Чтение онлайн

На эту сторону дела обратил в свое время внимание В.П.Тугаринов. Он писал: «Объективная основа категорий — существенные явления и закономерные отношения между ними — пронизывает толщу жизни во всех направлениях, во всех, так сказать, измерениях и представляет собою сеть, состоящую из бесчисленных ячеек, звеньев или как бы клубок, в котором переплетены бесчисленные нити» [149] . Иначе говоря, категории как узловые пункты познания в совокупности, в системе выступают как сеть, сотканная из многочисленных взаимосвязей категорий, и именно эта «сеть», система в целом отражает реальность наиболее адекватно, тогда как отдельные категории служат звеньями такой системы, лишь односторонне, отрывочно представляющими ее. Полное раскрытие познавательного и методологического значения каждой, отдельно взятой категории предполагает восхождение к ее связям со всеми другими, а тем самым к реконструкции всего «клубка».

Если бы мы сумели найти устойчивый, неизменный для любого научного поиска порядок следования категорий, то такая упорядоченная система (или ряд их) имела бы наивысшее эвристическое значение, выступая в качестве содержательной логики открытия (в качестве своего рода алгоритма открытия). Отсутствие такого рода линейной упорядоченности категорий порождает внутренне противоречивый путь реализации методологических и эвристических функций аппарата диалектики: внутренне присущее системе категорий диалектики качество быть логикой научного творчества реализуется через творческий подход к их применению. Порядок использования категорий в процессе научного поиска каждый раз должен соответствовать конкретной познавательной ситуации. Такое соответствие достигается не сразу, не на исходном рубеже познания, а постепенно, в ходе конкретного исследования.

Эвристическое значение диалектики как содержательной логики открытий в полной мере реализуется лишь в процессе восхождения познания от абстрактного к конкретному. Чем более принципиально новой является познавательная ситуация и связанная с ней проблема, тем существеннее в ней элемент случайности и стихийности в ходе развертывания научного поиска, тем неопределеннее и порядок обращения к тем или иным категориям. В то же время, чем стандартнее поисковая ситуация, тем выше доля репродуктивного мышления в решении возникших задач, тем больше возможность использовать уже отработанную методику. Но вместе с тем и проблема, решаемая с помощью этой методики, утрачивает характер «высшей диалектической задачи».

В методологическом отношении такой переход от начального состояния поиска к его завершающей стадии ускоряется определением категории, ключевой для решения данной проблемы, и порядка восхождения от нее к другим категориям материалистической диалектики. Для физики твердого тела это будут категории прерывности и непрерывности, для космологии — пространства, времени, бесконечности. Чтобы правильно применять диалектику, нужно хорошо владеть ею, обучиться искусству диалектического мышления. Составной частью такого искусства является умение найти и выделить простое категориальное отношение, основное для исследуемой проблемы.

Когда мы говорим о простоте, то должны различать понятия простого и конкретного. «Конкретное, — писал К.Маркс, — потому конкретно, что оно есть синтез многих определений, следовательно, единство многообразного. В мышлении оно поэтому выступает как процесс синтеза, как результат, а не как исходный пункт, хотя оно представляет собой действительный исходный пункт и, вследствие этого, также исходный пункт созерцания и представления» [150] . Это значит, что мировоззренческое освоение и истолкование конкретного необходимо приобретает диалектический характер. С одной стороны, объектом научного мировоззрения является вся объективная реальность в ее исторической и локальной конкретности, и в силу такой нацеленности оно эффективное подспорье для практики. С этой точки зрения именно конкретное служит исходным пунктом человеческого познания. С другой стороны, чтобы не погрязнуть в «ходячих представлениях», в вольной или невольной мистификации объективных фактов, нельзя в качестве предпосылки познания конкретного исходить из предвзятого мнения о нем.

Освоение конкретного происходит с помощью диалектического метода восхождения от абстрактного к конкретному, в котором осуществляется теоретическое воссоздание не только конкретного, но и исходного простого, которое рассматривается как итог предшествующей деятельности теоретической мысли, теоретический вывод науки. То есть диалектический метод не «отбрасывает с порога» иные научные методы освоения действительности, а включает их в снятом виде, как высшая математика включает в себя элементарную.

Что же обеспечивает адекватный, надежный выбор простого как исходного пункта применения в познании собственно диалектического подхода? Характеризуя общество как своеобразное органическое целое, К.Маркс вместе с тем отмечал: «Сама эта органическая система как совокупное целое имеет свои предпосылки, и ее развитие в направлении целостности состоит именно в том, чтобы подчинить себе все элементы общества или создать из него еще недостающие ей органы. Таким путем система в ходе исторического развития превращается в целостность. Становление системы такой целостностью образует момент ее, системы, процесса, ее развития» [151] .

Рассматривая процесс познания как отношение между объектом и субъектом, нужно исходить из марксистско-ленинского понимания субъекта и суверенности человеческого мышления, не отгораживая гносеологический подход от историко-материалистического, и в частности от идеологического, социально-классового. Исследование, ставшее сферой приложения диалектики, должно оцениваться по его конкретно-историческому месту в развитии науки как формы общественного сознания, а теоретически вычлененное простое должно быть сквозной проблемой развития данной науки.

Кроме того, избираемое в качестве исходного простое должно быть свойственно всему процессу развития рассматриваемого явления, вещи и т. д. и в недвусмысленной форме выражать отношение первичного и вторичного в нем (отношение материи и сознания, общественного бытия и общественного сознания в философии, потребительной и меновой стоимости в политэкономии и т. д.). При этом нужно учитывать известное положение К.Маркса о том, что «анатомия человека — ключ к анатомии обезьяны… намеки более высокого у низших видов… могут быть поняты только в том случае, если само это более высокое уже известно» [152] . Это не означает, что простое является содержательно бедным, иначе оно было бы исходным пунктом лишь спекулятивно-умозрительного, субъективного подхода в познании.

Наконец, следует учитывать, что «даже самые абстрактные категории, несмотря на то, что они — именно благодаря своей абстрактности — имеют силу для всех эпох, в самой определенности этой абстракции представляют собой в такой же мере продукт исторических условий и обладают полной значимостью только для этих условий и внутри их» [153] . Таким образом, простое должно рассматриваться только в качестве исходного пункта исследования, но не как антитеза конкретному, не в абсолютном противопоставлении ему, а в связи с ним.

В силу сказанного диалектический метод предполагает особый подход и к самому конкретному как предмету и цели, как к практически-значимому. В этом плане произведения В.И.Ленина представляют собой пример действительно научного подхода к изучению самых различных сторон природы, общества и познания. Сам метод в работах В.И.Ленина оказывается слитым с конкретным содержанием изучаемых явлений. В общих чертах суть ленинского понимания диалектического метода изложена в работе «Еще раз о профсоюзах…». «Чтобы действительно знать предмет, — подчеркивал В.И.Ленин, — надо охватить, изучить все его стороны, все связи и „опосредствования“… Это во-1-х. Во-2-х, диалектическая логика требует, чтобы брать предмет в его развитии, „самодвижении“ (как говорит иногда Гегель), изменении… В-3-х, вся человеческая практика должна войти в полное „определение“ предмета и как критерий истины и как практический определитель связи предмета с тем, что нужно человеку. В-4-х, диалектическая логика учит, что „абстрактной истины нет, истина всегда конкретна“…» [154]