Чтение онлайн

Итак, он тоже богат, образован, красив и любим. И снова разыгралась ее фантазия. Чувство к мужчине, беспокойное, пульсирующее и сладкое, как мелодии Шопена… Ощущение легкости и приподнятости, возвышающее любящих над повседневностью. Хорошо, наверное, быть богатой, красивой и любимой, как героини американских мыльных сериалов.

— Помолвка в наше время? Глупость какая! — сказала она раздраженно.

— Неужели? Разве это не романтично?!

— Можно быть или женой, или романтичной особой. Если пытаешься совместить одно с другим — это глупость в квадрате. — Она избегала смотреть на Морица. Иначе он бы заметил, что она и есть эта дура в квадрате.

Мать тоже не порадовала Марлену. Она рассказала, что ее отец Бруно в последнее время подружился с Бернхардом и они частенько отправляются вместе попить пивка.

— Чтобы с помощью мужской солидарности поставить меня на место?

Мать осторожно погладила ее по руке:

— Послушай, Ленни… Почему тебе непременно хочется все переделать? Ты еще молода, а уже многое имеешь. — Тилли Шуберт вздохнула. Господи, что же нужно ее дочери — ведь у нее такой хороший муж… Работящий, заботливый, не заводит интрижек на стороне.

— Очень жаль, что не заводит. Было бы иначе, он легче согласился бы на развод. Я хочу современного мужчину. Только не говори, что Бернхард современный уже потому, что напивается без меня в пивной и осмеливается приходить в ярость.

Марлена ехала от матери рассерженная и расстроенная. Однако уже в автобусе пожалела о своей грубости. В конце концов ее мать мыслит по привычному трафарету. В этом трафарете существует именно такой истинный мужчина — требовательный и надирающийся время от времени.

Однажды вечером, в отсутствие Бернхарда, Марлена пошла поужинать с Иоганной и Морицем. Бернхард, как это часто бывало в последнее время, отправился в пивную со своим тестем, чтобы выслушивать советы, как обращаться со строптивой бабой. Правда, Бруно не имел в этом личного опыта, но советы давал охотно.

Марлена обсуждала с друзьями свое материальное положение и проблемы с квартирой. С тем, что она зарабатывает, вместе с тем, что обязан будет перечислять Бернхард на содержание Андреа, средств вполне достаточно. Сложнее найти доступную по цене квартиру. Две комнаты и кухня — это тот минимум, который ей требуется. Кроме того, рядом должен быть кто-то, чтобы помогать ей с Андреа, потому что после развода она собирается поступить в вечернюю коммерческую школу.

Мориц почти не участвовал в разговоре. Лишь когда Иоганна объяснила Марлене, что в Мюнхене за аренду двухкомнатной квартиры ей придется заплатить семьсот-восемьсот марок, он вмешался в их беседу:

— Ты вполне можешь жить в моем доме.

Марлена изумленно подняла на него глаза.

— Да-да! Дом слишком велик для меня одного. Ты можешь занять две комнаты внизу: одну — ты, другую — Андреа.

— А вдруг у тебя снова поселится друг? Как это будет выглядеть?

Мориц отрицательно покачал головой. — А Бернхард? Он будет совсем рядом и сможет следить за каждым моим шагом.

— Ты работаешь, и он тоже. Не думаю, что вам придется часто сталкиваться.

— Но Андреа…

Иоганна на это заявила, что для ребенка будет совсем неплохо жить вблизи от отца:

— Тогда намного проще будет и с его обязательными посещениями.

Марлена благодарно пожала руку Морицу:

— Большое спасибо. Я подумаю над этим.

Когда она вернулась домой, Бернхард с ее отцом сидели в кухне, около них на столе стояли банки с пивом.

— Она хорошая девочка. Но ее нужно держать в ежовых рукавицах. Бернхард, сынок! Не позволяй помыкать собой!

— Она слишком много строит из себя, Бруно, не то что другие женщины.

— А как у вас дела… Ну, я имею в виду… Да ты понимаешь, сынок!

Молчание.

— Я слышал, что женщины, чересчур увлекающиеся всякой этой чепухой про эмансипацию, в этомотношении никуда не годятся.

Молчание.

— Может, тебе надо один раз как следует…

Молчание.

— Ты понимаешь, о чем я. Капризные бабы это любят. Когда их как следует…

Марлена распахнула дверь.

— Оттрахают? — язвительно спросила она.

Отец возмущенно передернул плечами. Чего она лезет в мужские разговоры?!

Марлена не стала задерживаться в кухне и пошла в детскую. Андреа спала. Марлена открыла окно и невидящим взглядом уставилась в темноту, утирая бессильные слезы. Что, скажите ради Бога, это за мужчины, которые всерьез полагают, что стоит как следует «поиметь» женщину, как она немедленно откажется от всяких духовных устремлений и исканий. Да и с чего мужики, черт побери, взяли, что сами в состоянии быть настоящими суперменами в постели? Они что, все страдают манией величия?

Эту ночь она провела в гостиной. Нет, она больше не может рисковать достигнутым ею положением.

В день двадцатипятилетия Марлены на ее рабочем столе стоял большой букет весенних цветов. Поздравительную открытку от имени всех сотрудников подписали Георг Винтерборн и доктор Бенда.

Марлена позвонила доктору Бенде и поблагодарила его. Она набрала вслед за этим и номер шефа, но в последний момент передумала и попросила девушку из регистратуры ненадолго заменить ее за пультом. Она поднялась на пятый этаж и постучала в кабинет Георга Винтерборна.

Он сидел за письменным столом и говорил по телефону. Когда Марлена вошла, он указал ей на стул и приветливо улыбнулся.

Она уселась, положив ногу на ногу. Ей было приятно чувствовать его заинтересованный взгляд.

Когда разговор по телефону закончился, Марлена быстро поднялась, сказав, что ни в коем случае не хотела бы ему мешать, но ее так тронуло его внимание, что решилась поблагодарить лично.

— Как вам работается? — поинтересовался владелец фирмы.

— Очень хорошо, я уже вполне освоилась. У меня даже появилось несколько предложений по улучшению работы.

— Ах, вот как? — заинтересованно посмотрел на нее Георг Винтерборн.

— Но я понимаю, что в фирме надо соблюдать субординацию. Мой непосредственный начальник — доктор Бенда. Свои предложения я передам ему.

— Вы умная девушка. Но, может быть, вы позволите и мне их выслушать?

Марлена изложила свои предложения, касающиеся главным образом того участка, где она работала. Прежде всего службы телекоммуникационной связи и почты.

Внимательно выслушав ее, владелец фирмы усмехнулся: