Чтение онлайн

– Ну, это понятно.
– Горван задумался.
– А что вы хотите от меня за убийство Трисмегиста?

– Поскольку эта смерть нужна и Вам и мне, я не прошу ни денег, ни привилегий, ни, ха-ха-ха - славы и известности. Я предлагаю сделку: Вы получаете власть на всем побережье, но не пытаетесь больше завоевать наши восточные страны. Трех уже присоединенных провинций Вам вполне достаточно.

– А если за такую наглость я прикажу своим телохранителям немедленно порубить Вас на кусочки?
– С едва сдерживаемой яростью прошипел Горван, не обращая внимания на предостерегающие жесты Толи-Покли.

– Тогда через довольно короткое время Ваши телохранители найдут Вас ранним утром с тонким кинжалом в сердце, или с перерезанным горлом, или с распоротым животом, или...

– Довольно!
– Прервал неприятные перечисления Горван.
– Я понял: ваше тайное общество будет мстить за смерть Старшего Брата, мне не будет покоя ни днем, ни ночью, и так далее и тому подобное...

– Верно!
– Глухой голос показался Горвану весьма довольным.
– Когда Вы вторглись на восток, мы начали строить планы Вашего, м-м-м... устранения от власти. Но потом Ваше внимание переключилось на Север, и мы решили подождать... Так что давайте договоримся: Вам - западное побережье, нам - страны востока.

– Ладно.
– Немного подумав, ответил Горва.
– Я согласен. Но как вы сможете убить Трисмегиста, окруженного целым войском солдат и конклавом магов?

– Это уже наша забота. Вас она не должна беспокоить. Скажу лишь, что пройти через всю армию Этла-Тиды для меня не сложнее, чем через сотню Ваших телохранителей, окружающих эту захолустную гостиницу. И против магии за несколько столетий мы выработали свою защиту. Если человек растворяется в окружающем его мире, сливается с природой, ни один маг не заметит его. Ведь и Ваш Главный Маг не смог меня обнаружить, хотя я висел прямо над его головой. Так что не беспокойтесь: мы работаем быстро и качественно!

* * *

– Я хотела видеть сражение, и поднялась на одну из башен лагеря. Рассказывала Алина на следующий день вновь пришедшему в себя Трису. Правда, я не совсем тогда понимала, что происходит, и видно издалека было не все, но после Ремин объяснил мне подробности. Когда ты вышел на свободное пространство между двумя огромными армиями, чтобы сразиться с этим проклятым отвратительным карликом, мое сердце как-будто сковало льдом от предчувствия чего-то нехорошего.

Трис по-прежнему лежал на кровати. Непонятная слабость сковывала его движения. Он стряхнул с себя дурман неясных воспоминаний о таинственных снах, но теперь ему казалось, что они как-то связаны и с Лучевым Мечом, и с его прошлым, и с чем-то гораздо большим и значительным, чем человеческая жизнь. Поэтому он первым делом после пробуждения попросил Алину в подробностях рассказать о битве с южанами и, особенно, о своем поединке с Греан-Мором, окончания которого он не помнил.

Алина, сидящая на низком стуле возле изголовья кровати, продолжала говорить:

– Когда в руках Греан-Мора засверкал Лучевой Меч, окружавшие меня люди закричали в отчаянии, а Маг-Император закрыл лицо руками, не желая видеть твоей смерти и гибели всей армии. Но то, что произошло дальше, оказалось настолько чудесным, что те, кто не участвовал в битве и своими глазами не видел поединка, до сих пор отказываются верить. Все видели, что ты чудом смог избежать первого удара Греан-Мора и прыгнул на него, стремясь завладеть оружием. Но этот мерзкий карлик двигался очень быстро и ударил тебя Мечом сверху вниз, так что издалека казалось, будто он рассек тебя от макушки до...
– девочка чуть замялась, - до того места, откуда начинаются ноги. И ты упал на землю...

Если бы ты слышал тот дикий довольный рев, который издала армия южан! Так рычит, наверное дикое хищное животное, увидевшее кровь своей жертвы. У меня до сих пор мурашки бегают по коже, когда я это вспоминаю... В это время карлик низко наклонился над тобой, и издалека не было видно, что происходит. После твоего падения Греан-Мор погасил луч Меча, но тот вдруг снова засветился. Это был уже не короткий бледно-красный луч, а ослепительно-белый столб света, высотой, наверное, с высокую северную сосну.

И с земли поднялся ты, Трис. Меч сиял в твоей правой руке! Твой космический скафандр, моя золотистая накидка - вообще все, что было на тебе одето, оказалось рассечено пополам сверху донизу. Когда ты встал, одежды спали с тебя, как расколотая надвое скорлупа ореха, или как два лепестка раскрывающегося волшебного цветка. Луч разрезал их и спереди, и сзади твоего тела, но сам ты был невредим! Ты поднял вверх руку с испускающим луч Мечом, а потом повернулся лицом к замершим от ужаса рядам южан и опустил руку вперед, словно отдавая приказ нашей армии атаковать. А потом ты вновь упал, и Меч погас... Я тогда на какое-то время потеряла сознание от волнения, но Ремин потом сказал мне, что в эти мгновения Крон-то-Рион послал мысленный приказ всем нашим отрядам перейти в наступление. Хотя, по правде сказать, мне кажется, что для того, чтобы обратить в бегство армию южан, достаточно было бы и сотни человек. Враги уже были настолько потрясены и сломлены твоей победой и силой Меча в твоих руках, что и не думали сопротивляться.

Когда я пришла в себя, бросившиеся в атаку алебардисты уже добежали до того места, где ты лежал. Они положили тебя на боевую колесницу и отправили ее в лагерь...

– А Греан-Мор?
– Нетерпеливо перебил Трис.
– Что с ним случилось?

Девочка немного замялась:

– Подбежавшие к месту вашей схватки солдаты увидели, что рядом с тобой на земле лежала небольшая куча пепла. Наверное, это все, что осталось от злодея. Сила Меча в твоих руках была такова, что просто испепелила его. Но сама я этого не видела. Я спустилась с башни и побежала навстречу колеснице, везшей твое тело. Когда я добралась до нее, она уже въехала в ворота. Маг-Император, Крон-то-Рион с младшими магами, множество солдат и слуг окружили колесницу. Я едва смогла пробиться к тебе!

– Могу себе представить эту картину.
– Слабо усмехнулся Трис, с уважением и лаской глядя на Алину.
– Тоненькая хрупкая девочка расталкивает закованные в сталь огромные фигуры воинов, пинками разгоняет советников Тзота-Локи, самого Мага-Императора отпихивает в сторону...

– Ну, все было не совсем так.
– Засмеялась Алина.
– Когда Крон-то-Рион увидел, что я безуспешно прыгаю позади толпы, он сам расчистил проход, и я смогла добраться до тебя. Большой арбалет уже сняли с колесницы, но до тебя боялись дотронуться. Никто не знал, как ты смог остаться невредимым после того, как Лучевой Меч прошел через твое тело. Ты лежал совсем... м-м-м, обнаженный, накрытый лишь чьим-то плащом. Ты не был ни ранен, ни покалечен, но лежал совершенно неподвижно. Казалось, что ты спишь глубочайшим сном...

В правой руке ты сжимал Лучевой Меч, точнее, его рукоять, ведь ослепительный луч погас во время твоего последнего падения, а в левой руке виднелся кусок накидки, которую я тебе подарила перед боем. Крон-то-Рион, наверное, тоже знал об этом, потому что спросил у меня: "Это ты сшила, юная госпожа?" Я кивнула головой. Он показал на остатки накидки, лежащие рядом на колеснице, и попросил меня определить, какого куска не хватает. Когда я перебирала лохмотья, руки у меня ужасно дрожали, но я сразу поняла, что в твоем кулаке зажат именно тот кусок, на котором я сделала вышивку... Тут я совершила ужасную вещь: уткнулась лицом в мантию Крон-то-Риона и разревелась на глазах у всех...
– В глазах Алины засверкали слезы, вызванные вновь переживаемыми эмоциями.

– Ну, что ты, милая Алина?
– Нежно прошептал Трис и ласково погладил черноволосую голову девочки.
– Все уже кончилось. Хорошо кончилось. Надо радоваться, а не плакать. Ты так много сделала для меня. Я даже не могу выразить словами, как для меня ты важна.

– Да, Трис. Наверное, надо радоваться.
– Алина робко улыбнулась сквозь слезы.
– Крон-то-Рион тоже говорил мне тогда что-то подобное. Что-то о том, что, возможно, только я смогу уравновесить какие-то великие силы, пришедшие в движение... Но я ничего не поняла, да и вряд ли я тогда вообще что-то понимала. Единственное, что мне хотелось - увезти тебя куда-нибудь подальше от шума, от криков людей, от суеты и беспокойства. Я сказала об этом Крон-то-Риону, и он тут же согласился со мной. Сначала твое бесчувственное тело перенесли в наш шатер, куда не мог входить никто, кроме меня, наших слуг, Мага-Императора и Мага-Советника.