Чтение онлайн

— Действительно странно, — поддержала Мартина госпожа Пепперминт.

— Ничего не странно! — разгорячился дядюшка Элвин. — У себя на ферме я сам решаю, на каком языке мне что писать! Я немец и вовсе не обязан метить своих животных бирками с какими-то дурацкими английскими надписями!

Заметив недоуменные взгляды родственников, дядюшка Элвин добавил:

— Да, я развожу кенгуру, чтоб вы знали! И у меня в Австралии была целая кенгуриная ферма.

— Ты нам ничего об этом не рассказывал, — неуверенным голосом проговорил господин Пепперминт.

— А вы меня не спрашивали, — ответил дядюшка Элвин. — Но раз уж зашел об этом разговор, могу рассказать поподробнее. Вот только хорошо бы перед этим положить что-нибудь эдакое в живот, бутербродик какой… Мара, уважь дядю, а то этот твой Субастик все макароны смел.

Госпожа Пепперминт вздохнула и собралась было пойти в кухню, но господин Пепперминт ее остановил.

— Я сейчас принесу, — сказал он и побежал исполнять дядюшкину просьбу.

— Только с белым хлебом! — крикнул ему вдогонку дядюшка Элвин. — И с маслом! И ветчину не забудь положить! Сыр, впрочем, тоже сгодится. Да, и можешь захватить еще бутылочку красного вина, чтобы веселее рассказывалось.

Дождавшись, когда господин Пепперминт вернется с бутербродами и вином, дядюшка Элвин приступил, наконец, к своему рассказу.

— В Австралию я приехал гол как сокол. Денег у меня было только-только, в обрез. Намыкался я там по первости, не передать словами! Кем я только не работал! И садовником, и машинистом паровоза на тростниковых плантациях, и на рудниках — золотодобытчиком, — правда, ничего не добыл… Потом еще официантом в китайском ресторане в Мельбурне. Да, а еще продавал лотерейные билеты, строил ветряные мельницы, рыл колодцы. Всего не перечислишь!

Вы меня знаете, я человек экономный. Я всегда тратил ровно столько, сколько нужно, чтобы с голоду не умереть. Остальное откладывал. А как откладывал? Банкам я не доверяю, поэтому свои денежки зашивал в подкладку плаща. Все свое носил с собой. И постепенно у меня скопилось столько денег, что плащ весь растопырился. С такими гирями уже невозможно было ходить. Пересчитал я свою заначку и понял: теперь могу воплотить в жизнь свою давнюю мечту! И купил себе маленькую фермочку на юго-западе страны.

Вообще-то я собирался разводить овец, там почти все фермеры этим занимаются. Но денег у меня хватило только на покупку земли и домика, на овец уже ничего не осталось. Штуки две-три я бы еще мог купить, но этого для разведения мало.

Дядюшка Элвин пригубил вино.

— Ну и что дальше? — с нетерпением спросил господин Пепперминт.

— Дальше пришлось придумывать что-нибудь другое, — продолжал дядюшка Элвин. — По части выдумки за мной никому не угнаться! Это и Макси всегда говорил, — похвалил себя дядюшка Элвин и отпил еще немного вина. — Раз овцы мне не по карману, рассудил я, займемся разведением кенгуру.

А кенгуру, как вам известно, водятся в Австралии в большом количестве. Их нужно только отловить — и, пожалуйста, они уже твои. Я быстро наловчился, все знали: мимо меня ни один кенгуру не прошмыгнет! Скажу без ложной скромности, другого такого ловца во всей Юго-Западной Австралии не было! Мне даже кличку там дали — Элвин-Кенгуру. Ну, так и пошло… Начал я с пятидесяти кенгуру, а потом прибавилось потомство, и закрутилась карусель.

— А кому нужны все эти кенгуру? — поинтересовался господин Пепперминт.

— Да, зачем их вообще разводят? — спросила госпожа Пепперминт.

— Как зачем? — удивился дядюшка Элвин. — Чтобы продавать.

— А для чего продавать-то? — не понял Мартин.

— Как для чего? — опять удивился дядюшка Элвин. — Их продают на переработку.

— Переработку? — ужаснулась госпожа Пепперминт.

— А вы что, никогда не ели стейка из кенгуриного мяса? — спросил дядюшка Элвин, явно теряя терпение.

— Ты хочешь сказать, что кенгуру едят? — уточнил Мартин.

— Ну не пьют же, — съязвил дядюшка Элвин.

— Ужас какой! — все еще не верила своим ушам госпожа Пепперминт.

— Я бы ни за что не согласился есть кенгуру! — ответственно заявил Субастик, отличавшийся, как известно, необыкновенной всеядностью.

— Да что ты говоришь! — Дядюшка Элвин посмотрел на Субастика с прищуром. — А сосиски лопать ты согласен, да? Знаешь, из чего их делают?

— Из сосисочного фарша, наверное, — предположил озадаченный Субастик.

— А сосисочный фарш, он что — с неба свалился? Нет, твой сосисочный фарш тоже когда-то был коровой или свиньей, — торжествующе заявил дядюшка Элвин. — Получается, что коров можно перерабатывать, а кенгуру — ни-ни? Где логика?

— Ты прав, — сказала госпожа Пепперминт.

Даже притихший Субастик вынужден был внутренне согласиться с тем, что дядюшка прав.

— Ну хорошо, — прервал общее молчание Мартин, — а дальше-то что было? Почему ты решил приехать в Германию?

Дядюшка Элвин потянулся за бокалом господина Пепперминта — свой он уже успел опустошить.

— Почему?.. — задумчиво проговорил он. — Да всё из-за этой песни по радио. Все с нее началось. Она всю жизнь мою перевернула.

— Какая песня? — спросил господин Пепперминт.

— В Австралии немецких песен по радио практически не передают. Крайне редко. И вот однажды… Я как раз собирался сделать себе кофе… Я обычно кладу три ложки растворимого кофе, без горки, конечно, на пол-литра воды, так получается гораздо экономнее, чем каждый раз класть отдельно в чашку. Выгадываешь с каждой чашки…

— Ну так что же произошло в тот день? — не дала ему отвлечься госпожа Пепперминт.

— Ах да! — спохватился дядюшка Элвин. — Песня. Ну так вот. Достал я кофе, как сейчас помню, и тут вдруг по радио запели «Горные вершины спят во тьме ночной…». Про сторожа и деву… Знаете?

Все честно признались, что не знают.

— Ну как же! Такая знаменитая песня! — удивился дядя и запел, растягивая слова: