Строптивая Ведьма для Снежного Лорда
Шрифт:
— Доброй ночи, Вильгельмина, — наконец разорвал тишину мужчина, решительно развернулся и отправился в свое крыло.
Мне оставалось лишь поджать губы, неуверенно переступить с ноги на ногу и молча отправиться в свою спальню.
Глава 22. Эйнар
Стоило Вильгельмине скрыться в портале, как дракон поспешил в замок и сразу же уверенным шагом направился в библиотеку. Раньше у него и в мыслях не было залезать в маг-почту и читать чужие письмам, но только сейчас!
Чувствуя неправильность происходящего, наместник плотно закрыл за собой дверь, набросил полог невидимости и тишины и открыл почтовый ящик. В нем лежали запечатанные письма, которые не успели дойти до адресантов. На конвертах значились имена Жюстины ин Вилхелм, Адделмара Велтена и Саймона Фоули.
Эйнар скривился, будто ему предстояло съесть ведро кислых лимонов, и открыл первое письмо, предназначавшееся леди ин Вилхелм. Быстрым взглядом пробежался по строкам, узнал рецепт запеченной с апельсинами утки и отложил его в сторону.
— Демоны, до чего же я докатился, — закатил глаза дракон и схватился за второе письмо, в получателях которого значился лорд-дракон смотритель южной заставы.
На этот раз и пары строк хватило, чтобы уши наместника опалило огнем, а письмо было вновь убрано в конверт. У Эйнара сложилось впечатление, будто он только что подглядел в замочную скважину за чужими эротическими фантазиями, и эти фантазии совсем не были предназначены для его глаз.
— Всевышний, какая отвратительная пошлость, — прошептал себе под нос мужчина и из любопытства взглянул на имя отправителя, стоящее в углу конверта. — И это пишет замужняя женщина! И кто после таких писем кого совращает?
Третий конверт на имя Саймона Фоули дракон открывал с опаской, но довольно быстро перевел дух. Письмо было направлено Фоули из императорской канцелярии и ничего кроме числовых показателей урожайности брюквы за прошлые годы не содержало.
— М-да, — задумчиво выдохнул дракон, осторожно раскладывая письма по конвертам и с помощью магии придавая им запечатанный вид. — Неужели я опять ошибся?
По его расчетам, кто-то с таможни должен был донести темному магу о том, что они с Вильгельминой заявились в гости к Орфиусу. Иначе, как бы он успел приказать управляющему бежать и при этом отправить ему навстречу армию своих дрессированных тварей?
Эйнар нахмурился, постучал пальцами по почтовому ящику и решил проверить время, в которое были получены и отправлены письма.
Увиденное не понравилось дракону, хотя частично и доказывало его правоту в отношении тайного осведомителя. Предположительно когда они с Вильгельминой были на таможне, на маг-почту пришло три письма на имя Ясмины ин Вилхелм, Мелиссы ин Астор и Адделмара Велтена. От кого они пришли видно не было, как уже не лежало в почтовом ящике и самих писем, зато отчетливо прослеживалось, что спустя несколько минут на таможню было отправлено ответное послание.
И несмотря на то, что письма уже успели забрать их получатели, драконье чутье просто кричало, что в одном из них кроется ответ на интересующий Эйнара вопрос.
Завтра. Завтра после завтрака ему придется переговорить с каждым из этой троицы и запросить полученные ими письма. А сейчас Эйнар взглянул на часы и поспешил в приемную залу.
По его приблизительным подсчетам Вильгельмина должна была явиться с минуты на минуту, но она задерживалась. И дракон внутри сердито зарычал. Знал, что его непослушная ведьмочка в столице, знал, что она возится с делами, но, все равно, на душе было тревожно. Всегда была вероятность того, что что-то может пойти не по плану.
А еще, он знал эту женщину, и была куда большая вероятность того, что задержаться она решила только назло Эйнару. Мужчина вмиг разозлился, но упрямо отогнал прочь от себя нехорошие мысли. В конце концов, Вильгельмина ему ничем не обязана и имеет право поступать так, как ей вздумается. Даже если эти поступки и идут наперекор ему.
Внутренний ящер тоже отказывался спокойно сидеть на ровном месте, все подливал и подливал масла в огонь. Недовольно урчал, рычал, скулил и требовал скорейшего возвращения своей своенравной второй половины. Сцапать бы ее в капкан железных объятий и никогда больше не выпускать. Дышать без возможности надышаться своим сокровищем и чувствовать, как размеренно бьется ее сердце. Самый желанный аромат. Самая сладкая песнь.
Эйнар устало прикрыл глаза, взывая к душевному спокойствию, и прислонился плечом к колонне.
Вильгельмина явилась назад в замок порталом далеко за полночь, когда нервы дракона были на пределе, и напускное спокойствие грозило вот-вот треснуть по швам.
Эйнар замер и растеряно взглянул на женщину. Будто жбан с ледяной водой свалился ему на голову и вылился за шиворот, пробирая холодом до самых костей.
Вильгельмина предстала перед ним бледной, измученной и уставшей. Рыжие пряди выбились из прически, наверное, еще на лесной опушке во время драки с пожирателями. Под глазами залегли темные круги, а плечи были устало опущены. До этого момента Эйнар и представить себе не мог, что у всегда стойкой, веселой и уверенной в себе ведьмы есть и другая сторона. Что эта сильная женщина может выглядеть слабой и ранимой.
У дракона вмиг защемило в груди и отпало всякое желание выяснять отношения. Хотелось молча подхватить ее на руки, прижать непокорную голову к груди и унесли куда-нибудь далеко-далеко, прочь ото всех неприятностей.
Но стоило этой женщине найти его взглядом, как он почувствовал, что тонкая нить их связи неумолимо рассеивается в небытие. Тянется к ее душе и наталкивается на невидимую преграду. Губы дракона резко вытянулись в тонкую полоску, а брови хмуро сошлись над переносицей.
Невозможная рыжая ведьма! Демоны ее подери! Устала, едва стоит на ногах, чуть пошатывается из стороны в сторону и при этом сама того не замечает, как на подсознательном уровне отгораживается от дракона, выстраивая ментальные блоки.
Секунда, и связи как не бывало!
От глухой досады хотелось злиться, беситься, рычать и ругаться. Сжать ее хрупкие плечи в руках и жадно терзать строго поджатые губы, срывать с них тихие стоны и прерывистые вздохи. Каждым прикосновением, каждым поцелуем, каждым взглядом хотелось доказывать ей свою любовь, показывать твердость намерений и заставлять верить в прочность и нерушимость их связи.
Вильгельмина переступила с ноги ногу и от усталости едва пошатнулась на месте, дракон тут же оторвался от колонны и сделал шаг по направлению к женщине.
Нет. Не сегодня. Не сейчас. Он не позволит своим эмоциям возыметь над разумом и устроить нелепый, никому не нужный скандал. Да, холодность ведьмы его огорчает, но если Вильгельмина отчаянно не желает видеть в нем свою пару, то пусть и дальше делает вид, что он ее не волнует, а Эйнар будет ждать и молча убеждать ее в обратном. Но не сегодня, завтра, когда его строптивая половина отдохнет и наберется сил.
Эйнар сдержанно проводил девушку до ее этажа, а затем развернулся и отправился в свою комнату.