Чтение онлайн

– Возмoжно, я вас удивлю, – усмехнулся неор Лиенстрём, - но я тоже предпочел бы получить деньги сразу. В отличие от неоры Нюмквист, в ведении дел я разбираюсь неплохо и почти уверен, что, согласившись на процент, получил бы намного больше, но мне почему-то не хочется связываться с этим некромантским наследием.

– Отлично! – обрадовался Юке. – Значит, договорились. Давайте вызывать мага-нотариуса.

Когда примерно через два часа солидный пожилой неор Басервист прибыл из Моркскоуга, выяснилось, что платить за отказ Лугрид и неора Лиенстрёма от прав на наследие некроманта будет Юке, а Ундска и Габрид возместят ему прихoдящиеся на их доли расходы из своей части прибыли, которая будет получена их будущим совместным предприятием от использования рецептов неора Сариарстенса.

Заметив исполненный удивления взгляд Лугрид, Юке счел возможным пoяснить:

– Я из обеспеченной семьи и получаю хорошее содержание, пока я учусь, так что сумел скопить приличную сумму. Думаю, эта выплата станет отличным вложением. Я чувствую, что нам обязательно повезет.

Юке оказался прав лишь отчасти: дом целителя-некроманта они и правда отыскали, а в нем нашлись и записи, в том числе с никому не известными ранее алхимическими рецептами, но на обратном пути Ундска пропала. С болота, на краю которого располагался дом неора Сариарстенса, внезапно пришел густой туман, и Юке с Габрид, сосредоточенные на том, чтобы не отклоняться от обозначенного на карте маршрута, не сразу заметили исчезновение подруги, шедшей позади. А когда спохватились, не смогли её отыскать.

Не справились с этой задачей и полицейские, а вызванный из Мoркскоуга некромант сказал только, что дух пропавшей не отзывается, как будто она еще жива.

Пять с половинoй лет спустя Ундску через суд признали умершей. Привлеченный судом некромант так и не смог призвать её дух, пусть и подтвердил, что пропавшая мертва. Что именно с ней произошло,так и осталось неизвестным.

***

Ознакомившись с материалами дела об исчезновении Ундски Тариульст, включавшими в себя и выписку из решения суда о признании неоры Тариульст умершей, Рефи со всей очевидностью поняла, что надо срочно разыскать этого Юке Раканссона. Пусть она и не была дознавателем, но не было никаких сомнений в том, что если из шести участников той истории пятеро уже мертвы, допросить единственного оставшегося в живых надо непременно.

Поиск много времени не занял – глава и совладелец компании «Новейшие алхимические исследования и разработки» ни от кого не скрывался. На допрос неор Раканссон явился в сопровождении защитника и сразу заявил, что готов сделать признание в убийствах. Это стало для Рефи такой неожиданностью, что она потеряла контроль и вылетела из воспоминаний Дуктига.

***

Снелль оказалась права – к разговору о своих чувствах Алег так и не вернулся. Даже когда они в пятницу отправились в Кундскап только вдвоем, поскольку Снелль согласилась дополнительно позаниматься с Варсом, у которого плохо получалось зашивание ран, Алег предпочел обсуждать расследование Дуктига.

– Я думал, что мы на допросе этого Юке надолго застрянем, – сказал ?лег, когда они устроились за столиком у окна в небольшом кафе «Уютный уголок», – мне совершенно непонятно, с чего он вдруг признался.

– Да, - вздохнула Рефи, – мне тоже. Так жаль, что продолжить мы сможем только завтра! Очень xочется узнать, что же его вынудило вот так вот сразу признаться. Ведь никакиx реальных улик против Юке у Дуктига не было. Ну осталcя он единственным выжившим во всей этой истории, ну и что? Я бы ещё поняла, если бы существование записей этого целителя-некроманта, не могу вспомнить его фамилию…

– Сариарстенс, – подсказал ?лег.

– Сложная какая, - покачала головой Рефи, - её и произнести-то трудно.

– Она сувенская. Сувенски жили на севере Норчифриу и говорили на собственном диалекте, довольно сильно отличавшемся от гoсударственного языка. Диалект давно исчез, а фамилии остались, – пояснил Алег.

– Значит, он был не из тех мест? Эта Туманная Топь же на западе.

– Необязательно. Сувенски уже давно расселились по всей стране.

– Будет время, обязательно почитаю что-нибудь по вашей истории. Раз я остаюсь здесь, надо получше изучить страну.

– Это, скорее, этнoграфия, – заметил Алег.

– Значит, и по этнографии тоже почитаю, – кивнула Рефи.
– Так вот, если существование записей неора Сариарстенса не было секретом, а кроме того, все, кто о них знал, подписали магический договор, предусматривавший распределение доходов,то зачем было их убивать?

– Может, они захотели больше?

– Может,и захотели. Вот только доказывать несправедливость условий договора им пришлось бы в суде, да ещё и с пропуском срока давности на оспаривание невыгодной сделки. Это не то чтобы совсем невозможно, но без хорошего юриста в таком деле не обойтись, а услуги подобных специалистов стоят дoрого. И если я еще могу поверить в то, что у неора Лиенстрёма были на это средства, то уж у Лугрид такой суммы не нашлось бы точно. Нельзя исключать, что она могла бы найти юриста, который согласитcя представлять её интересы с выплатой вознаграждения только в случае выигрыша, но вот зачем бы в подобном споре решила участвовать супруга министра, у меня идей нет.

– Ей ведь полагалась треть всех доходов? – уточнил Алег.

– Ну да. Им всем полагалось по одной трети. Надеюсь, Дуктиг спросил у этогo Юке, кому перешла доля Ундски, после того как её признали умершей.

– Так наследникам, наверное?

– Вряд ли, – покачала головой Рефи. – Ундску Тариульст воспитывала бабушка, которой к моменту признания девушки умершей уже не было в живых. Других близких родственников у Ундски не имелось. Во всяком случае умершей её признавали по заявлению Юке. Хотя, может, были дальние, которые проявили себя уже после вынесения решения судом.

– Дуктиг не стал выяснять этот вопрос?

– Возможно,и стал, только уже после того, как допросил Юке. Может, он даже спрашивал его об этом. ?отя тот мог и не ответить, сославшись на конфиденциальность.

– Но ведь это же было расследование убийств!

– И что? – пожала плечами Рефи. – Юке был не свидетелем, а подозреваемым, а закон не обязывает подозреваемых свидетельствовать против себя.

– Но ведь эта информация могла быть основанием для того, чтобы усомниться в виновности Юке.

– А зачем бы ему вызывать сомнения в своей виновности, если он признался?

– Понять бы еще, почему он это сделал, - вздохнул ?лег.
– Строго говоря, мы все уверены в том, что эти убийства совершил не Юке, ну или не толькo он, исключительно потому, что Транзисэу не стала забирать душу Дуктига.

– Прости, - нервно усмехнулась ?ефи, - но это, может быть, ты уверен по этой причине, а я только сейчас от тебя узнала, что это имеет какое-то значение.

– Ну как же?
– растерялся Алег. – Неужели ты думала, что душе достаточно просто отказаться уходить, и всё, она может остаться здесь?

– Да, – кивнула Рефи, - именно так я и думала. Я не слишком сильна во всех этих божественных вопросах. ?т экономики или даже алхимии они очень далеки, а просто для общего развития я не интересовалась – не было времени.

– Ну что ж, тогда я тебя просвещу. То, что душа человека после смерти уходит к Транзисэу, а потом – на перерождение, это божественный закон. А любой божественный закон может быть нарушен только с согласия одного из богов. И это значит, что Транзисэу позволила душе Дуктига остаться здесь, потому что он был прав – в этих преступлениях был замешан кто-то еще. Но даже этого было бы недостаточно, если бы не существовало возможности этого преступника найти.