Чтение онлайн

Фингал пригубил хереса, которого налили всем, кроме Рональда Геркулеса Фицпатрика, потягивавшего апельсиновый сок.

— Сейчас обслужим клиентов, перехватим чего-нибудь сами — и мы свободны, — сказал Кроми. — Сегодня у меня свидание.

Кроми начал встречаться с Вирджинией Трейнор, однокурсницей Китти.

Фингал уже давно был влюблен в Китти. Правда, как он объяснял Ларсу, связывать себя узами брака он пока не собирался, но все же… Он бросил взгляд в сторону стайки медсестер, среди которых была и Китти. Как всегда, она блистала красотой.

Прибыл доктор Миккс с большим мешком, который взгромоздил на стол, поставленный между рядами кроватей.

— Будьте любезны, доктор Пилкингтон.

Джефф подвел студентов к столу:

— Возьмите по шесть подарков каждый и раздайте пациентам.

Внезапно какой-то шум у двери привлек всеобщее внимание.

— Хо-хо-хо! — послышался басовитый хохот.

В дверях палаты возник белобородый Санта-Клаус в алом костюме. Если бы не рыжие вихры, торчавшие из-под отделанного белой ватой колпака, Фингал ни за что не узнал бы Чарли Грира. Санта-Клаус направился прямиком к сестре Дэли, извлек откуда- то из-за спины веточку омелы и поднял ее над головой.

— С Рождеством, сестра! — воскликнул Санта.

Сестра Дэли зарделась под цвет его шубы, но заявила:

— Сейчас праздник, так что небольшие вольности допустимы, — и под оглушительную бурю аплодисментов поцеловала Санту. — Но предупреждаю всех студентов: держитесь подальше от моих медсестер! — спохватившись, добавила она.

Однако в ее добрых глазах мерцали смешинки.

— Отлично придумано, Чарли, — оценил Фингал. — Дай-ка мне омелу.

В этот момент кто-то потянул его за рукав, Фингал обернулся и увидел, что улыбающийся Боб Бересфорд протягивает ему сверток с подарком.

— Это для твоего приятеля, сержанта. Я подумал, что ты сам захочешь поздравить его.

— Спасибо, Боб. — Фингал взял подарок, а когда проходил мимо Китти, то украдкой показал ей веточку омелы, кивнул в сторону шлюза и подмигнул. Подарок он вручил Падди. — С Рождеством, Падди! Приятно видеть вас бодрым и здоровым.

Аккуратно подстриженные усы зашевелились, Падди Кьоу с улыбкой отозвался:

— Спасибо, сэр. И не только за подарок, но и за то, что не проткнули меня той здоровенной иглой насквозь, а поставили на ноги.

— Ну, это просто моя работа, — смутился Фингал.

— И она вам по плечу, сэр. С Рождеством! — Падди указал в глубину палаты. — Видали, что вон там? — Он изумленно таращил глаза.

Работники больничной кухни расставляли на столе тарелки с дымящимся угощением. Блюда с жареными фаршированными индейками, обложенными картофелем, соседствовали с супницами, полными супа с морковью и брюссельской капустой, и соусниками с густой подливой и клюквенным соусом.

— В жизни такого роскошества не видывал! — признался Падди. — Вот что я вам скажу, мистер О’Рейли: нам с двумя сестрами и братом в нашей каморке такая роскошь и не снится, разве что хлеб макаем в жир на праздники.

Трое людей в одной тесной комнате, на праздничном столе — только хлеб растопленным свиным салом… У Фингала защипало глаза от подступивших слез.

— Сказать по правде, места у нас теперь побольше, чем пару лет назад. Наши старики и младший братишка уже отдали концы. От лихорадки.

Фингал содрогнулся. «Лихорадкой», унесшей жизни матери, отца и брата Падди, был, по всей вероятности, брюшной тиф.

Из-за антисанитарии эпидемии тифа постоянно вспыхивали в дублинских трущобах.

— Вы с родными не можете куда-нибудь переехать?

— А куда? Сестры работают поденщицами, Барри — посыльным. А я вот обиваю пороги, может, и получу британскую пенсию.

Падди и вправду полагалась крохотная пенсия.

— Поселиться в Дублинском замке нам не светит, сэр, даже если мы сложим все, что заработали. Мы бы и не прочь, но знаете, как говорится, где родился — там и пригодился, если только ты не девчонка и тебя не увез к себе на родину какой-нибудь парень.

Фингал смотрел на Падди и мысленно ругал себя: «Черт побери, Фингал, ты же еще неделю назад обещал Китти, что подыщешь этому человеку жилье. И что сделал? Ровным счетом ничего».

В компании студентов и медсестер Фингал дождался, когда придет его очередь наполнить тарелку. Он воздал должное угощению и отошел попрощаться с Кевином Доэрти и Падди Кьоу. Его взгляд поймала Китти. На этот раз она кивнула в сторону шлюза.

Фингал в ответ показал ей растопыренную пятерню, надеясь, что она поймет условный знак. Ему требовалось пять минут, чтобы освободиться. Подойдя к Кевину, он присел на койку:

— Как дела, Кевин?

«Мистер К. Д.» заулыбался:

— Очень даже ничего, сэр. Хинидин мне уже не дают.

— Рад слышать. Будем надеяться, что больше вы сюда не вернетесь. — Фингал понимал, что Кевину вскоре снова придется лечиться, но не стал заводить разговор об этом, только поздравил пациента с Новым годом.

— И вас с праздником, док. — Кевин поднял бровь. — Можно спросить, сэр? Как ваши дела с сестричкой — идут на лад?

— Угу. — Фингал бросил беглый взгляд в сторону двери, куда удалялась Китти. — Мы с ней встречаемся на Новый год.

— Ну, тогда удачи вам, сэр. Большой удачи.

— Спасибо, — кивнул Фингал. — Берегите себя, Кевин, а мне пора бежать. Родители ждут меня к рождественскому ужину.

Убедившись, что сестра Дэли увлечена беседой с доктором Микксом, Фингал ускользнул в шлюз, где уже ждала Китти. Остановившись перед ней, он поднял руку с веточкой омелы, обнял Китти другой рукой и крепко поцеловал ее.

— Счастливого Рождества, Китти О’Хэллоран! — пожелал он.

— Все сыты? — спросила мама. — Никто не хочет добавки?

Отец, восседавший на своем месте во главе длинного стола из красного дерева, ответил:

— Ужин был великолепный, Мэри.

Желтый шелковый галстук, подаренный ему Ларсом, внес праздничную нотку в темные тона костюма.

Ларс вытер губы и свернул салфетку.

— Да, чудесный ужин, мама. Спасибо. — Его слова прозвучали невесело. Ларс выглядел подавленным.

— Угощение будь здоров, — добавил Фингал, отдавая матери свою пустую тарелку. Он знал, что его слова обязательно передадут кухарке. Правда, для него в этот день ужин был уже вторым, и он осилил его с трудом.