Чтение онлайн

Боевики потирают ладоши, некоторые даже смеются мне в лицо. В основном скалится кодла Шаповалова во главе с ним.

— Приготовились, — командует Потёмкин.

Блонда со злорадством тянет руки.

Беру её мягкие ладони в свои.

— Можете приступать, только аккуратно, — советует Оксана.

Не могу понять, почему так ухмыляется Емельянова. Скорее всего, ожидает хорошего такого отката. Но если так, пожалуй, не стоит разочаровывать даму.

Первой мыслью было аккуратно влить в неё мир, но после откровенно издевательского выражения, появилась другая идея.

С каменным лицом соприкасаюсь с её аурой, сливая энергию через руки.

Секунду ничего не происходит, а затем блондинку буквально отшвыривает, как сухой лист от дуновения ветра.

Но ожидания подтвердились только наполовину. Несмотря на откат, девушка группируется ещё в полёте, приземляясь на ноги. Правда ненадолго, её ведёт и она падает, затем поднимается на четвереньки и встаёт. Глаза сузились, смотрит, как на врага народа. Ну, хоть не злорадно и на том спасибо… Хех… Улыбка наползает на лицо сама собой.

Потёмкин с Лебедевой переглядываются, быстро отходя в сторону и начиная шептаться.

— Что ты себе позволяешь, смерд?! Оксана Фёдоровна, можно я встану в пару? — спрашивает Шаповалов.

Умные мысли преследовали этого человека, но он оказался быстрее. Просто невиданной тупости детина. Если когда-то окажется так, что он останется самым последним мужчиной на земле, вид будет обречён на смерть. Такой парнишка вполне может повернуть ход эволюции вспять.

— Займитесь подготовкой, — приказывает Оксана, без тени вежливости.

— Нет, пусть попробует, — прячет улыбку в короткой бороде Потёмкин.

— Спасибо, Леонид Анатольевич, — загорается парень и сбегает вниз, подходит ко мне и тянет руки со словами. — Потом обязательно помою с мылом.

— Не буду спрашивать, где они у тебя до этого были, — со вздохом отвечаю я, заставляя парня зло запыхтеть.

— Поехали, — хмуро комментирует Потёмкин.

За спиной Шаповалова к своему месту идёт Емельянова, чуть смещаю корпус, заставляя аристо повернуться левее. Затем быстро выставляю руки, которые этот идиот с готовностью лапает.

Силы в этот раз не жалею, активируя сразу все три звезды.

Аристо вскрикивает и устремляется в полёт, прямо наперерез блондинке. Та витала в облаках, видимо представляла расправу надо мною.

Ну-ну, вот тебе горсть плотного в лицо…

Шаповалов сносит девушку и тяжело падает на пол.

— Кто следующий? — с удовольствием спрашиваю у Лебедевой.

— Можешь садиться, — прикрывает глаза преподавательница, вижу, как уголки её губ дрожат, не давая прорваться улыбке.

Видимо и глаза прикрыла, чтобы не видеть эту свалку из тел, иначе бы точно не выдержала и прыснула.

Ухожу за парту, скучающе смотря, как поднимается Шаповалов, а затем и помогает встать жертве своей же самонадеянности.

Занятие проходит достаточно обыденно, правда моей группе здорово достаётся. Я чуть ли не единственное исключение, кроме меня конкуренцию составить смогла только девушка с фамилией Король. Она выглядела настоящей королевой в глазах лекарей, быстро забывших, что у неё всего один — ноль, а у меня два — ноль.

Лекари и боевики брались за руки, поочерёдно выходя к кафедре, чтобы не сшибать своей тушкой столы. После чего большинство зелёненьких просто сворачивались в калачик от боли, на глазах у вернувших настроение боевиков, а кого-то и вовсе отталкивало, заставляя делать несколько шагов назад.

Судя по всему, первые и вторые уровни, в моём случае тела попросту улетали на пять и больше метров, а тут какие-то детские игры. Но не стоит забывать, где я нахожусь.

Урок кончился неожиданно, мелодично прозвенел звонок, который я, очевидно, прослушал в первый раз, учителя похвалили отличившихся, мы пошли на следующий урок.

И так три или сколько там, пять лет?

Это будет невыносимо! Надо выбить себе преференции, изучить свод правил и порядков академии, а затем попробовать найти для себя плюсы.

Аудитории на этот раз не было, мы пошли на улицу, забежав в раздевалку, где каждому была выдана спортивная форма. Миновав внутренний двор замка, вышли на площадку закрытую внешней стеной, оказавшись в некоем каменном кармане.

Плотно утоптанная земля, полоса препятствий, различные тренажёры, половина из которых мне знакома. Всё как в бытность солдатом.

— Физическая подготовка, — с улыбкой произносит знакомый по тестовым заданиям инструктор. — Вы так ждали, так долго просили и вот я тут, чтобы привести ваши тела в тонус!

Он шутит, но судя по кислым лицам моей группы, бьёт не в бровь, а по яйцам. Некорректное выражение, учитывая, что на весь поток у нас всего один я и пять полупарней.

— Егор Бенедиктович Серебряков, — представляется дядька.

Лысый, с длинными усищами, под свободными одеждами крепкая фигура. Он накручивает усы, со смешинками в глазах наблюдая за построившимися в линейку лекарями.

Всего нас тут около пятидесяти лиц неопределённого происхождения и всё таких же неопределённых физических кондиций.

Интересно, а Евстрат Серебряков и этот вот индивид имеют что-то общее? Например, одну знакомую женщину. Егору она может приходиться женой, а Евстрату матерью. Братьями они быть не могут, в силу возраста, если только однофамильцами или дальними родственниками, но вот эти глаза и любовь к спорту…

Из здания академии к нам приближается один из старост, грохоча тележкой в которой лежит горка браслетов из красного камня. Узнаю предметы, сделаны из камня под названием «Звезда Люцифера», редкий, к слову, минерал, служит якорем для стабилизации разлома. Таких находили очень много во времена, когда я жил.

Быстро складываю два и два, одно из свойств камня блокировать работу с миром. Вероятно, нас заставят их надеть, чтобы никто не мухлевал.

— Легенды и мифы этого мира, как и верования плотно связаны с соприкосновением миров, когда на землю опустилось проклятие в виде демонов, — начал погружать учеников в теорию Егор Бенедиктович. — Неожиданно легенда о Люцифере, любимом сыне господа, который пожелал стать ровней отцу, обрела новый смысл. В него были плотно инкрустированы пресловутые камни из инферно. Народ быстро выдумал байку о том, что после предательства своего чада, боженька ронял кровь, раненный вероломным дитяткой и она падала прямиком в нижний мир.