадлежит к числу лучших бойцов мира, клинком или лежит на алтаре связанная, попросту нет.

– Жертвоприношение, – зацепился я за свою последнюю мысль. – Но разве это божество их приемлет? Вроде бы те из них, кто принимает в своих храмах души и кровь убитых как плату за покровительство в Азалии, запрещены.

– Вообще-то, так и есть, – утвердительно кивнул Филарим. – Но сам видишь, тут не убийство, а поединок. Пусть даже очень неравный. И вот такие дела темная ипостась бога войны, Кровавый Огонь, очень даже одобряет и ценит. У орков даже пословица какая-то на этот счет есть. Дословно не помню, но суть такова: если из десяти воинов пять умрут в священной схватке, то оставшимся на сутки будет дарована мощь двадцати.

Мужика, оказавшегося очень упорным и не желающего самостоятельно бросаться навстречу смерти, настоятель закатил в аномалию ногами. Снова брызги крови и вылетевший кинжал. Оружие явно ритуальное. А из числа лежащих пленников достали новую жертву. Опять женщину, только на этот раз почти старуху. Они их по половому признаку зачем-то чередуют?

– Заодно стало понятно, как эти мрази получили такое количество относительно послушных мутантов и могут бок о бок жить со своенравной дикой магией, – добавил, немного подумав, полуэльф. – Магам, даже очень могущественным, все-таки далеко до богов, даже лучшие из лучших заклятий древних повелителей сил по сравнению с чудесами небожителей выглядели кривобокой поделкой начинающего ученика рядом с шедевром мастера. Наверняка небесный покровитель в обмен на щедрые жертвы, а может быть даже и без них, если данное дело ему особенно угодно, сделал все необходимое. Сначала поиграл с источником, заставив сначала пояриться, а потом, смирив, наплодил мутантов, заставив зверье и людей в него бросаться, а потом оставил своих слуг лишь пользоваться готовыми результатами. Те из них, которые поклоняются в основном Кровавому Огню, должны неплохо управляться с берсеркерами, безумными воинами, впустившими в себя духов. А между одной сумасшедшей грудой мускулов, жаждущей убивать, и другой разница не так уж и велика.

– Эй, вы, колдуны ученые! – не выдержал Грофон. – Хватит болтать, пора ноги делать! С таким отрядом нам не справиться, даже если всех жрецов лично перебьете. Да еще если эта пещера в храм превращена. Тут армия нужна, да еще при поддержке боевых магов.

– Учитель, убейте его, – начал дергать меня за штанину Ксен, все повышая голос. Молодого волшебника явно надо оттаскать за уши, ведь выдать же может своими воплями, если где-нибудь здесь есть наблюдатели! – Его одного, он же там явно главный! Без него у них все дела застопорятся, и можно будет привести сюда из Принмута солдат, новый граф тоже жаждет поквитаться за дядю. И вообще, не знаю, что и зачем делают эти жрецы, но жертвоприношения всегда служили лишь платой демонам и средством накопить побольше силы в одном месте. Золото – прекрасный изолятор для волшебства и когда накопившаяся в прирученной аномалии мощь будет целенаправленно потрачена, то мало не покажется никому!

– Оп-па! – выдохнула Отрешка, тоже подползшая к краю. – Похоже, чего-то у них уже получилось.

Переплетение диких стихийных сил менялось, структурировалось, упорядочивалось. Для чародейского зрения это выглядело как резкий отток энергии, раздавшейся к бортикам выложенной золотыми слитками звезды, а в физическом плане привлекал внимание сопровождающий процесс яркий белый свет. Аномалия явно превращалась в нечто иное, причем, судя по спокойному виду жрецов, происходило все в полном соответствии с их планами. Но пленников они по-прежнему никуда убирать не спешили, хотя, вроде бы, те уже и выполнили свое предназначение, послужив жертвами в ритуале. Наконец, секунд через тридцать-сорок после начала свистопляски ситуация прояснилась, ровно как и воздух перед статуей ипостасей бога, застывший в изображении некой комнаты. Из него на каменный пол с лязгом упала деревянная лесенка, покрытая причудливой резьбой, и по ней начали из ниоткуда спускаться новые действующие лица. Ауры на такой дистанции было не различить, но, судя по одеждам и побрякушкам, нацепленным в огромных количествах и изготовленным преимущественно из благородных металлов и драгоценных камней, они являлись не кем иным, как довольно могущественными магами.

– Портал! – разом, кто вслух, кто про себя, констатировали очевидное все, кто был ближе к краю уступа, и озадаченно переглянулись. Хотя вряд ли кто-нибудь из нас уже сподобился видеть столь редкое явление, способы создания и управления которым считались едва ли не утерянными, но спутать проявление пространственной магии с чем-нибудь еще было, мягко говоря, трудновато.

– Точно пора отступать на перегруппировку, – констатировал я, остро жалея о том, что не догадался перед поездкой выклянчить у тетки короля какой-нибудь алхимический аналог динамита. Сейчас бы прилепил щупальцем бомбу на потолок, завел таймер, и, когда придет время, всю находящуюся внизу ораву похоронили бы обрушившиеся своды. Леди Вильес, уверен, сварганила бы нужный препарат в течение пары суток, но кто же знал, что он понадобится при сборе налогов? – У врагов и так численное преимущество просто неприличное, но если они еще и подкрепления получать будут периодически, то мы тут, даже если чисто случайно вдруг окажемся то ли сверхвезучими, то ли просто бессмертными, до следующей зимы завязнуть можем в случае открытого конфликта.