Чтение онлайн

Таким образом, один из главных прогнозов на ближайшее время состоит в том, что до 2001 года главной темой останется экономика и экономический рост продолжится. При этом не будем забывать, что уже с 1997 года начнется постепенная подготовка к идеологическому 12-летию (2001-2013), в котором начнется интенсивная внутренняя работа по переосмыслению роли ислама в современном мире, работа по подготовке новой политической модели для четвертой фазы, модели, которую в той или иной степени примет для себя весь исламский мир.

Прогнозы по поводу Ирана, произнесенные как бы от имени Запада, не оправдались. Многими авторами предсказывалась отсталость, дикость, долгое мучительное возвращение на покинутую тропинку сотрудничества с Западом. Совершенно ясно, что возврата к старому нет, Иран идет своим путем и некоторое смягчение экономической линии ничего не доказывает, ибо экономика в имперском цикле наименее важная сфера. Более точными оказались прогнозы, произнесенные как бы от имени имперского сознания России. Имперцам импонирует противопоставление Ирана гегемонии США на фоне распада СССР. Другое дело, что и в этих прогнозах высказывается неуверенность в возможностях гордой страны противостоять Америке слишком долго. Однако уже в 1997 году отчетливо видно, как мощно вернулась Россия на арену мировой политики, как ловко она разрабатывает крошечные трещинки в отношениях США и Европы, США и Японии, США и третьего мира. И уж, конечно, Россия не преминет воспользоваться пропастью между США и лидером современного исламского мира - Ираном.

Отвлечемся и вспомним о предыдущих исламских циклах. Лишь первый цикл (Халифат) был самостоятелен во всех отношениях. Уже второй цикл (Османы) был циклом дублером, опаздывающим от цикла второй России на 60 лет. Третий исламский цикл (Моголы) дублировал с 48-летним опозданием цикл третьей Англии. Наконец, современный Иран с 24-летним опозданием дублирует наш родной цикл четвертой России. Вот почему его задачи не консолидация исламских земель и военная экспансия, как у османов (аналогично второй России), и не создание капитала, как у моголов (аналогично третьей Англии), а создание нового мира, новой идеологии, борьба с пустопорожней интерпретацией английского мира, реализованной в современных США. Вот почему резкий антиамериканизм, который Россия, как страна-созидатель, не может себе позволить, Иран сохранит и в третьей фазе, и в четвертой, когда США будут иметь уже довольно жалкий вид.

Возможностей для составления прогнозов на ближайшее будущее Ирана, точное определение его исторической координаты - безгранично много. Например, метод последовательных аналогий. Первая революция (1905) жаждала ограничить всевластие шаха, но привела к ещё большему могуществу шаха, вторая революция (1941) шла под лозунгом освобождения от иноземного присутствия, однако привела к сверхприсутствию иноземцев; наконец, третья революция (1977) шла под девизом создания максимально религиозного государства, а может окончиться полным равнодушием к исламским обрядам. Можно попробовать другие системы аналогий, потом сопоставить их друг с другом.

Очень важно помнить о том, что своей четвертой фазой имперский цикл Ирана войдет уже в новую эпоху (аналогичная история была с Моголом) и весь блеск и фантастическое великолепие четвертой фазы будет для мира не столько началом новой эпохи, сколько напоминанием об ушедшем мире бурного технического прогресса.

Как видим, параметров для определения будущего хватает. Но за подробностями и мелочами очень важно не забыть главного. Иран по-прежнему в имперском цикле, а стало быть, сохранит очень сильную, независимую политику, продолжит оказывать влияние как на мир ислама, так и на весь остальной мир. Определенный страх, а точнее, уважение он продолжит вызывать, и все же важно помнить, что позади черная вторая фаза, близится к концу серая третья фаза, а впереди лишь белая четвертая фаза!

Тем, кто не верит, что в фанатическом и темном мире Ирана вдруг воссияет четвертая фаза, хотелось бы напомнить, что именно Иран остается страной максимальных темпов ликвидации неграмотности. В то время как иранцев уличали в возвращении к средневековью, была выдвинута программа всенародной грамотности. Было объявлено, что овладение грамотой является "священной обязанностью каждого мусульманина"... Для привлечения как можно большего числа неграмотных детей и взрослых к занятиям в классах "движения обучения грамоте" использовались различные средства морального и материального поощрения. Динамика роста грамотности такова: в 1951 году из 13 млн грамотны 15 %, в 1961 году из 19 млн грамотны 28 %, в 1971 году из 27 млн грамотны уже 47 % и, наконец, в 1986 году из 50 млн грамотны уже 62 %. Вот такое средневековье. Продолжить закономерность можно и дальше. Ясно, что к 2013 году цифра будет очень близка к 100 %. "Несмотря на систему доносов, в стране идет достаточно активная "подпольная" культурная жизнь. Представители интеллигенции, молодежь украдкой слушают европейскую музыку, смотрят видеофильмы"... (Ю. Нагерняк).

"Шиитская вера усилила свойственное иранцам глубокое убеждение, что они уникальны и превосходят всех в культурной сфере" (Р. Коттам). Именно сочетание веры в свои силы, могучей энергии и одновременно некоего запретительного фона даст возможность новой иранской культуре, как следует проварившись в своем соку (аналог кухонной культуры брежневских времен), выплеснуться после 2013 года на мировые просторы.

Теперь о событиях 1997 года (20-й год фазы). Дело в том, что в 1997 году были очередные президентские выборы. До сих пор побеждали те, кого рекомендовали сверху. На этот раз все произошло не так. Из 238 кандидатов по обыкновению 234 забраковали. Оставшихся четверых расположили не в алфавитном порядке, а в порядке набранных голосов на исламском совете. Бывший министр культуры Мохаммед Хатами располагался в этом списке лишь на третьем месте. Первым же шел Али Акбар Натек-Нури. Он устраивал всех, и считалось, что богобоязненные и законопослушные иранцы изберут его. Натек-Нури приезжал в Россию и выступал в нашем парламенте. Прокоммунистический парламент приветствовал его как будущего президента. Накануне выборов аятолла Хомейни многозначительно заявил в радиообращении, что иранцы никогда не проголосуют за кандидата, занимающего недостаточно твердые позиции в отношении Запада и проводимой им "политической и культурной агрессии". И после всего этого Натек-Нури получил всего 25 %, а вот Хатами получил 70 % и стал президентом.

"Придя в себя от изумления, наблюдатели и эксперты признали: успех сокрушительный, где-то сопоставимый со стремительными падением шахского режима в конце 70-х. Вопрос только - что все это меняет в Иране и для Ирана? Абсолютно ясно только одно: подавляющему большинству иранцев надоела "муллократия" и засилье клерикального ханжества (да ещё в доведенном до крайности шиитском варианте), они мечтают о переменах и реформах" (С. Иванов). Ну что ж, на 20-м году фазы (1973) мы тоже мечтали о переменах, а начались они на словах лишь в 1985-м, а не деле лишь в 1989 году. Так что ждать, ждать, набираться терпения. Более того, к 2001 году может случиться так, что Хатами с его лозунгами "Свобода деятелям культуры!" и "Нет религиозному ханжеству!" станет слишком неугоден истинным властителям страны.

Так что запасемся терпением и мы, сосредоточим все свое внимание на пока ещё слишком далеком 2013 годе, когда мы наконец-то узнаем, в чем современность и новаторство иранского цикла, куда, в какую сторону пойдет влекомый Ираном обширный исламский мир.

На этом поиски Империи, собственно говоря, заканчиваются, хотя мы оставляем если не возможность, то хотя бы право других исследователей найти в прошлом, настоящем или будущем хотя бы ещё один имперский цикл.

1993-1997, Москва

ПРИЛОЖЕНИЕ 1

ПЕРВЫЕ ФАЗЫ РОССИЙСКИХ

ИМПЕРСКИХ ЦИКЛОВ

Нет нужды скрывать, что, описывая иудейские, римские, английские, исламские имперские циклы, мы ни на одно мгновение не забывали о российских имперских циклах, в особенности о третьей России, ну и, конечно же, четвертой России, в которой мы сами пребываем. Однако чисто территориально Россия в данных поисках представлена наиболее скромно. Связано это с несколькими причинами. Главная причина состоит в том, что при описании российских циклов мы ещё ничего не знали об остальных 16 циклах, а потому нас более всего интересовали некие сквозные аналогии, а не подробное и последовательное описание фаз циклов, предыстория их и последствия. Другая причина состоит в том, что подробное описание всей истории России на фоне уже хорошо понятой всемирной истории, думается, нас ещё ждет.

И все же, чтобы хоть как-то компенсировать недостаточность удельного веса российских циклов в "Поисках Империи", мы решили кратко напомнить, что, собственно, происходило в первых фазах российских имперских циклов. При желании это дополнение можно рассматривать как аванс, выданный в счет будущей книги, посвященной России.

ПЕРВАЯ ФАЗА 1 РОССИИ (909-945)

Давно отгремели грозы иудейских и римских имперских циклов, стремительно и мощно заявил о себе первый исламский цикл (халифат), завершила свой имперский путь Византия (861), человечество вступило в свой шестой (фатальный) возраст. Наступило время начать свой бег двум сверхимпериям, империям эпохи империй, Англии и России. Английский имперский ритм родился в 825 году, некоторое время спустя (как будто бы ожидая окончания последнего византийского цикла) рождается российский имперский ритм.