Чтение онлайн

— Да все старики ковыряют в ушах, — небрежно отмахнулся сэр Эрнест. Когда-нибудь и я привыкну.

— Значит, им пора в отставку, — отрезал мистер Тодхантер. — "Презрение и ненависть"!… Ни у кого я не вызываю такой неприязни, как у самого себя, но презрение и ненависть?! — мистер Тодхантер в бешенстве накинулся на мистера Читтервика.

— Нет-нет! — запротестовал мистер Читтервик. — Ни в коей мере — если уж на то пошло, совсем наоборот!

— Если уж на то пошло? Но должен же я вызывать хоть какие-то чувства!

— Да, так я и сказал, — поспешно подтвердил мистер Читтервик. — Совсем наоборот.

— Каким образом я могу совершать одновременно дурацкие и обдуманные поступки, нести за них ответственность и быть безответственным? — продолжал напирать на него мистер Тодхантер. — Скажите, как? Разве обязательно надо страдать манией величия, чтобы понять, что без злого человека всем остальным будет только лучше? Проклятье! Впервые слышу такую белиберду!

— Тише, тише! — всполошился сэр Эрнест, ибо мистер Тодхантер не на шутку разволновался. И сэр Эрнест вполголоса добавил, обращаясь к мистеру Читтервику: — Где же носит врача?

К счастью, врач подоспел прежде, чем мистер Тодхантер поплатился за волнение, и увел пациента усмирять истерику вдали от посторонних глаз.

Во вспышке гнева мистера Тодхантера имелся один плюс: она продолжалась почти два часа, пока отсутствовали присяжные. Поэтому мистер Тодхантер и не заметил, как пролетело время.

Присяжные совещались два часа и сорок минут. Затем судебный чиновник объявил, что они готовы вернуться в зал.

— Выслушайте меня, Тодхантер, — торопливо и серьезно заговорил врач, следующие две минуты станут для вас сильнейшим стрессом. Вам придется изо всех сил держать себя в руках.

— Я в порядке, — пробормотал мистер Тодхантер и побледнел.

— Можете помечтать или вспомнить какой-нибудь стих, — посоветовал врач. Скажем, "Гораций на мосту"… знаете такой? Приготовьтесь к любому вердикту. Каким бы он ни был, он не должен стать для вас потрясением. Может, все-таки сделаем инъекцию? — Врач уже предлагал инъекцию, чтобы слегка затормозить реакции пациента и замедлить работу сердца.

— Нет, — отрезал мистер Тодхантер, направляясь в зал. — Все уже позади. Приговор вынесен, осталось лишь выслушать его. Если мне повезло и меня признали виновным, чем скорее я испущу дух, тем лучше. Не хватало еще мне дожить до виселицы, верно?

— Ладно, ладно, вы правы, — закивал врач. — Так или иначе, вам повезло.

Мистер Тодхантер усмехнулся. В зале суда присутствующие то и дело переводили взгляды с мистера Тодхантера на присяжных и обратно. Как обычно, в лица последних вглядывался и сам мистер Тодхантер в попытке прочесть их мысли, и, как обычно, серьезные выражения лиц можно было истолковать как угодно. Мистер Тодхантер затаил дыхание и невольно приложил ладонь к груди, усмиряя сердце, пока еще не оглашен приговор. Ему было незачем грезить наяву: происходящее казалось ему страшным сном. Все выглядело нереально, по крайней мере, его собственная роль в этом действе. Неужели это он сидит на скамье подсудимых и ему грозит смертная казнь? А эти люди готовы произнести приговор? Этого просто не может быть.

В состоянии, подобном трансу, мистер Тодхантер услышал, как секретарь суда обратился к присяжным:

— Господа присяжные, вы приняли решение?

Старшина присяжных, рослый мужчина средних лет, с неопрятными усами (почему-то мистер Тодхантер мысленно называл его агентом по недвижимости) твердо ответил:

— Да, приняли.

— Виновен подсудимый в убийстве Этель Мэй Биннс или невиновен?

Старшина прокашлялся.

— Виновен.

Мистер Тодхантер уставился на свои кисти рук: они приобрели необычный оттенок. Вдруг он сообразил, что вцепился в ограждение скамьи подсудимых так крепко, что у него побелели не только пальцы, но и тыльные стороны ладоней. Он постарался расслабиться. Присяжные признали его виновным. Значит, все в порядке. Ну конечно.

Мистер Тодхантер с самого начала знал: рассудительные присяжные, вроде этих, наверняка поймут, что именно он совершил преступление. Волноваться незачем. Мистер Тодхантер слегка поклонился присяжным, они не ответили. Секретарь продолжал, обращаясь к подсудимому:

— Лоуренс Баттерфилд Тодхантер, вы признаны виновным в преднамеренном убийстве. Вам есть что сказать в свое оправдание?

Мистер Тодхантер подавил безумное желание сначала расхохотаться, а потом рявкнуть на секретаря: "Не зовите меня Баттерфилдом!" Сдержавшись, он ответил:

— Ровным счетом ничего.

Более-менее владея собой, он с интересом проследил, как на парик судьи возлагают квадратную черную шапочку. Значит, вот она какая, подумал мистер Тодхантер, и пришел к выводу, что в шапочке вид у судьи стал глуповатым.

— Лоуренс Баттерфилд Тодхантер, — послышался старческий голос, — мой долг — вынести вам приговор в соответствии с вердиктом присяжных, и я сделаю это без дополнительных пояснений. Сэр Эрнест, у вас есть вопросы по поводу приговора, который я намерен огласить? Вы понимаете, о чем я?

Сэр Эрнест усердно закивал.

— Ваша честь, никаких вопросов у меня нет.

— В таком случае, Лоуренс Баттерфилд Тодхантер, суд выносит вам следующий приговор: из зала суда вы будете отправлены в тюрьму и впоследствии казнены через повешение. Вы будете похоронены на тюремном кладбище, и да упокоит Господь вашу душу.

— Аминь! — отозвался капеллан, сидящий рядом с судьей.

Мистер Тодхантер, которому было больше не на что сетовать, учтиво поклонился судье.

— Благодарю, ваша честь. Я могу высказать последнее пожелание?

— Боюсь, я не смогу выслушать его.

— Придется, ваша честь, — возразил мистер Тодхантер вежливо, но твердо. Я прошу взять меня под стражу.

Наградой мистеру Тодхантеру стало то, что эти слова произвели настоящую сенсацию в утренних газетах. Исполняя торжественный ритуал вынесения приговора, судьи совсем позабыли про то, что мистер Тодхантер не находится под стражей. Теперь же, в соответствии с приговором, он подлежал аресту.

Судья пошептался с секретарем, секретарь — с судебным приставом, пристав — с одним из дружелюбных полицейских, а полицейский шагнул к скамье подсудимых и взял мистера Тодхантера за плечо.

— Лоуренс Баттерфилд Тодхантер, вы арестованы за убийство Этель Мэй Биннс, совершенное двадцать восьмого сентября прошлого года. Предупреждаю вас, что все сказанное… то есть…

— Давно пора, — отозвался мистер Тодхантер.

Сказать, что вынесенный мистеру Тодхантеру приговор переполошил всю страну — значило ничего не сказать.